Цб о: Центральный банк Российской Федерации | Банк России

Содержание

НАУФОР не поддержала предложения ЦБ о совмещении деятельности на финрынке

МОСКВА, 8 окт — ПРАЙМ. Национальная ассоциация участников фондового рынка (НАУФОР) не поддержала предложения Банка России о возможном совмещении деятельности на отечественном финансовом рынке, говорится в пояснительной записке ассоциации к письму, адресованному регулятору.

ЦБ назвал риски при совмещении видов деятельности на финансовом рынке

«Национальная ассоциация участников фондового рынка направила в Банк России замечания к опубликованному регулятором докладу для общественных консультаций «Совмещение видов деятельности на финансовом рынке». … НАУФОР не поддерживает предложения регулятора о возможности совмещения деятельности страховых, кредитных и микрофинансовых организаций, брокеров, а также НПФ, с деятельностью по управлению инвестиционными фондами», — отмечается там же.

НАУФОР также не поддерживает предложения о возможности совмещения деятельности страховых и микрофинансовых организаций, а также НПФ с деятельностью по управлению ценными бумагами и с деятельностью по инвестиционному консультированию.

Ассоциация предлагает пересмотреть модель маркетплейса как отдельного вида деятельности и отменить запрет на совмещение деятельности операторов финансовых платформ с брокерской деятельностью, деятельностью кредитных организаций и управляющих компаний ПИФ, и внести в закон «О совершении финансовых сделок с использованием финансовой платформы» ряд изменений.

Центробанк допустил новые повышения ключевой ставки

В частности, предлагается разрешить совмещение деятельности оператора финансовой платформы со всеми видами профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг, деятельностью управляющей компании, а также деятельностью кредитной организации.

Также предлагается исключить для профучастников рынка ценных бумаг и управляющих компаний, а также для кредитных организаций требование к минимальному размеру собственных средств оператора финансовой платформы; исключить ограничение на организационно-правовую форму оператора финансовой платформы (сейчас только АО).

Профучастники раскритиковали предложения ЦБ о совмещении видов деятельности

Их устраивает только возможность оказывать платежные услуги

Участники фондового рынка не поддержали предложение Банка России дать возможность страховщикам, кредитным и микрофинансовым организациям (МФО), брокерам и негосударственным пенсионным фондам (НПФ) заниматься деятельностью управляющих компаний в части управления паевыми инвестиционными фондами. Об этом говорится в письме президента Национальной ассоциации участников фондового рынка (НАУФОР) Алексея Тимофеева заместителю председателя Банка России Владимиру Чистюхину («Ведомости» ознакомились с документом). В ЦБ получили письмо и изучают его вместе с другими ответами участников финансового рынка, сказал представитель регулятора.

Участники ассоциации, которая представляет управляющие компании, брокеров, инвестиционных советников, также выступили против разрешения страховщикам, НПФ и МФО заниматься инвестконсультированием и доверительным управлением. Единственное, на что из предложенного ЦБ согласны профучастники, – дать возможность оказывать платежные услуги всем игрокам финансового рынка, а не только банкам.

Банк России в августе представил рынку доклад, в котором предложил расширить возможности по совмещению различных видов деятельности на финансовом рынке. Сейчас подконтрольные ЦБ организации и так совмещают разные виды деятельности, но его не устраивает выбранная модель: юридические лица из разных секторов рынка объединяются под единым брендом, не нарушая закон. Согласно предложениям ЦБ, любой участник рынка сможет оказывать отдельные платежные услуги, НПФ – осуществлять страховую и нефинансовую агентскую деятельность, а страховые организации – предоставлять услуги по доверительному управлению и заключать пенсионные договоры.

«Структура индустрии российского рынка ценных бумаг сложилась в целом удовлетворительно, и существенные причины для ее изменения отсутствуют», – говорится в письме НАУФОР. Развивать конкуренцию, повышать уровень доступности финуслуг, снижать барьеры для выхода на рынок новых игроков можно и без изменения подходов к установленным ограничениям на совмещение деятельности на финансовом рынке, считают в ассоциации.

Такого результата можно достичь, если устранить регуляторный арбитраж в привлечении клиентов и регулировании кросс-секторальных продуктов, указано в письме: например, позволить не только банкам идентифицировать клиента в целях антиотмывочного ФЗ-115 в интересах других организаций. Следует также устранить налоговый арбитраж в отношении схожих финансовых продуктов и услуг, сокращать операционные издержки организаций через передачу второстепенных функций на аутсорсинг, снижать, где это уместно, регулирование для небольших финансовых компаний с ограниченным кругом услуг.

Участники фондового рынка не поддержали предложение Банка России дать возможность страховщикам, кредитным и микрофинансовым организациям (МФО), брокерам и негосударственным пенсионным фондам (НПФ) заниматься деятельностью управляющих компаний в части управления паевыми инвестиционными фондами. Об этом говорится в письме президента Национальной ассоциации участников фондового рынка (НАУФОР) Алексея Тимофеева заместителю председателя Банка России Владимиру Чистюхину («Ведомости» ознакомились с документом). В ЦБ получили письмо и изучают его вместе с другими ответами участников финансового рынка, сказал представитель регулятора.

Участники ассоциации, которая представляет управляющие компании, брокеров, инвестиционных советников, также выступили против разрешения страховщикам, НПФ и МФО заниматься инвестконсультированием и доверительным управлением. Единственное, на что из предложенного ЦБ согласны профучастники, – дать возможность оказывать платежные услуги всем игрокам финансового рынка, а не только банкам.

Банк России в августе представил рынку доклад, в котором предложил расширить возможности по совмещению различных видов деятельности на финансовом рынке. Сейчас подконтрольные ЦБ организации и так совмещают разные виды деятельности, но его не устраивает выбранная модель: юридические лица из разных секторов рынка объединяются под единым брендом, не нарушая закон. Согласно предложениям ЦБ, любой участник рынка сможет оказывать отдельные платежные услуги, НПФ – осуществлять страховую и нефинансовую агентскую деятельность, а страховые организации – предоставлять услуги по доверительному управлению и заключать пенсионные договоры.

«Структура индустрии российского рынка ценных бумаг сложилась в целом удовлетворительно, и существенные причины для ее изменения отсутствуют», – говорится в письме НАУФОР. Развивать конкуренцию, повышать уровень доступности финуслуг, снижать барьеры для выхода на рынок новых игроков можно и без изменения подходов к установленным ограничениям на совмещение деятельности на финансовом рынке, считают в ассоциации.

Такого результата можно достичь, если устранить регуляторный арбитраж в привлечении клиентов и регулировании кросс-секторальных продуктов, указано в письме: например, позволить не только банкам идентифицировать клиента в целях антиотмывочного ФЗ-115 в интересах других организаций. Следует также устранить налоговый арбитраж в отношении схожих финансовых продуктов и услуг, сокращать операционные издержки организаций через передачу второстепенных функций на аутсорсинг, снижать, где это уместно, регулирование для небольших финансовых компаний с ограниченным кругом услуг.

Источник: https://www.vedomosti.ru/


«Решение ЦБ вводит в ступор». Банк России против криптовалют :: РБК.Крипто

За последние два дня финансовый регулятор сделал несколько заявлений против рынка цифровых активов. Юристы попытались разобраться в том, что теперь ждет инвесторов

Первый зампред ЦБ РФ Сергей Швецов на международном банковском форуме «Банки России — XXI век» высказал несколько мнений касательно рынка криптовалют, а также раскритиковал этот вид активов.

Например вчера, 15 сентября, Швецов сообщил, что регулятор обсуждает поправки в законодательство, которые расширят запрет на использование криптовалют, а также введут административную и уголовную ответственность за нарушение ограничений. Помимо этого зампред отметил, что ЦБ начинает работать с банками, чтобы они тормозили платежи в адрес криптобирж. По словам Швецова, это позволит избежать эмоциональных покупок криптовалюты россиянами.

Представитель регулятора назвал рынок криптовалют большим минным полем и добавил, что «есть большая вероятность, что как высокотехнологичная финансовая пирамида это все может развалиться в ноль». Швецов продолжил критиковать криптовалюты и на следующий день, 16 сентября. В частности, он подчеркнул, что ЦБ скептически относится к покупкам криптовалюты как к инвестициям и выступает против доступа к ним для неквалифицированных инвесторов.

На прошлой неделе ЦБ рекомендовал банкам выявлять платежные карты и электронные кошельки, которые принимают платежи в адрес криптообменников, а также онлайн-казино, организаторов финансовых пирамид и форекс-дилеров. При этом регулятор выделил восемь признаков, по которым банки могут определить подозрительные платежные инструменты.


Как не получить блокировку банковского счета при работе с криптовалютой


Также летом председатель Банка России Эльвира Набиуллина назвала спекулятивные криптоактивы самой опасной из всех стратегий. Набиуллина отметила, что не стоит инвестировать в криптовалюты, поскольку их цена очень волатильна.

«Расплывчатые формулировки от регулятора недопустимы»

Банк России, как регулятор должен заботиться о правах граждан и вводить разумные меры для ограничения рискованных транзакций. Такая практика распространена не только в России, но и в других странах. Однако послание зампреда ЦБ, призывающее охладить импульсивные инвестиции и эмоциональный пыл методом торможения транзакций, не понятен и вводит в ступор, отметил член Комиссии по правовому обеспечению цифровой экономики Московского отделения Ассоциации юристов России Юрий Брисов. По его словам, непонятно, должны ли банки блокировать все транзакции, которые идут на криптобиржи.

«На основании чего банки будут в принципе не пропускать законные транзакции — это непонятно. С другой стороны, если регулятор имел в виду более пристальные механизмы контроля за такими транзакциями, направленные на предотвращение отмывания незаконных средств и операций, связанных с терроризмом, то такие действия банки могут и должны осуществлять. Но это требует какой-то степени ясности», — подчеркнул Брисов.

По его словам, такие термины, как: «охладить эмоциональный пыл граждан», «тормозить транзакции», расплывчатые и от регулятора недопустимы. Юрист выразил надежду, что банки дождутся вменяемого объяснения и не станут исполнять неясные рекомендации регулятора.

«Власти будут препятствовать доступу россиян на рынок криптовалют»

По закону банк имеет право заблокировать счет если считает, что по нему идут подозрительные операции. ЦБ называет операции с криптовалютами подозрительными и дает несколько критериев, как можно подтвердить эти подозрения, отметил преподаватель Moscow Digital School Роман Янковский.

Он рассказал, что случаи, когда банки блокировали счета, связанные с криптовалютами, уже происходили. Чаще всего это бывает так:

  • Банк блокирует счет;
  • Клиент предоставляет необходимые документы, подтверждающие законность перевода;
  • Банк либо снимает блокировку, либо продолжает блокировать счет;
  • Во втором случае клиент обращается в суд;
  • В суде банк проигрывает, поскольку не может четко сформулировать претензии;
  • Банк снимает блокировку.

«Такие случаи были, поэтому обычно банки предпочитают не доводить до суда», — отметил специалист.

Каждый раз, когда гражданин России покупает криптовалюту, он находится под риском нарушить закон, утверждает Янковский. В 2014 году ЦБ выпустил рекомендацию, согласно которой сделки с криптовалютой необходимо считать подозрительными, а значит они подпадают под антиотмывочное регулирование. При этом транзакции, связанные с криптовалютой, блокируются в стране уже многие годы, отметил юрист.

«Власти и дальше будут препятствовать доступу россиян на рынок криптовалют. У нас есть множество ограничений на покупку криптовалюты, которые можно применить только в российском сервисе. Единственная возможность полностью имплементировать закон о цифровых финансовых активах — создавать защищенный периметр вокруг российских криптоинвесторов, чтобы они могли покупать криптовалюту только на аккредитованных российских площадках», — заключил Янковский.

— «Победа маловероятна». Чем может закончиться суд над Ripple

— «Киты» за три дня накопили биткоинов на $2,8 млрд

— Подкаст «По горячим следам». Обвал биткоина, фейкньюс и хардфорк Cardano

Больше новостей о криптовалютах вы найдете в нашем телеграм-канале РБК-Крипто.

Отчетность в Центробанк | СБИС Помощь

Отчетность в Центробанк

Юридические лица, осуществляющие прямые инвестиции за рубеж и получающие инвестиции из-за рубежа, предоставляющие медицинские услуги, а также занимающиеся внешней торговлей или перевозками, обязаны сдавать отчетность в Центральный Банк РФ.

Список компаний, которые должны представлять отчеты, ежегодно формируется и размещаеся на официальном сайте банка.

Что и когда сдавать

Отчеты сдаются ежеквартально. Для каждой формы установлен свой срок сдачи.

Название отчета

Срок сдачи

1-ПИ Учет прямых инвестиций

15 мая, 15 августа, 15 ноября, 15 февраля

1-ИЦБ Портфельные инвестиции в иностранные ценные бумаги

10 мая, 10 августа, 10 ноября, 10 февраля

1-АРЕНДА Сведения о долговых обязательствах перед нерезидентами

15 июня, 15 сентября, 15 декабря, 15 марта

1-ПОЕЗДКИ Сведения о деятельности туроператора

10 мая, 10 августа, 10 ноября, 10 февраля

1-РОУМИНГ Сведения об абонентах в роуминге

15 мая, 15 августа, 15 ноября, 15 февраля

1-ТРАНСПОРТ Сведения об оказанных нерезидентам услугах перевозок

13 мая, 13 августа, 13 ноября, 13 февраля

2-ТРАНСПОРТ Сведения об услугах перевозок, оказанных нерезидентами

17 мая, 17 августа, 17 ноября, 17 февраля

3-ТРАНСПОРТ Сведения об оказанных нерезидентам доп. транспортных услугах

21 мая, 21 августа, 21 ноября, 21 февраля

1-МЕД Сведения о медицинской деятельности в отношении нерезидентов

20 апреля, 20 июля, 20 октября, 20 января

Предварительная настройка

Для заполнения отчетов установите программы:

Лицензия

«Отчетность в Центральный банк» сервиса «Отчетность через интернет». Приобретается вместе с тарифами сервиса «Отчетность через интернет».

Нашли неточность? Выделите текст с ошибкой и нажмите ctrl + enter.

ЦБ, о котором можно говорить – Газета Коммерсантъ № 228 (6222) от 07.12.2017

Долгое время на финансовом рынке действовала парадигма: о регуляторе или хорошо, или ничего. Но по мере того, как ЦБ стал обрастать новыми функциями и полномочиями, отношение к нему поменялось.

Мощная волна критики Банка России началась в этом году. После отзыва лицензии у Татфондбанка и «Югры», санации «Пересвета», «Открытия» и Бинбанка рынку стали очевидны такие катастрофические нарушения в системе, о которых раньше можно было только догадываться, причем, как выяснилось, перечисленные банки жили с ними годами. И молчать о слепоте надзора, непрозрачности решений и мнимости ужесточения регулирования стало уже неудобно, особенно независимым экспертам.

Например, международное агентство Moody’s 6 декабря выступило с довольно жесткой критикой основных направлений деятельности ЦБ, причем тех, которые сам регулятор считает успешными. Так, эксперты Moody’s заявили, что нет смысла в ужесточении регулирования, если контроль хромает. Наглядная иллюстрация — норматив Н25, максимальный размер риска на связанные с банком стороны, который действует с 1 января 2017 года. ЦБ не публикует данные о том, как банки соблюдают этот норматив. Как выяснилось постфактум, у Бинбанка Н25 был более 700% вместо максимально разрешенных 20%.

Не понимают в Moody’s и избирательности надзора: почему за одни и те же нарушения ряд банков остаются без лицензии, а другие живут спокойно. Как регулятор ни оправдывался, рынок так и не понял, почему «Открытие» и Бинбанк санировали, а «Югру» лишили лицензии.

Ну и наконец, Moody’s скептически оценило попытки Банка России быть санатором: «При новом механизме ЦБ выступает и как регулятор, и нередко как кредитор, и, наконец, как владелец санируемого банка, которым движет цель как можно скорее оздоровить санируемый институт и продать его в рынок. Сомневаемся, что эти роли могут независимо сосуществовать».

Банк России между тем ни на какую критику не реагирует и гнет свою линию: основная проблема банковского сектора в ближайшие годы — выстоять при усилении конкуренции. И это, по версии ЦБ, решаемо — банки-то сейчас, считает регулятор, в целом более здоровы, чем прежде.

Возможно, ЦБ обладает неким тайным знанием, внушающим оптимизм, который пока непонятен экспертам, ждущим от регулятора реальных изменений. Как отметила вице-президент Moody’s Ольга Ульянова, «хотелось бы надеяться, что наконец заработает “превентивный надзор”, когда проблемы в банках выявляются и локализуются на ранних стадиях, не дожидаясь паники клиентов и контрагентов и массивных оттоков ликвидности».

ЦБ заинтересовался переводами с карты на карту

И запросил у российских банков информацию по выявлению подозрительных операций. Регулятор намерен включиться в борьбу с так называемыми дроперами, через которых преступники выводят украденные деньги

Фото: valphoto/ru.depositphotos.com

Центробанк разослал участникам платежного рынка запрос о необходимости предоставить данные о переводах средств с карты на карты. Эту информацию регулятор намерен использовать для борьбы мошенниками, которые крадут деньги у россиян, пишет газета «Коммерсантъ», журналисты которой ознакомились с запросом.

Типичная схема выглядит так. Злоумышленник звонит жертве под видом сотрудника службы безопасности банка или правоохранительных органов. И убеждает перевести деньги на некую карту, чтобы их «спасти». Понятно, к чему приводит такое спасение. Сначала деньги уходят на карту посредника, или дропера. Тот переводит полученные средства на счет преступника, как правило, в зарубежном банке, получая за это определенный процент. Вот с такими переводами и намерен бороться ЦБ.

Банки сами отслеживают подобные операции и часто блокируют. Но иногда случаются ошибки. К примеру, москвичке Наталье пару лет назад потребовалось перевести деньги сыну, который тогда учился за границей. И вот что из этого вышло:

В запросе ЦБ, как пишет газета, говорится, что банки должны предоставить данные до 18 октября. Нужно указать ограничения и лимиты по таким операциям, способы мониторинга и сообщить другую информацию о борьбе с дроперами. Но Сбербанк, например, не получал письма ЦБ о межбанковских переводах с карты на карту, сообщили редакции Business FM в пресс-службе крупнейшего банка страны. Президент Альфа-банка Олег Сысуев про запрос ЦБ тоже ничего не слышал:

Олег Сысуев президент и первый заместитель председателя совета директоров Альфа-банка

Тем не менее дроперские операции есть, и ЦБ мог бы помочь банкам лучше с ними бороться. Но только в случае, когда переводы идут не между банками, а через Систему быстрых платежей. Продолжает начальник аналитического управления БКФ Максим Осадчий:

Максим Осадчий начальник аналитического управления Банка корпоративного финансирования

Три года назад, в 2018-м, ЦБ уже пытался решить проблему дроперов. Как сообщала тогда газета «Коммерсантъ», регулятор хотел создать черный список граждан и компаний, на счета которых выводятся украденные деньги. Но, похоже, дальше планов дело не пошло.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

В СФ рекомендовали банкам прислушаться к мнению ЦБ о реструктуризации кредитов людям, пострадавшим при наводнениях в Крыму и на Кубани

Фото: c-inform.info

Провести реструктуризацию задолженностей по кредитам и в отдельных случаях простить их, было бы правильным решением по отношению к тем, кто сильно пострадал при стихийных бедствиях в июне-июле на юге России. Сказала в комментарии «СенатИнформ» первый заместитель председателя Комитета СФ по бюджету и финансовым рынкам Елена Перминова.

ЦБ призвал банки списать долги пострадавшим от наводнений в Краснодарском крае и Крыму, пишет РБК. В информационном письме, разосланном банкам и МФО, рекомендуется реструктурировать задолженности вплоть до прощения в особых случаях, принимая решение индивидуально по каждому клиенту. Уточняется, что такое списание долгов рекомендовано не учитывать как фактор, ухудшающий кредитную историю заемщика. Подобная практика применялась и раньше во время стихийных бедствий. Для получения помощи пострадавшие клиенты должны обратиться в свой банк или МФО и приложить подтверждающие документы — например, о том, что населенный пункт пострадал от чрезвычайной ситуации.

Многие полностью лишились имущества, а та поддержка, которая идет от государства, разумеется, значима, но она не сможет компенсировать людям, то, что было нажито за многие годы их жизни. В этой ситуации требовать с них еще и своевременного исполнения обязательств по кредитам, неправильно. Тем более, что у банков всегда есть резервы на возможные потери по ссудам

Елена Перминова, первый зампред Комитета СФ по бюджету и финансовым рынкам

Напомним, что сильные ливни, которые привели к наводнениям, прошли в июне в нескольких южных регионах России. В Крыму пострадали Ялта, Керчь, Феодосия, Севастополь, в Краснодарском крае — Анапа и Темрюк. Об имущественном ущербе заявила почти 1 тысяча семей. Ялта становилась жертвой подтоплений еще два раза. В Сочи подтопление из-за обильных осадков произошло 4–5 июля.

В 2012 году после затопления Крымска ЦБ разрешил банкам не наращивать резервы по ссудам, выданным физлицам и индивидуальным предпринимателям, пострадавшим от ЧС, а полтора года назад он давал рекомендации по заемщикам Иркутской области, оказавшимся в сложной ситуации из-за наводнения.

«СенатИнформ» сообщал, что спикер СФ Валентина Матвиенко пообещала: сенаторы помогут крымчанам, пострадавшим от наводнения. На последнем заседании весенней сессии палаты 23 июня Председатель СФ выразила сочувствие жителям Крыма «в связи с катастрофическим наводнением, которое нанесло огромный ущерб Ялте, Керчи и другим районам Крыма».

Пандемия положила конец мифу о независимости Центрального банка

В Европе постановление Конституционного суда Германии о том, что Европейский центральный банк (ЕЦБ) не смог адекватно оправдать программу покупки активов, начатую им в 2015 году, потрясает политическую и финансовую сцену. Некоторые предполагают, что это может привести к краху евро. На первый взгляд может быть трудно понять, почему. Да, закупки были огромными — более 2 триллионов евро государственного долга. Но они были сделаны много лет назад.А пункты, поставленные судом, загадочны. Так как же подобное могло иметь такое значение?

Правовое столкновение в Европе имеет значение не только потому, что ЕЦБ является вторым по значимости центральным банком в мире, и не только потому, что глобальная финансовая стабильность зависит от стабильности еврозоны. Это также выводит на поверхность то, что должно быть основным вопросом современного правительства: какова надлежащая роль центральных банков? Какова политическая основа их действий? Кто, если кто-либо, должен контролировать центральные банки?

Как подтвердил финансовый шок COVID-19, центральные банки являются первыми ответчиками экономической политики.Они держат бразды правления мировой экономикой. Но в отличие от национальных казначейских облигаций, которые действуют сверху посредством налогообложения и государственных расходов, центральные банки действуют на рынке. В то время как казначейства имеют бюджеты, ограниченные парламентским голосованием или голосованием в Конгрессе, огневая мощь центрального банка по существу безгранична. Деньги, созданные центральными банками, отображаются только на их балансах, а не в долге государства. Центральным банкам не нужно повышать налоги или искать покупателей своих долгов. Это дает им огромную власть.

Как используется эта власть и при каком режиме оправдания определяются пределы экономической политики. Парадигма современного центрального банка, которая обсуждается в спартанском зале суда в немецком городе Карлсруэ, была установлена ​​полвека назад в период инфляции и политической нестабильности 1970-х годов. В последние годы он подвергается все большему стрессу. Роль центральных банков значительно расширилась.

В большей части мира, особенно в Соединенных Штатах, это вызвало на удивление мало публичных дискуссий.Несмотря на то, что судебный процесс в Германии во многих отношениях неясен, он заслуживает того, чтобы обратить внимание на этот фундаментальный вопрос современного управления. Столкнувшись с высокомерием немецкого суда, может возникнуть соблазн отступить в защиту статус-кво. Это было бы ошибкой. Хотя в нем есть много недостатков, решение суда действительно обнаруживает реальный разрыв между реальностью центрального банка 21-го века и традиционным пониманием его миссии, унаследованным от 20-го века. Нам нужна новая денежная конституция.


Руководители центральных банков собираются на встречу Большой семерки в Вашингтоне в апреле 2004 года, в том числе (слева направо) Дэвид Додж из Банка Канады; Кристиан Нуайер из Банка Франции; Юрген Старк из Бундесбанка; Жан-Клод Трише из Европейского центрального банка; Алан Гринспен из Федеральной резервной системы США; Тошихико Фукуи из Банка Японии; Мервин Кинг из Банка Англии; и Антонио Фацио из Банка Италии. Стивен Дж. Бойтано / LightRocket через Getty Images

Гордый значок, который носят современные руководители центральных банков, — это знак независимости.Но что это значит? Когда эта идея возникла в ХХ веке, независимость центрального банка означала, прежде всего, свободу от краткосрочных забот политиков. Вместо этого центральным банкам будет разрешено устанавливать денежно-кредитную политику по своему усмотрению, обычно с целью не только снижения инфляции, но и постоянного установления режима уверенности в денежно-кредитной стабильности — то, что экономисты называют закреплением ценовых ожиданий.

По иронии судьбы, аналогия проводилась с судьями, которым при выполнении сложной обязанности по отправлению правосудия была предоставлена ​​независимость от исполнительной и законодательной ветвей власти в классическом трехстороннем делении.После того как ценность денег отделилась от золота после краха Бреттон-Вудской системы в начале 1970-х годов, независимые центральные банки стали хранителями коллективного блага стабильности цен.

Основная идея заключалась в том, что существует компромисс между инфляцией и безработицей. Предоставленные самим себе избиратели и политики предпочли бы низкий уровень безработицы за счет более высокой инфляции. Но, как показал опыт 1970-х годов, выбор был недальновидным. Инфляция не останется стабильной.Он будет постепенно ускоряться, так что то, что сначала выглядело как разумный компромисс, вскоре переросло в опасную нестабильность и нарастающую экономическую нестабильность. Финансовые рынки отреагируют демпингом активов. Курс иностранной валюты резко упадет, что приведет к спирали кризиса.

Под нависшей тенью этого сценария бедствия возникла идея независимости центрального банка. Банк должен был действовать как контрмаджоритарный институт. Ему было поручено делать все возможное для достижения единственной цели: удерживать инфляцию на низком уровне.Предоставление центральному банку квазиконституционного положения удержит безрассудных политиков от попыток проведения экспансивной политики. Политики заранее знали, что центральный банк будет обязан ответить драконовскими процентными ставками. В то же время, как отпугивание политиков, это могло бы стать обнадеживающим сигналом для финансовых рынков. Установление доверия со стороны этой группы может быть болезненным, но в свое время вознаграждение будет заключаться в том, что процентные ставки могут быть ниже. Таким образом, стабильность цен может быть достигнута при менее болезненном уровне безработицы.Вы не можете избежать компромисса, но вы можете улучшить условия, заверив самых влиятельных инвесторов в том, что их интерес к низкой инфляции будет приоритетным.

Это была модель, основанная на ряде предположений об экономике (существует компромисс между инфляцией и безработицей), глобальных финансовых рынках (у них была власть наказывать), политике (предпочтительной стратегией для получения голосов был перерасход средств. ) и общества в целом (значительные социальные силы требовали высокой занятости независимо от инфляции).Модель также была основана на предвзятом видении современной истории и более или менее явно расходилась с демократической политикой: во-первых, в том смысле, что она делала циничные предположения о мотивации избирателей и политиков, но также в более общем смысле, что на месте В дискуссиях, коллективном соглашении и выборе он отдавал предпочтение технократическим расчетам, институциональной независимости и недискреционным правилам.

Президент Бундесбанка Карл Блессинг закладывает краеугольный камень нового здания Бундесбанка во Франкфурте, Германия, в ноябре 1967 года.Роланд Витчель / фото альянс через Getty Images

Это консервативное видение узаконено ссылкой на моменты исторической травмы. Немецкий Бундесбанк, основанный после Второй мировой войны в результате двух приступов гиперинфляции — во время Веймарской республики и после катастрофического поражения Германии в 1945 году, — был прародителем. Федеральная резервная система США перешла на антиинфляционную ортодоксию в 1979 году под руководством Пола Волкера. Музыка настроения была обеспечена знаменитой речью президента Джимми Картера об американском недомогании, усугубляемой глобальной тревогой по поводу слабости доллара после неоднократных попыток администраций Никсона, Форда и Картера стабилизировать цены с помощью правительственного регулирования цен и сделок с торговлей. союзы и предприятия.Демократическая политика потерпела неудачу. Пришло время центральным банкам действовать, используя заоблачные процентные ставки. Такое прекращение инфляции означало бы отказ от любых обязательств по обеспечению полной занятости, ввергание промышленного центра Америки в кризис и необратимое ослабление организованной рабочей силы не было потеряно для Волкера. В этой знаменитой фразе той эпохи не было альтернативы.

К 1990-м годам независимый центральный банк, борющийся с инфляцией, превратился в глобальную модель, развернутую в посткоммунистической Восточной Европе и в странах, которые теперь назывались «развивающимися рынками».«Наряду с независимыми конституционными судами и соблюдением глобального права прав человека, независимые центральные банки были частью арматуры, ограничивавшей народный суверенитет в« третьей волне демократии »Сэмюэля Хантингтона. Если свобода движения капитала была поясом, то независимость центрального банка была пряжкой Вашингтонского консенсуса 1990-х годов в отношении свободного рынка.

Для сообщества независимых центральных банков это были золотые дни. Но, как и во многих других отношениях, этот золотой век давно прошел.В последние десятилетия центральные банки стали более могущественными, чем когда-либо. Но с расширением их роли (и их балансов) исчезла ясность цели. Гигантское усиление власти и ответственности, которое выпало на долю ФРС и ее коллег по всему миру в ответ на COVID-19, просто подтверждает это развитие. Формальные полномочия редко меняются, но, несомненно, охват значительно расширился. В случае с Америкой, где расширение было наиболее драматичным, оно равносильно скрытой трансформации государства, даже США.S. Конституция, произошедшая нерегулярным образом под давлением кризиса с очень малой возможностью для серьезных дебатов или споров.

Консервативные экономисты с ужасом наблюдают, как рушится парадигма 1990-х годов. Разве центральный банк, который вмешивается так же активно, как современные центральные банки, не искажает цены и не искажает экономические стимулы? Разве он не преследует черного хода социального перераспределения? Не подорвет ли это конкурентную дисциплину кредитных рынков? Не попадет ли центральный банк, баланс которого загружен экстренными покупками облигаций, в порочный круг зависимости от заемщиков, чьи долги он покупает?

Эти опасения лежат в основе драмы в конституционном суде Германии.Но чтобы знать, как на них реагировать, нам нужно начать с того, что до сих пор не сделали ни немецкий суд, ни защитники ЕЦБ, а именно с объяснения того, как распалась знакомая модель независимости центрального банка с 1990-х годов.


Яма евродолларовых опционов на Чикагской товарной бирже разразилась 19 декабря 2000 года после заявления ФРС о том, что экономический риск склоняется к спаду, а не к инфляции.СКОТТ ОЛСОН / AFP через Getty Images

Допущения о политике и экономике, которые лежали в основе модели независимого центрального банка в 1980-х и 1990-х годах, были лишь частичной интерпретацией реальности политической экономии конца 20-го века. По правде говоря, паническое видение, которое они создали, было не столько описанием реальности, сколько средством продвижения рыночной дисциплины вдали от избранных политиков и профсоюзов. Однако в третьем десятилетии 21 века лежащие в основе политические и экономические предположения полностью устарели — как из-за успеха рыночного видения, так и из-за его неудач.

Прежде всего, победа в борьбе с инфляцией. В самом деле, он был выигран настолько решительно, что теперь экономисты задаются вопросом, верна ли уже основная организующая идея компромисса между инфляцией и безработицей. Вот уже 30 лет страны с развитой экономикой живут в режиме низкой инфляции. Центральные банки, которые когда-то закалились в борьбе с инфляцией, теперь пытаются избежать дефляции. По условию безопасный минимальный уровень инфляции составляет 2 процента.Банку Японии, ФРС и ЕЦБ систематически не удавалось удерживать инфляцию на этом уровне. Отчаянные усилия ЕЦБ по недопущению дефляции еврозоны в 2015 году привели к драме в зале суда Германии на прошлой неделе. Гигантские закупки облигаций ЕЦБ были призваны наполнить кредитную систему ликвидностью в надежде стимулировать спрос.

Задолго до того, как юристы начали спорить, экономисты ломали голову над этой ситуацией.Наиболее очевидными движущими силами так называемой низкой инфляции являются впечатляющий рост эффективности, достигнутый за счет глобализации, обширный резерв новых рабочих, которые были привязаны к мировой экономике благодаря интеграции Китая и других азиатских экспортных экономик, а также резкое ослабление профсоюзов. Этому во многом способствовали антиинфляционные кампании, деиндустриализация и высокий уровень безработицы 1970-х и 1980-х годов. Нарушение организованного труда подорвало способность рабочих требовать повышения заработной платы.Из-за отсутствия инфляционного давления современные центральные банки не заботятся даже о самой гигантской денежно-кредитной экспансии. Как бы сильно вы ни увеличивали запас денег, кажется, что они никогда не проявляются в повышении цен.

И дело не только в экономике. В то время как классическая модель предполагала, что политики безответственны в финансовом отношении и, следовательно, нуждались в независимых центральных банках, чтобы привести их в соответствие, оказывается, что критическая масса выборных должностных лиц выпила хладнокровие 1990-х годов.В последние десятилетия мы наблюдаем не безжалостный рост долга, а повторяющиеся попытки сбалансировать бухгалтерские книги, особенно в еврозоне под руководством Германии. Вопреки своей репутации Италия всегда была приверженцем жесткой экономии и лидером в области финансовой дисциплины. Но то же самое сделали и Соединенные Штаты, по крайней мере, при демократическом управлении. Политики выступали за фискальную консолидацию и сокращение долга вместо обещаний инвестиций и занятости. В условиях мучительно медленного восстановления после кризиса 2008 года проблема центральных банков заключалась не в перерасходе средств, а в неспособности правительств обеспечить адекватные бюджетные стимулы.

Центральные банки были озабочены финансовой нестабильностью, а не непокорными профсоюзами и беспомощными политиками. Снова и снова финансовые рынки, которые считались приверженцами дисциплины, демонстрировали свою безответственность («иррациональное изобилие»), свою склонность к панике и свою склонность к глубокой нестабильности. Они склонны к пузырям, взрывам и спадам. Но вместо того, чтобы пытаться обуздать эти колебания, центральные банки во главе с ФРС взяли на себя роль всеобъемлющей поддержки финансовой системы — сначала в 1987 году после обвала мирового фондового рынка, а затем после кризиса. com в 1990-х годах, еще более драматичный в 2008 году, и теперь он приобрел поистине беспрецедентный масштаб в ответ на COVID-19.Обеспечение ликвидности — это лозунг, под которым центральные банки теперь поддерживают всю финансовую систему на почти постоянной основе.

К ужасу консерваторов во всем мире, ареной, на которой центральные банки выполняют этот баланс, является рынок государственного долга. Государственные долговые расписки — это не просто обязательства налогоплательщика. Для кредиторов правительства они являются надежным активом, на котором строятся пирамиды частного кредита. Это качество долга с лицом Януса создает основное напряжение.В то время как консервативные экономисты предают анафеме центральным банкам, обменивающим государственный долг в обмен на наличные деньги как скользкий путь к гиперинфляции, реальность современного рыночного финансирования такова, что оно основано именно на этой операции — обмене облигаций на наличные, при посредничестве центрального правительства. банк.

Одним из побочных эффектов массового вмешательства центрального банка на рынки облигаций является то, что процентные ставки очень низкие, во многих случаях близкие к нулю, а иногда даже отрицательные. Когда центральные банки снимают активы с частных балансов, они поднимают цены и снижают доходность.В результате рынок облигаций превратился не в грозного монстра, которым он когда-то был, но и в болонку. В Японии, когда-то являвшейся одним из двигателей финансовых спекуляций, контроль со стороны Банка Японии теперь настолько абсолютен, что торговля облигациями происходит лишь эпизодически по ценам, фактически устанавливаемым центральным банком. Торговцы облигациями не опасаются линчевателей облигаций, а говорят: «Не сражайтесь с ФРС».

Интервенция центрального банка помогает снизить риски финансовой системы, но не останавливает ее рост и не создает равных условий для игры.В то время как влиятельные управляющие фондами и их любимые клиенты охотятся за большей доходностью на фондовых рынках и в экзотических и эксклюзивных инвестиционных каналах, таких как фонды прямых инвестиций и хедж-фонды, принимая на себя больший риск, более осторожные инвесторы оказываются в проигрыше. Низкие процентные ставки наносят ущерб вкладчикам, они наносят ущерб пенсионным фондам и фондам страхования жизни, которым необходимо обеспечить надежную долгосрочную доходность своих портфелей. Именно этот округ был опорой судебного разбирательства в Конституционном суде Германии.

Женщина прыгает на стол, бросает бумаги и конфетти и призывает «положить конец диктатуре ЕЦБ» во время срыва пресс-конференции во Франкфурте 15 апреля 2015 года. ДЭНИЕЛ РОЛАНД / AFP via Getty Images

Истцы и их юристы обвиняют центральный банк в снижении процентных ставок, принося пользу безответным заемщикам за счет бережливых вкладчиков. Они игнорируют более глубокое экономическое давление, на которое реагирует сам центральный банк.Если наблюдается избыток сбережений, если уровень инвестиций низок, если правительства, особенно правительство Германии, не берут новые ссуды, а выплачивают долги, это обязательно приведет к снижению процентных ставок.

Результатом такого сочетания экономических, политических и финансовых сил является экономический ландшафт, который по стандартам конца 20-го века может показаться только перевернутым с ног на голову. Балансы центральных банков гротескно раздуты, но цены (за исключением финансовых активов) скользят в сторону дефляции.До закрытия COVID-19 рекордно низкий уровень безработицы больше не приводил к увеличению заработной платы. Поскольку долгосрочные процентные ставки близки к нулю, политики, тем не менее, отказывались брать деньги в долг для государственных инвестиций. В ответ руководители центральных банков, отчаянно пытающиеся предотвратить сползание к самоподдерживающейся дефляции, снова и снова прибегают к стимулам.

В Соединенных Штатах, по крайней мере в этом отношении, избрание Дональда Трампа президентом помогло восстановить некоторую степень нормальности, хотя и с извращенной стороной.Под натиском республиканцев в Конгрессе его администрация не проявляет сдержанности в отношении огромного дефицита для финансирования регрессивного снижения налогов. Помимо антииммигрантской риторики, выигрышной картой Трампа в 2020 году будет экономика, которая накаляется. В 2019 году ФРС, казалось, вступила в привычную для себя территорию взвешивания, когда повышать процентные ставки, чтобы избежать перегрева. Председатель Джером Пауэлл, конечно, не оценил издевательства президента над повышением ставок, но, по крайней мере, ФРС не потерялась в сумасшедшем доме низкого роста, низкой инфляции, низких процентных ставок и низких государственных расходов, которые были у Банка Японии и ЕЦБ. бороться с.

С 1990-х годов Банк Японии проводил один эксперимент в области денежно-кредитной политики за другим. И, движимый глубоким кризисом в еврозоне под руководством Марио Драги, ЕЦБ приступил к собственным экспериментам. Эти усилия оказались эффективными в обеспечении определенной финансовой стабильности. Они сделали из центральных банкиров героев. Но они также коренным образом изменили значение независимости. В парадигме, возникшей после кризисов 1970-х годов, независимость означала сдержанность и уважение границ делегированных полномочий.В новую эпоху это было больше связано с независимостью действий и инициативы. Чаще всего это означало, что центральный банк единолично спасал положение.

В то время как в большей части мира это было воспринято прагматично — было обнадеживающе думать, что, по крайней мере, кто-то был ответственным — в еврозоне это никогда не будет так просто. То, как правительство канцлера Гельмута Коля продавало немецким избирателям в связи с отказом от немецкой марки, было обещанием, что ЕЦБ будет максимально напоминать Бундесбанк.Ему было запрещено напрямую финансировать дефицит, и, в надежде ограничить чрезмерное национальное влияние, он имел ограниченную политическую подотчетность. Его узкая задача заключалась просто в обеспечении стабильности цен.

Это всегда была азартная игра, которая зависела от готовности итальянцев и французов, которые также имели право голоса в системе евро, пойти на это. Их финансовые элиты настаивали на единой валюте отчасти потому, что они стремились ограничить свой недисциплинированный политический класс, но также и потому, что они играли в азартные игры, как члены еврозоны, у них будет больше шансов изменить европейскую денежно-кредитную политику в своем направлении. чем если бы их национальные центральные банки были вынуждены следовать за Бундесбанком под давлением рынков облигаций.В первые годы введения евро компромисс приносил обоюдное удовлетворение. Но он всегда был хрупким. После того, как финансовый кризис 2008 года вызвал резкое расширение деятельности ЕЦБ, покупая как государственные, так и корпоративные облигации, вмешиваясь, чтобы ограничить процентные ставки, выплачиваемые самыми слабыми государствами-членами еврозоны, подталкивая банковское кредитование путем сложного манипулирования процентными ставками, конфликт был предсказуем. Эта напряженность резко возросла в Конституционном суде Германии на прошлой неделе.


Люди в масках идут перед большой табличкой с евро перед штаб-квартирой Европейского центрального банка во Франкфурте, 24 апреля.Янн Шрайбер / AFP через Getty Images

Большинство финансовых экспертов приветствуют растущую активность ЕЦБ. Это та часть сложной европейской конституции, которая на самом деле функционирует с реальной властью и влиянием как федеральное учреждение. Канцлер Ангела Меркель, не зная своей общественной поддержки, основывала свою европейскую политику на молчаливом согласии позволить ЕЦБ делать то, что было необходимо. Позволить ЕЦБ управлять спредами — процентной маржей, выплачиваемой более слабыми заемщиками — было проще, чем решать вопрос о том, как сделать уровень долга Италии управляемым.Но упорное мнение в Германии никогда не мирилось с этой реальностью. Для них ЕЦБ служит громоотводом для их недовольства меняющейся политической экономией последнего десятилетия. Они обвиняют его в преследовании вкладчиков своей политикой низких процентов. Они обвиняют его в поощрении долгов своих южноевропейских соседей. Сторонники старой религии немецкой экономики свободного рынка считают дешевый кредит подрывом рыночной дисциплины. В общем, они подозревают, что ЕЦБ проводит политику перераспределительного кейнсианства под прикрытием денег — все, что должна была исключить национальная модель социальной рыночной экономики Германии.Для этих немцев ЕЦБ — непрозрачное технократическое агентство, присваивающее себе полномочия, принадлежащие национальным парламентам, и несущееся по скользкой дорожке к европейской сверхдержаве. И для них совсем не случайно, конечно, что все это творение макиавеллистского итальянца с трансатлантическими деловыми связями Марио Драги.

Для общества, которое всегда с подозрением относилось к евро, решимость Драги сделать «все, что потребуется» в 2012 году стала последней каплей.«Альтернатива для Германии» (АдГ) возникла в 2013 году изначально не как антииммигрантская партия, а как правая экономическая альтернатива попустительству Берлина выходкам ЕЦБ. По мере того как АдГ укрепляла свои позиции в качестве партии правого протеста против истеблишмента, прежде всего в Восточной Германии, ее повестка дня изменилась. Но Бернд Лакке, один из основателей АдГ, который с тех пор покинул партию, был среди истцов, дело которых Конституционный суд Германии вынес решение на прошлой неделе.

Тем временем влиятельный немецкий таблоид Bild проводил кампанию, равносильную вендетте против Драги, изображая его в сентябре прошлого года вампиром, пьющим кровь немецких вкладчиков.И даже руководство Бундесбанка, как действующие, так и заслуженные деятели, не стеснялось ассоциировать себя с публичной оппозицией экспансивному курсу ЕЦБ. Защищая силу евро от расточительства, инфляционные методы Южной Европы хорошо сочетаются с патриотической галереей. Но пока Меркель предпочитала сотрудничать с руководством ЕЦБ, эта оппозиция оставалась маргинальной. Что бросило в дело, так это хорошо разработанные системы сдержек и противовесов Конституции Германии, охраняемые Конституционным судом.

Конституционный суд Германии, расположенный в скромных раскопках в сонном городке Карлсруэ, активно понимает свою роль в немецком государстве, представляя себя «гражданским судом», не боясь перевернуть политическую повестку дня по вопросам, связанным с положениями закона. пособия по уходу за детьми или программы социального обеспечения с проверкой нуждаемости для будущего развития европейского проекта. С 1990-х годов суд внимательно следит за неограниченным расширением европейского могущества. Он приводит аргументы на основе защиты демократического национального суверенитета, настаивая на своем праве постоянно проверять европейские институты на предмет их соответствия основным нормам Конституции Германии.

Таким образом, каждое прогрессивное расширение активности ЕЦБ вызывает новый виток правовой активности. Объявленный в 2012 году инструмент Драги — прямые денежные транзакции — неограниченная поддержка для покупки облигаций проблемными суверенными должниками еврозоны — был оспорен коалицией немецких истцов как левых, так и правых. Лишь летом 2015 года суд окончательно и неохотно признал его приемлемым.

Когда Драги, наконец, в 2015 году заставил ЕЦБ начать крупномасштабную покупку облигаций, подобную той, которую ФРС и Банк Японии предприняли несколько лет назад, это также немедленно вызвало новый раунд судебных разбирательств.В 2017 году суд вынес предварительное решение, но передал дело в Европейский суд. В декабре 2018 года Европейский суд объявил, что программа соответствует европейским договорам. Но конституционные судьи Германии не были удовлетворены доводами Европейского суда и провели слушания в 2019 году. После нескольких месяцев раздумий Карлсруэ должен был вынести свое решение 24 марта, но это было отложено на неделю из-за пандемии коронавируса.

Это оказалось кстати, потому что финансовые рынки в марте были в кризисе.В период с 12 по 18 марта, поскольку ЕЦБ не смог успокоить ситуацию, проценты, выплачиваемые Италией за государственные займы, резко выросли. Благодаря массовому вмешательству ЕЦБ они с тех пор остыли. ЕЦБ Кристин Лагард пообещал провести дополнительный раунд покупок на сумму, превышающую 700 миллиардов евро, и, в случае необходимости, еще больше. Чтобы успокоить рынки, требовались осмотрительность и щедрость — именно этого больше всего боялись немецкие критики ЕЦБ и так постоянно критиковали в программе покупки облигаций 2015 года.


Судьи Конституционного суда Германии в Карлсруэ прибудут 5 мая, чтобы вынести решение по программе покупки облигаций Европейского центрального банка. СЕБАСТЬЯН ГОЛЛНОУ / dpa / AFP via Getty Images

Это сделало суждение Карлсруэ о программе на 2015 год еще более важным. Что может означать решение Драги о количественном смягчении (QE) для возможных действий против антикризисной программы Лагард? Как суд может повлиять на ход дебатов в Германии? Первоначальные слушания в 2019 году не казались ЕЦБ благоприятными.Отбор показаний экспертов судом был консервативным и необъективным. Суд дал полную волю протестам небольших немецких банков по поводу низких процентных ставок, которые политика ЕЦБ позволяла им предлагать вкладчикам. Как будто суд вызвал нефтяные компании, и только нефтяные компании, для дачи показаний по вопросу о налогах на выбросы углерода.

Несмотря на все ожидания, приговор стал шоком. Вопрос, который в конечном итоге оказался решающим, — это, по-видимому, концептуальный вопрос о различии между денежно-кредитной политикой и экономической политикой.Конституционный суд Германии заявил, что ЕЦБ, продолжая свои усилия по повышению инфляции до 2 процентов, вышел за рамки своей собственной области — денежно-кредитной политики — и вошел в сферу экономической политики, которую европейские договоры оставляют за национальными правительствами. .

Это отнюдь не очевидное различие. Первоначально он был включен в договоры как для защиты национальных прерогатив, так и для обеспечения того, чтобы внимание ЕЦБ к стабильности цен было защищено от любого ненадлежащего вмешательства сторон, которые могут уделять приоритетное внимание таким проблемам, как безработица или экономический рост.Проведение этого различия — одна из центральных догм немецкой школы экономики, известной как ордолиберализм. Но как только денежно-кредитная политика достигает значительных масштабов, она фактически теряет смысл.

Европейский Суд в Люксембурге обоснованно придерживался мнения, что ЕЦБ выполнил свое обязательство по соблюдению границ, обосновав свою политику в отношении цели цены и следуя сочетанию политики, типичному для современных центральных банков. Карлсруэ возражает против такого случайного подхода со стороны Европейского суда.Европейский суд отклонил иск, не оценив соразмерность лежащего в основе компромисса, заявил Конституционный суд Германии. При этом он не выполнил свой долг и действовал ultra vires — сверх своих полномочий. Таким образом, немецкий суд должен был рассмотреть этот вопрос, и он должным образом установил, что ЕЦБ не удовлетворил экономические соображения, поднятые свидетелями суда. Таким образом, было установлено, что ЕЦБ также превысил свои полномочия.

Поскольку немецкий суд фактически не обладает юрисдикцией в отношении ЕЦБ, решение было вынесено против правительства Германии, которое, как было установлено, не выполнило свои обязанности по защите истцов от чрезмерной политики ЕЦБ.Как подчеркнул Карлсруэ, его решение не вступит в силу немедленно. У ЕЦБ будет трехмесячный льготный период, в течение которого он сможет предоставить убедительные доказательства того, что он действительно сбалансировал более широкое экономическое воздействие своей политики с ее предполагаемыми последствиями. В противном случае Бундесбанк должен будет прекратить любое сотрудничество с покупкой активов по схеме 2015 года.

Решение было вынесено в зал суда с соблюдением строгого социального дистанцирования, хотя судьи не носили лицевых масок.Главный судья Андреас Фоскуле, 12-летний срок полномочий которого истекает в этом месяце, отметил, что решение может быть истолковано как вызов солидарности, необходимой для преодоления кризиса COVID-19. Поэтому он добавил в качестве заверения, что решение применяется только к схеме 2015 года. Следовательно, нет необходимости в немедленном изменении политики. До сих пор рынки спокойно относились к интервенции. Но решение Карлсруэ, тем не менее, шокирует.

Это впечатляющий вызов иерархии европейского суда.Вместо того, чтобы просто оценивать соответствие политики ЕЦБ Конституции Германии, немецкий суд присвоил себе право оценивать соответствие действий ЕЦБ европейскому договорному праву, и эта область явно оставлена ​​на усмотрение Европейского суда. Это, несомненно, сыграет на руку тем в Польше и Венгрии, которые полны решимости бросить вызов общим нормам Европейского Союза. Заместитель министра юстиции Польши не заставил себя долго ждать, чтобы выразить свою восторженную поддержку решения Карлсруэ.Это может оказаться самым продолжительным эффектом случая.

Но впечатляет и по другой причине. Требуя от ЕЦБ оправдания своей политики количественного смягчения, немецкий суд поставил под сомнение не только конкретную политику, но и все основания для независимости центрального банка. Причем не только формально, но и содержательно. Он выявил политическую и материальную основу, лежащую в основе нормы независимости.

Утверждение о том, что ЕЦБ перешагнул границы между денежно-кредитной и экономической политикой, является абстрактным утверждением не столько скандалом, сколько тавтологией.Только в ордолиберальном мире фантазий можно было представить, что денежно-кредитная политика работает исключительно в виде сигналов, не оказывая влияния на реальную экономику. Действительно, повлиять на реальную экономическую активность за счет снижения стоимости заимствований — это как раз и есть цель денежно-кредитной политики. ЕЦБ не только не забывает об экономических последствиях своей денежно-кредитной политики, но и тратит на это все свое время.

Тем не менее, повторяя это, казалось бы, абсурдное различие, суд фактически зарегистрировал значительный исторический сдвиг.Переход происходит не от денежно-кредитной политики к экономической, а от центрального банка, чья работа заключается в сдерживании инфляции, к тому, чья работа заключается в предотвращении дефляции, — и от центрального банка с делегированной узкой политической целью к тому, кто действует в качестве дилера последней инстанции. обеспечивать поддержку всей финансовой системы. Немецкий суд прав, обнаружив ловкость рук, когда ЕЦБ оправдывает совершенно новую политику в отношении того же старого мандата по достижению ценовой стабильности. Но немецкий суд не учитывает то, что это не вопрос выбора со стороны ЕЦБ, а навязанный ему историческими обстоятельствами.

Проходя через легальные и заумные аргументы, истцы подали в суд жалобу о том, что мир изменился. Центральный банк Европы должен был быть их другом в поддержании порядка, при котором чрезмерные государственные расходы ограничивались, требования по заработной плате и инфляция были дисциплинированы, а бережливые вкладчики получали солидную прибыль. Реальность, с которой они столкнулись в течение последних 10 лет, очень отличается. Они подозревают нечестную игру и винят новомодную политику ЕЦБ и его итальянское руководство.Вместо того чтобы занять возвышенную позицию, признать историческое значение этого кризиса и призвать к общей переоценке роли центральных банков в связи с радикально иной экономической ситуацией, Конституционный суд Германии превратился в рупор конкретных заявлений истцов. обиды, связывающие их с выражением основных демократических прав и бросающие вызов основам европейского правопорядка.

Его готовность взять на себя эту роль, несомненно, отражает его негодование по поводу узурпации своего превосходства Европейским Судом.В этом смысле решение отражает заботу о защите национального суверенитета Германии. Но это также отражает когнитивный шок от непонимания роли центральных банков в радикально изменившемся мире. Что это разительно показывает, так это пределы существующих форм легитимности центрального банка — включая нарратив независимости центрального банка — именно в тот момент, когда мы стали более зависимыми, чем когда-либо, от решительных действий центральных банков.

Чтобы увидеть головокружительный эффект этого решения, представьте альтернативную историю.Представьте себе такой гражданский суд в Карлсруэ, который собрался где-то в середине 1980-х годов в Соединенных Штатах, чтобы оценить, адекватно ли взвесила ФРС Волкера экономические последствия своего резкого повышения процентных ставок для сталелитейщиков из «Пояса ржавчины». Или, что немного более правдоподобно, представьте себе слушание в испанском или итальянском конституционном суде по вопросу о том, были ли их правительства упущены в том, что они не потребовали ознакомления с доводами, оправдывающими решение ЕЦБ в 2008 или 2011 годах просто поднять процентные ставки. поскольку европейская экономика скатывалась в первую, а затем во вторую рецессию.Были немецкие опасения по поводу инфляции в эти критические моменты сопоставляться с ущербом, который будет сделано для возможности трудоустройства миллионов своих сограждан в еврозоне? Слышал бы Карлсруэ дело, возбужденное на этих основаниях несчастным гражданином Германии, потерявшим работу в результате этих катастрофически ошибочных мер денежно-кредитной политики?

Конечно, тогда эти решения подверглись критике. Но такая критика не считалась достойной рассмотрения в конституции.Это была просто политика, и долг центрального банка и мера его независимости — преодолевать и игнорировать такие возражения.


Флаги Европейского Союза и Германии вывешены перед судом во Франкфурте 5 мая, в день, когда Конституционный суд Германии огласил свое решение по покупке государственных облигаций на миллиард евро Европейским центральным банком. Себастьян Голлноу / фото альянса через Getty Images

Показательно политическое влияние решения суда.С немецкой стороны, деловой совет Христианско-демократического союза Меркель сразу же выразил поддержку суду. То же самое сделал и представитель АдГ. Фридрих Мерц, возможный правый преемник Меркель, дал понять, что теперь он считает, что правительство Германии обязано принять меры предосторожности в отношении любого дальнейшего расширения диапазона действий ЕЦБ.

Реакция Еврокомиссии и ЕЦБ была не менее незамедлительной. Они сомкнули ряды вокруг Европейского суда.Они послали четкий сигнал о том, что они связаны общеевропейскими законами и институтами. После нескольких дней обсуждения ЕЦБ с величайшим преуменьшением заявил, что принимает к сведению решение Карлсруэ, но намерен проигнорировать его, поскольку ЕЦБ отвечает перед Европейским парламентом и Европейским судом, а не Конституционным судом Германии. В декабре 2018 года Европейский суд вынес решение по программе покупки активов по запросу немецкого суда. Доработок нет. Дело закрыто.

Это ставит немецкое правительство и Бундесбанк в затруднительное положение.Правительство Германии, со своей стороны, часто годами не выполняет в полной мере самые амбициозные решения Конституционного суда. Министерство финансов под руководством социал-демократов в Берлине, которое культивирует свой имидж сторонника проевропейской политики, преуменьшило это решение. Невралгической точкой станет Бундесбанк. Это и немецкое агентство, подотчетное Конституционному суду, и член системы евро, и поэтому оно связано уставом ЕЦБ.

Открытый и неразрешимый конфликт между Бундесбанком и Конституционным судом, с одной стороны, и ЕЦБ, с другой, усугубит напряженность, уже существующую в еврозоне по вопросу о финансировании экстренного реагирования на кризис COVID-19.Негодование в Италии и Испании по отношению к Германии уже достигло высокого уровня. Призыв немецкого суда ограничить и сбалансировать расширение ЕЦБ можно было бы воспринять как призыв вместо этого расширить сферу действия европейской фискальной политики. ЕЦБ сам выдвинул именно этот аргумент. Но, к сожалению, те же политические силы в Германии, которые передали дело в Конституционный суд, также препятствуют серьезному движению к фискальному федерализму.

Принимая во внимание экономический консерватизм и высокомерие немецкого двора, а также перспективу череды вызовов со всего ЕС со стороны еще более недружественных сил, сильная позиция европейской стороны должна приветствоваться.Но было бы прискорбно, если бы ЕЦБ отреагировал на донкихотский натиск Германии на реалии центральных банков 21-го века, отступив в защитный бункер.

Плакат с надписью «капитализм опаснее коронавируса» виден на демонстрации в Кельне, Германия, 1 мая. Ying Tang / NurPhoto via Getty Images

Если это еще не было очевидным, шок COVID-19 ясно показал без тени сомнения, что как политические, так и экономические обстоятельства, из которых возникла первоначальная модель независимости центрального банка, изменились не только в Германии или Европе, но и в других странах. вокруг света.Это делает классическую парадигму независимости в борьбе с инфляцией устаревшей и ставит под сомнение модели узкого делегирования. Чтобы справиться с новыми обстоятельствами, в которых реальными проблемами являются угроза дефляции, стабильность финансовой системы и пассивность налогово-бюджетной политики, ЕЦБ, как и все его коллеги, действительно проводил политику, выходящую далеко за рамки стабильности цен. условно понимается. Фактически, в Европе ЕЦБ — единственное агентство, занимающееся экономической политикой, достойное этого названия.Учитывая ограниченность его полномочий, это действительно связано с некоторой степенью запутывания. Несмотря на то, что решение Карлсруэ находится в неведении, оно помогло пролить свет на фарс ЕЦБ.

В краткосрочной перспективе может быть неизбежно ответить удвоением защиты независимости. Но и это пройдет. Более конструктивным ответом было бы выступление за более широкий мандат для обеспечения того, чтобы центральный банк действительно уравновешивал стабильность цен с другими проблемами; Второй целью банка, безусловно, должна быть занятость, а не интересы немецких вкладчиков.Но открытое обсуждение круга полномочий ЕЦБ стало бы шагом вперед для европейской политики. Конечно, политика корректировки договора — непростая задача. Потребуется политическое мужество. Но само требование не должно быть представлено и отвергнуто как диковинное. В конце концов, у ФРС двойной мандат. Наряду со стабильностью цен Закон Хамфри-Хокинса предписывает стремиться к максимально возможной занятости. Как свидетельствует история ФРС, это далеко не обязательное обязательство.Но с 2008 года он предоставил ФРС свободу действий, необходимую для расширения спектра ее деятельности.

Это расширение деятельности в значительной степени было делом технократов. Смысл обсуждения расширения мандата ЕЦБ должен быть противоположным. Целью должно быть поощрение широкого обсуждения более широкой цели центральных банков. Опять же, пример США может быть источником вдохновения. Двойной мандат ФРС, что несколько удивительно, является наследием прогрессивной борьбы, которая велась в 1960-х и 1970-х годах — в частности, движением за гражданские права под руководством Коретты Скотт Кинг — за то, чтобы поставить социальное равенство на первое место в повестке дня макроэкономической политики.Это может показаться надуманным, но прогрессисты не могут уклониться от вызова. Им не следует позволять держать себя в плену мистики независимости центрального банка 1990-х годов.

Два новых выпуска делают этот выпуск ключевым в настоящий момент. Один из них — финансовое наследие кризиса COVID-19, которое обременяет нас гигантскими долгами. Баланс центрального банка является ключевым механизмом для управления этими долгами. Другой вопрос — это переход к зеленой энергии и необходимость сделать наши общества устойчивыми к грядущим экологическим потрясениям.Это потребует государственных расходов, а также переориентации частного кредита на устойчивые инвестиции. В этом процессе центральный банк также играет ключевую роль. Текущие мандаты требуют, чтобы эти опасения были подкреплены аргументами о финансовой стабильности. Пришло время для более прямого и открыто политического подхода.

Модель независимости возникла в результате краха Бреттон-Вудской системы и необходимости сдерживать инфляцию во время Великой инфляции 1970-х годов.Огромный спектр интервенций, проводимых в настоящее время глобальными центральными банками, возник в результате кризиса глобально интегрированной финансовой системы. Они стали возможными благодаря отсутствию инфляционного риска. Пока им удалось предотвратить катастрофу. Но у них нет позитивной цели и обновленной демократической основы.

Мы ценим стабильность цен, но к лучшему или к худшему, силы, которые когда-то сделали это насущной проблемой, больше не действуют. Одной этой цели уже недостаточно для определения мандата самого важного органа, определяющего экономическую политику.Финансовая стабильность имеет важное значение, но текущие кровосмесительные отношения между центральными банками и финансовой системой имеют тенденцию, во всяком случае, поддерживать и поощрять опасные спекуляции со стороны самообогащающейся элиты. Между тем, медленный рост, неравенство и безработица лежат в основе обоих наших социальных недугов, а также проблемы долгового бремени — то, как мы управляем государственным долгом, в решающей степени зависит от того, насколько быстро растет экономика. Наконец, мы больше не можем отрицать, что сталкиваемся с фундаментальными экологическими проблемами, которые создают серьезный вызов для поколений для инвестиций.

Это политические вызовы третьего десятилетия 21 века. Деньги и финансы должны сыграть ключевую роль в решении всех этих проблем. И поэтому центральные банки должны быть в центре разработки политики. Притворяться обратным — значит отрицать как логику экономики, так и реальные изменения в центральном банке за последние десятилетия. Однако мы должны также признать, что это расширение находится в противоречии с нынешним политическим построением центральных банков и, в частности, ЕЦБ.Определение их позиции с точки зрения независимости, строго определенных полномочий и правил ограничивает их демократическую подотчетность. Это было явным намерением консервативной реакции на беспорядки 1970-х годов.

Если Европа хочет выйти из тупика, созданного постановлением немецкого суда, в котором один контрмаджоритарный институт проверяет другой по указанию обиженного и корыстного меньшинства, нам необходимо выйти из этой исторической тени. Это, несомненно, связано с рисками.Но то же самое происходит и с попытками исправить наш анахроничный статус-кво. Спустя полвека после краха Бреттон-Вудса и появления мира бумажных денег, 20 лет после появления евро, пора дать нашей финансовой и валютной системе новую конституционную цель. Поступая таким образом, Европа не только успокаивает своих внутренних демонов. Это было бы моделью для остального мира.

о — ЦБ

о — ЦБ

Надежная разведка мировых финансовых властей.

Central Banking Publications — финансовый издатель, принадлежащий Infopro Digital, специализирующийся на государственной политике и финансовых рынках с упором на центральные банки, международные финансовые учреждения, инфраструктуру и регулирование финансовых рынков. Компания Central Banking Publications была основана в 1990 году и приобретена Infopro Digital в 2017 году.

Роберт Прингл, председатель, бывший редактор The Banker и бывший исполнительный директор Group of Thirty.Central Banking Publications поддерживается престижным консультативным советом, в состав которого входят лауреат Нобелевской премии экономист и бывшие управляющие центральных банков в Азии, Европе и Америке.


Редакционно-консультативный совет Central Banking Publications
  • Зети Ахтар Азиз — Управляющий, Банк Негара Малайзия, 2000–16 годы
  • Кристиан де Буасье — Профессор экономики Парижского университета-1 Пантеон Сорбонна
  • Дон Браш — управляющий, Резервный банк Новой Зеландии, 1988–2002 годы
  • Сэр Сэмюэл Бриттан — Financial Times
  • Чарльз Гудхарт — Почетный профессор Лондонской школы экономики
  • Абдулрахман Аль Хамиди — Генеральный директор и председатель правления Арабского валютного фонда и заместитель управляющего Валютного управления Саудовской Аравии, 2009–2013 годы
  • Ларс Хайкенстен — Управляющий, Sveriges Riksbank, 2002–05
  • Отмар Иссинг — Член правления Deutsche Bundesbank, 1990–1998 гг., И Исполнительного совета Европейского центрального банка, 1998–2006 гг.
  • Лорд Король Лотбери Управляющий, Банк Англии, 2003–13 годы
  • Дональд Кон — Заместитель председателя Совета управляющих Федеральной резервной системы 2002–10
  • Лина Мохохло — управляющий, Банк Ботсваны, 1999–2016 годы
  • Роберт А. Манделл — С. Лоуэлл Харрис, профессор экономики Колумбийского университета
  • Людек Нидермайер — Вице-управляющий, Чешский национальный банк, 2000–08
  • Гильермо Ортис Управляющий, Банк Мексики, 1998–2009 годы
  • Ян Плендерлейт Заместитель управляющего, Резервный банк Южной Африки, 2003–05
  • YV Reddy Управляющий, Резервный банк Индии, 2003–08
  • Кеннет Рогофф Профессор экономики и Томас Д. Кэбот профессор государственной политики Гарвардского университета
  • Эндрю Шэн Заместитель генерального директора, Управление денежно-кредитного регулирования Гонконга, 1993–98
  • Роберт Шиллер Артур М. Окун, профессор экономики, Йельский университет
  • Масааки Сиракава Управляющий, Банк Японии, 2008–13 годы
  • Гэри Стерн Президент Федерального резервного банка Миннеаполиса, 1985–2009 годы
  • Александр К. Свобода Профессор международной экономики Высшего института международных исследований и развития
  • Жан-Клод Трише Президент Европейского центрального банка, 2003–2011 годы и управляющий Банка Франции, 1993–2003 годы
  • Тариса Ватанагасе Управляющий, Банк Таиланда, 2006–10
  • Джозеф Ям Главный исполнительный директор, Управление денежно-кредитного регулирования Гонконга, 1993–2009 гг.

Журналы, веб-сайты, книги и события центрального банка

Central Banking Publications издает ежеквартальный журнал Central Banking Journal в дополнение к CentralBanking.com, Central Banking Books и Central Banking Events.

ТАКЖЕ ДОСТУПНЫ В ИНТЕРНЕТЕ

С момента своего основания в 1990 году журнал Central Banking Journal был единственным регулярным независимым изданием для центральных банков и о них.

Central Banking Journal читают подписчики в 130 странах и более чем 120 центральных банках мира.

В число недавних участников и интервьюируемых входят Масааки Сиракава, управляющий Банка Японии, Зети Ахтар Азиз, управляющий Bank Negara Malaysia, Фредерик Мишкин, бывший член Совета Федеральной резервной системы, а также ведущие экономисты и мыслители, такие как Роберт Шиллер, Эдмунд Фелпс и Мохамед Эль- Эриан.Подробнее

Запросите БЕСПЛАТНЫЙ ПРОБНЫЙ ПЕРИОД или ПОДПИСАТЬСЯ на Central Banking Journal

ДОСТУП ОНЛАЙН + 4 ВЫПУСКА В ГОД | ЦЕНА: от 575 £ | ЗАКАЗАТЬ

CentralBanking.com

Central Banking Publications — ведущий поставщик онлайн-новостей о событиях на международных рынках капитала через свою независимую онлайн-службу новостей CentralBanking.com .

Стандартные подписчики с по CentralBanking.com имеют доступ к эксклюзивному контенту, сегментированному по специальностям. Основные области включают денежно-кредитную политику, платежные системы, надзор, управление резервами и управление рисками.

Подписчики

Premium также получают полный доступ к содержимому журнала Central Banking Journal в дополнение к материалам, перечисленным выше.

Запросите БЕСПЛАТНУЮ ПРОБНУЮ ПРОБНУЮ УСТАНОВКУ на CentralBanking.com

ДОСТУП ОНЛАЙН | ЗВОНИТЕ: +44 (0) 20 7316 9300 | ЭЛЕКТРОННАЯ ПОЧТА

Central Banking Publications издает ряд специализированных книг, справочников и исследований для руководителей центральных банков, органов финансового рынка и связанных с ними специалистов и практиков.

Публикации сосредоточены на трех основных областях: собственно центральное банковское дело, финансовое регулирование и надзор и международные финансы, и обращаются к практическим и политическим потребностям сообщества центральных банков.

Для получения подробной информации о нашем полном спектре книг по центральному банку посетите веб-сайт riskbooks.com.


КУПИТЬ ОНЛАЙН | RISKBOOKS.COM

Опираясь на независимый взгляд издателя, Central Banking Publications организует специализированных семинаров для лиц, определяющих финансовую политику, которые проводят эксперты в области центрального банка и финансового регулирования.

Конференции

В 2008 году Central Banking Publications запустил серию конференций по управлению государственным капиталом с двумя мероприятиями в Лондоне и Сингапуре, которые привлекли более 120 участников из официального сектора и сообщества заинтересованных сторон.

Как независимый финансовый обозреватель, наша миссия — способствовать информированному, совместному и продуктивному обсуждению между ключевыми заинтересованными сторонами посредством этих мероприятий высокого уровня.

Семинары и тренинги

С 1999 года Central Banking Publications организовал ежегодно учебных курсов / семинаров в Кембридже и Камберленд Лодж Виндзор.В нем приняли участие более 2500 руководителей центральных банков и надзорных органов из более чем 120 стран. Среди прошлых участников были руководители центральных банков и заместители управляющих из Южной Африки, Индонезии, Намибии и Молдовы, а также руководители высшего звена центральных банков по всему миру.

Круглые столы и исследовательские группы

Помимо наших ежегодных учебных курсов, Central Banking Publications проводит несколько исследовательских групп высокого уровня для руководителей центральных банков по всему миру . В Группу по изучению финансовой отчетности центрального банка входят главные бухгалтеры и заместители управляющих из 25-30 стран.Группа резервных активов — это дискуссионная группа для управляющих резервами центрального банка, которая проводится только по приглашению в Лондоне.

Для получения дополнительной информации о мероприятиях Центрального банка посетите сайт www.centralbanking.com/events.


КАЛЕНДАРЬ СОБЫТИЙ | СОБЫТИЯ.CENTRALBANKING.COM

Лучшая издательская компания Digital B2B 2016, 2017 и 2018 гг.

Лучшая издательская компания в сфере цифрового B2B

Вам необходимо войти в систему, чтобы использовать эту функцию.Если у вас нет счета в центральном банке, зарегистрируйтесь для получения пробной версии.

Войти
Вы находитесь в корпоративном доступе.

Для использования этой функции вам потребуется индивидуальная учетная запись. Если он у вас уже есть, пожалуйста, войдите в систему.

Войти.

Вы также можете запросить индивидуальный счет здесь:

Что такое центральный банк и чем они занимаются?

Центральный банк — это организация, которая в первую очередь управляет денежной системой. Этот термин часто относится к центральному банку страны (или группы стран, таких как Европейский Союз), но не каждый руководящий орган использует центральный банк.

Голы

Обязанности центрального банка варьируются от страны к стране. Например, центральный банк может иметь цель «поддерживать стабильность цен», что означает (среди прочего) ограничение скорости роста цен с течением времени из-за инфляции. Банкам часто приходится жонглировать конкурирующими целями. Например, банку также может быть поручено поддерживать низкий уровень безработицы.

Некоторые методы, используемые для борьбы с безработицей, в том числе поддержание низких процентных ставок и поощрение кредитования, могут вызвать рост инфляции выше ожидаемого.

ФРС

Центральным банком США является Федеральная резервная система. Созданная Конгрессом 23 декабря 1913 года, «Федеральная резервная система» состоит из государственных и частных участников, некоторые из которых назначаются правительственными чиновниками, а другие работают в частном секторе ( другими словами, это могут быть предприятия). Вклад как государственных, так и частных интересов в идеале позволяет ФРС работать без особого влияния со стороны законодателей. ФРС служит интересам общества, и предполагается, что участники должны представлять голос общества.

Главный приоритет или «мандат» ФРС (цель, которую она призвана преследовать) заключается в следующем:

  • Поддерживать стабильные цены (или поддерживать низкую инфляцию) и
  • Сохранять занятость людей (или поддерживать низкий уровень безработицы)

Эти две цели известны как «двойной мандат», который может быть хрупким балансом. ФРС выполняет другие обязанности и имеет дополнительные цели. В то же время ФРС стремится поддерживать рост экономики, выполняя все свои обязанности.

Как работает ФРС

U.S. Центральный банк функционирует тремя разными способами.

Денежно-кредитная политика

Основная обязанность ФРС — управлять экономикой путем проведения денежно-кредитной политики. Для этого ФРС может увеличивать или уменьшать денежную массу в системе. Есть три инструмента для изменения денежной массы:

  • Операции на открытом рынке: ФРС может покупать и продавать ценные бумаги другим банкам для предоставления (или поглощения) наличных денег. Когда ФРС покупает ценные бумаги, она вводит в систему наличные.
  • Управление учетной ставкой: ФРС может упростить или усложнить получение займов, снизив или повысив процентные ставки. ФРС не решает, сколько вы зарабатываете на своем сберегательном счете или сколько процентов вы платите по ссуде. Тем не менее, действия ФРС косвенно влияют на ваши ставки. Когда вы слышите, что ФРС снизила или повысила процентные ставки, это сигнал о том, что ФРС хочет скорректировать темп экономической активности.
  • Управление резервными требованиями: ФРС может изменить сумму, которую банки должны держать внутри.Когда от банков требуется иметь больше буферных фондов, у них становится меньше денег для ссуд (что может замедлить экономический рост).

Банковский надзор

ФРС также регулирует деятельность банков (банков, в которых предприятия и физические лица делают депозиты и занимают у них) с целью поддержания здоровой и справедливой банковской системы. Ограничивая риски, которые могут принять банки, и защищая потребителей, ФРС стремится избежать проблем, которые возникли во время финансового кризиса 2008 года.

Финансовые услуги

Наконец, ФРС помогает банкам вести бизнес, выступая в качестве посредника во многих транзакциях.Без ФРС электронные платежи (например, телеграфные переводы и платежи через ACH) выглядели бы иначе. ФРС также помогает банкам оформлять чеки, переводя средства из одного учреждения в другое.

ФРС действует как банк для других банков. Большинство индивидуальных потребителей и предприятий не взаимодействуют с центральным банком.

Противоречие

Действия — и даже существование — центральных банков вызывают много споров.

С одной стороны, некоторые люди думают, что центральные банки предоставляют ценные услуги: они защищают потребителей, облегчают торговлю и помогают поддерживать более или менее стабильную работу экономики.

Другие считают, что центральные банки делают наоборот. Они могут мешать свободной торговле и экономическим силам, которые в противном случае разыгрались бы и создали сбалансированную систему. Критики утверждают, что центральные банки в конечном итоге создают непредвиденные последствия, которые хуже решаемых проблем.

Центральный банк США, ФРС, должен быть политически нейтральной организацией, ориентированной на стабильность цен, умеренный рост и занятость . В идеале политики не имеют права голоса в том, как ФРС влияет на экономику, а ФРС должна быть подотчетна Конгрессу и избирателям.

Определение Центрального банка | Bankrate.com

Что такое центральный банк?

Центральный банк — это государственное учреждение, которое обычно наделено полномочиями регулировать деятельность коммерческих банков, определять денежно-кредитную политику и предоставлять финансовые услуги. Они помогают стабилизировать национальную валюту, предотвращать инфляцию и поддерживать низкий уровень безработицы. Центральный банк США называется Федеральной резервной системой.

Более глубокое определение

Центральные банки были созданы как оплот против финансового кризиса.Как институт, контролирующий денежно-кредитную политику страны, центральные банки имеют возможность как стимулировать, так и замедлять рост экономики. Это связано с тем, что центральные банки имеют резерв наличности, из которого коммерческие банки могут использовать для выдачи ссуд, стоимость которых определяется национальными процентными ставками.

Если инфляция растет, центральный банк может поднять процентные ставки, в результате чего физическому лицу становится дороже брать ссуду в своем банке. Центральный банк может перестать производить деньги или вынудить коммерческие банки покупать финансовые инструменты, такие как казначейские векселя или иностранная валюта, что сокращает предложение денег в экономике.Это называется контрафактной денежной политикой.

С другой стороны, если экономика проседает, центральный банк может снизить процентные ставки, предоставляя коммерческим банкам более дешевый доступ к средствам, что, таким образом, позволяет физическим лицам и предприятиям занимать больше. Центральный банк может снова начать печатать деньги. Это называется расширяющей денежной политикой.

Большинство центральных банков устанавливают резервные требования для коммерческих банков, что означает, что они должны удерживать определенный процент наличными от того, что они должны владельцам счетов, что гарантирует, что у банков не закончатся деньги.Страны, которые не устанавливают резервные требования, например Великобритания, часто вместо этого имеют требования к капиталу, которые определяются отношением капитала банка к его риску.

Хотите открыть новый сберегательный счет? Bankrate может помочь вам найти лучшие ставки.

Пример центрального банка

Закон о Федеральной резервной системе был подписан президентом Вудро Вильсоном в 1913 году после серии финансовых паник, которые привели к банкротству многих коммерческих банков по всей стране. Конгресс ставит свои цели, но теоретически это независимый орган, хотя президент назначает его председателя.

Политика, которую она вводит, часто имеет непредвиденные последствия: например, поддержание низких процентных ставок помогло росту экономики и сокращению безработицы в краткосрочной перспективе, они также способствовали кризису субстандартного ипотечного кредитования и Великой рецессии. В то же время он разработал денежно-кредитную политику, которая вывела страну из рецессии и теперь имеет возможность регулировать банковские учреждения в надежде предотвратить новую.

Финансовые чиновники G7 поддерживают принципы цифровых валют центральных банков

Изображение виртуальной криптовалюты Биткойн показано на этой картинке, сделанной 14 июня 2021 года.REUTERS / Edgar Su / Illustration

ВАШИНГТОН, 13 октября (Рейтер) — Финансовые чиновники G7 в среду одобрили 13 принципов государственной политики для розничных цифровых валют центральных банков, заявив, что они должны основываться на прозрачности, верховенстве закона и разумном экономическом управлении. сообщили в министерстве финансов.

«Инновации в области цифровых денег и платежей могут принести значительные выгоды, но также поднимают значительные проблемы государственной политики и регулирования», — говорится в совместном заявлении министров финансов и руководителей центральных банков Группы семи.

«Сильная международная координация и сотрудничество по этим вопросам помогает гарантировать, что инновации в государственном и частном секторах принесут внутренние и международные выгоды, будучи безопасными для пользователей и финансовой системы в целом».

Финансовые чиновники встретились лично, а некоторые присоединились к видео, в Вашингтоне в среду во время ежегодных встреч Международного валютного фонда и Всемирного банка под руководством министра финансов Великобритании Риши Сунака.

В своем совместном заявлении представители G7 заявили, что деньги центрального банка в форме цифровых валют Центрального банка или CBDC дополнят наличные деньги и могут выступать в качестве ликвидного, безопасного расчетного актива и якоря для платежной системы.

Они заявили, что эти принципы предназначены для поддержки обсуждения политики и разработки внутри и за пределами G7, дополняя недавно опубликованную работу группы центральных банков и Банка международных расчетов.

Ни один орган G7 не принял решения о выпуске CBDC, и тщательное рассмотрение потенциальных последствий для политики будет продолжено, говорится в заявлении.

«Мы подтверждаем, что любая CBDC должна основываться на наших давних публичных обязательствах в отношении прозрачности, верховенства закона и разумного экономического управления», — говорится в заявлении.«Любая CBDC должна поддерживать и« не причинять вреда »способности центральных банков выполнять свои обязанности по обеспечению денежно-кредитной и финансовой стабильности».

Официальные лица G7 подчеркнули важность строгих стандартов конфиденциальности, кибербезопасности, необходимости защиты данных пользователей и прозрачности того, как информация будет защищаться и использоваться.

Они заявили, что такие валюты должны быть энергоэффективными и работать в открытой, прозрачной и конкурентной среде, подчеркнув при этом важность взаимодействия на трансграничной основе и необходимость минимизировать любые вредные вторичные эффекты для международной валютно-финансовой системы.

Они подтвердили, что ни один глобальный проект стейблкоина не должен начинать работу до тех пор, пока он не решит юридические, нормативные и надзорные требования, вторя аналогичному заявлению, сделанному более крупными финансовыми чиновниками Группы 20 ранее в среду.

Стейблкойны — это тип цифровых монет, привязанных к традиционным валютам.

Отчетность Андреа Шалал и Дэвида Лодера; Под редакцией Тома Хога и Лесли Адлера

Наши стандарты: принципы доверия Thomson Reuters.

Анализ: Возрождение инфляции — это победа, а не поражение для центральных банков.

ФРАНКФУРТ, 13 октября (Рейтер) — Да, инфляция вернулась, и вы, вероятно, почувствуете облегчение, если не будете полностью счастливы.

Таков вердикт ведущие центральные банки мира, которые надеются, что достигли точки, в которой в условиях здоровой экономики цены постепенно растут, но не выходят из-под контроля.

Поддерживаемые огромными государственными расходами, центральные банкиры в последние годы использовали беспрецедентную денежно-кредитную мощь, чтобы добиться этого результата. В самом деле, любое меньшее означает, что самый крупный эксперимент с центральным банком в современную эпоху провалился.

Только Япония, которая пыталась и безуспешно пыталась повысить цены с 1990-х годов, остается в депрессивном состоянии инфляции.

Для других стран с развитой экономикой рост ценового давления ставит недостижимую цель сворачивания сверхлегкой политики и, наконец, открывает перспективу того, что центральные банки, получившие известность во время глобального финансового кризиса, могут наконец отступить.

Текущий рост инфляции, конечно, сопряжен с риском, но сравнения со стагфляцией 1970-х годов — периодом высокой инфляции и безработицы в сочетании с незначительным ростом или отсутствием роста — кажутся необоснованными.

На первый взгляд текущие темпы инфляции действительно вызывают беспокойство.Рост цен уже превышает 5% в Соединенных Штатах и ​​вскоре может достигнуть 4% в зоне евро, что значительно выше целевых показателей политики и на уровнях, не наблюдавшихся более десяти лет.

Но веские доказательства еще не опровергают мнение многих политиков о том, что это в основном временный всплеск, вызванный ухабистым восстановлением экономики после пандемии.

«Нынешний всплеск инфляции можно сравнить с чиханием: реакция экономики на поднимающуюся пыль в результате пандемии и последующего восстановления», — сказала член правления Европейского центрального банка Изабель Шнабель.

Итак, если инфляция после «чихания» установится на более высоком уровне, центральные банки должны быть счастливы, учитывая, что большую часть последнего десятилетия они потратили на повышение, а не на снижение инфляции.

Официальные и неофициальные беседы с более чем полдюжиной руководителей центральных банков указывают на облегчение того, что ценовое давление наконец нарастает и нормализация политики, запретная тема на протяжении многих лет, снова возвращается на повестку дня.

«Если инфляция не вырастет сейчас, то никогда не будет», — сказал один из политиков, попросивший не называть его имени.«Это идеальные условия, это то, над чем мы работали».

Центробанки уже отвечают. Норвегия, Южная Корея и Венгрия, среди прочих, уже повысили ставки, в то время как Федеральная резервная система США и Банк Англии ясно дали понять, что этот шаг приближается.

Даже ЕЦБ, который на десять лет занижал свой целевой показатель инфляции, готовится в ближайшее время отменить меры кризисной эпохи, в то время как рынки теперь оценивают повышение процентной ставки в конце 2022 — начале 2023 года, что является первым подобным шагом с 2011 года.

НЕ 70-е

Стагфляция кажется маловероятной с учетом основных факторов, определяющих инфляцию.

Повышение заработной платы, являющееся предпосылкой инфляции, остается слабым в Европе и держится ниже уровня инфляции в Соединенных Штатах. Нет никаких свидетельств того, что компании планируют полностью компенсировать работникам разовое повышение цен.

Профсоюзы с годами утратили значительную власть, и заработная плата теперь является лишь одним из компонентов их требований, а досуг и гарантия занятости также включены в список.Таким образом, они вряд ли будут обладать той переговорной силой, которая подтолкнула рост заработной платы и инфляцию к двузначным цифрам в 1970-х годах.

Влияние стремительного роста цен на энергоносители также, вероятно, будет более скромным, чем в прошлом. Доля энергии в общих расходах за последние десятилетия снизилась, и мир имеет многолетний опыт управления жизнью при ценах на нефть выше 80 долларов за баррель.

«Экономика стала намного меньше зависеть от энергии, как с точки зрения частного потребления, так и промышленного производства», — сказал экономист ING Карстен Бжески.«Любое повышение цен на энергоносители, столь же нежелательное для производителей, потребителей и руководителей центральных банков, не имеет таких же экономических последствий, как в 70-е годы».

Действительно, объем производства каждой единицы энергии в США с 1975 года увеличился более чем вдвое.

Наконец, центральные банки далеко не благодушны. Большинству из них была предоставлена ​​независимость именно из-за инфляции 1970-х годов, а политики уже осознают опасность неконтролируемого роста цен.

«Мы должны проявлять бдительность и не волноваться», — заявил во вторник глава французского центрального банка Франсуа Вильруа де Гальо.

СЛЕДУЮЩАЯ ЗАБОТА — ДОЛГ

Головная боль начинается, когда «временная» инфляция держится слишком долго и компании начинают корректировать и заработную плату, и цены, усиливая временный шок базовых цен.

«Индикаторы не указывают на то, что долгосрочные инфляционные ожидания опасно не связаны», — сказал президент ФРС Атланты Рафаэль Бостик. «Но эпизодическое давление может продолжаться достаточно долго, чтобы развенчать ожидания».

К сожалению, не существует волшебной формулы, чтобы определить, сколько времени является слишком длинным.

На самом деле, в будущем реальной проблемой может быть другое: долги.

Правительства заимствовали огромные суммы, чтобы избавиться от пандемии, и простая политика центрального банка позволяет поддерживать управляемость этого долга.

Долг США составляет около 133% от валового внутреннего продукта, в то время как в зоне евро этот уровень составляет около 100%, что выше среднего диапазона 70% чуть более десяти лет назад. Долг Японии составляет более 250% ВВП.

Тем не менее, даже когда уровень долга растет, стоимость его обслуживания снижается при сверхнизких ставках.Это означает, что правительства в большей степени, чем когда-либо, зависят от центральных банков, удерживающих ставки на минимальном уровне.

Центральные банки могут быть вынуждены выбирать между более высокой инфляцией и более высокими затратами по займам, которые препятствуют экономическому росту.

«На данный момент мы лучшие друзья министров финансов, но это не будет длиться вечно», — сказал глава Центрального банка Словакии Петер Казимир.

Отчетность Балаша Кораньи; Редактирование Тоби Чопра

Наши стандарты: Принципы доверия Thomson Reuters.

Турция: увольнение центрального банка Эрдогана открывает путь для дальнейшего снижения ставок | Banks News

Президент Турции Тайип Эрдоган в четверг уволил трех политиков центрального банка, двое из которых, как было замечено, выступили против последнего снижения процентной ставки, открыв путь для дальнейшего смягчения политики и отправив лиру до нового исторического минимума.

Аналитики рассматривали этот шаг, о котором было объявлено в полночь в «Официальном вестнике», как новое свидетельство политического вмешательства Эрдогана, который сам себя назвал врагом процентных ставок, который часто призывает к денежно-кредитному стимулированию.

Без объяснения причин этого решения Эрдоган уволил заместителей губернатора Семиха Тумена и Угура Намика Кучука, а также Абдуллу Яваса, члена комитета по денежно-кредитной политике (MPC) с самым большим стажем работы.

Он назначил двух новых членов — Таха Чакмака заместителем, а также Юсуфа Туна — которые мало известны в центральном банке или среди экономистов, в результате чего MPC не имеет большого опыта в области денежно-кредитной политики после многолетней перестройки, проведенной президентом.

Два источника, знакомые с внутренними обсуждениями, сообщили, что Кучук и Явас были уволены после несогласия с понижением ставки на 100 базисных пунктов в прошлом месяце, что в то время удивило инвесторов и привело к падению курса валюты.

В четверг лира упала на 1 процент до рекордно низкого уровня в 9.1900 по отношению к доллару после объявления до выравнивания убытков.

Валюта потеряла около 19 процентов в этом году, в первую очередь из-за подрыва доверия к центральному банку и беспокойства инвесторов и вкладчиков по поводу преждевременного снижения ставок в условиях инфляции, которая выросла почти до 20 процентов.

«Лира потеряла институциональную поддержку в последние годы… и изменения, произошедшие вчера вечером, убедительно указывают на то, что центральный банк больше не в состоянии управлять денежно-кредитной политикой Турции», — сказал Арда Тунча, экономист Eko Faktoring.

Сочетание денежно-кредитной политики и финансового регулирования сделало «турецкую экономику чрезвычайно хрупкой», — добавил он.

В прошлом месяце центральный банк снизил свою учетную ставку до 18 процентов, поскольку Эрдоган, который скатывается в опросах общественного мнения и стремится увеличить кредитование и экспорт, публично настаивает. Большинство аналитиков назвали послабление ошибкой на фоне ускорения глобальной инфляции.

Разворот

Капитальный ремонт MPC произошел после того, как в среду вечером президент объявил, что Эрдоган встретился с главой Центрального банка Сахапом Кавчоглу, и опубликовало совместную фотографию этих двух мужчин.

Это стало поворотным моментом по сравнению с прошлой неделей, когда агентство Reuters со ссылкой на три источника сообщило, что Эрдоган теряет доверие к Кавчоглу и что они мало общались в последние недели.

Несмотря на то, что в этом году MPC претерпела быстрые изменения, Кавчоглу настаивал на внесении изменений в последние дни, согласно одному из источников, осведомленных в этом вопросе.

«Кавчоглу вроде как расчистил путь, чтобы иметь возможность быстрее снижать ставки с новыми членами», — сказал этот человек.

Эрдоган назначен губернатором Кавчоглу в марте.

За чуть более двух лет Эрдоган внезапно уволил трех управляющих банков из-за разногласий в политике, что является головокружительным проявлением политического вмешательства, которое сильно подорвало доверие к банку и его предсказуемость.

«Увольнение должностных лиц центрального банка посреди ночи без очень хороших объяснений — это не то, как можно укрепить доверие к центральному банку или укрепить доверие рынка», — заявил в четверг один иностранный инвестор.

Общая инфляция в Турции достигла максимума за два с половиной года — 19.58 процентов в сентябре, в то время как основная мера, которую Кавчоглу подчеркивал в прошлом месяце, составляла 16,98 процента.

Внутреннее противостояние

Выступая на этой неделе перед парламентским комитетом, Кавчоглу сказал, что сентябрьское снижение ставок не было неожиданностью и не имело ничего общего с последующей продажей лир.

Следующее заседание банка по определению политики состоится 21 октября, когда представляется вероятным еще одно снижение ставок.

Реакция рынка на изменения четверга включала скачок премии, требуемой инвесторами для удержания турецкого долга по сравнению с казначейскими облигациями США, согласно индексу JPMorgan EMBI Global Diversified.Он достиг 521 базисного пункта, самого высокого уровня с апреля, превысив спрэды Украины и Кении.

Второй источник, беседовавший с Reuters, сказал, что и Кучук, и Явас, пропустившие сентябрьское совещание по вопросам политики, выступали против некоторых недавних решений банка.

Кучук также выступил против неортодоксальной политики в 2019-2020 годах использования валютных резервов банка для поддержки лиры через продажи государственного банка, сказал этот человек, добавив, что Кучук предупредил MPC, что неспособность поддерживать ставки на достаточно высоком уровне теперь ведет только к еще более высоким. ставки в будущем.

Чакмак, новый заместитель управляющего, с 2019 года занимал должность заместителя председателя турецкого банковского надзорного органа BDDK. Ранее он занимал должности в государственном кредитном банке Ziraat Bank, в том числе руководителем отдела кадров.

Тунец, другой нанятый MPC, был профессором, а также членом правления BDDK с 2003 по 2009 год.

«Можно предположить, что вновь назначенные члены комитета центрального банка поддержат денежно-кредитную политику Кавчоглу и Эрдогана», — сказала Антье Прэфке, аналитик Commerzbank.«Это плохой знак для турецкой лиры».

.
Опубликовано в категории: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *