Кто хозяин ленты – Лента (сеть магазинов) — Википедия

Акционеры «Ленты» не сошлись характерами | Карьера и свой бизнес

В тот сентябрьский день победа осталась за Luna Holdings — ее ЧОПу удалось захватить офис «Ленты», выдворить оттуда Ющенко и посадить в кресло гендиректора своего человека — голландца Яна Дюннинга, за плечами которого INSEAD, 10 лет работы в европейской сети дискаунтеров Aldi и пятилетний стаж в России. После той схватки война перешла в «холодную» фазу: стороны подали друг против друга многочисленные иски в России, Лондоне и на Британских Виргинских островах, где зарегистрирована Lenta Ltd., головная компания холдинга. Противостояние двух групп акционеров продолжается.

Удачная инвестиция

Основал «Ленту» петербургский предприниматель Олег Жеребцов, занимавшийся торговлей с 1993 года. Поначалу он открывал обычные для того времени мелкооптовые склады, к концу 1990-х обзавелся супермаркетом, а в 2001-м решил построить действительно крупный магазин, первый в своем роде в северной столице, но денег на проект у него не хватало. Знакомый предприниматель Дмитрий Костыгин свел тогда Жеребцова с недавно прибывшим в Россию из США Августом Мейером, который с готовностью приобрел 49% компании.

Новый инвестор покупал долю в совсем небольшом бизнесе — аналитики оценивали «Ленту» всего в $20–30 млн, но принесенных им денег хватило и на достройку гипермаркета, и на покупку участков под открытие новых торговых точек. «Лента» начала строить по гипермаркету в год, а иногда и больше. Причем Мейер был удобным партнером — наличие иностранного акционера помогало договариваться с западными банками и контрагентами, а в оперативное управление он не вмешивался. Как его вообще занесло в Россию? Это любопытная история, которая отчасти проливает свет на причину возникших позже корпоративных конфликтов.

Мейер родился в Иллинойсе и рос в очень богатой семье. Его отец, Август Мейер-старший, наследник медиахолдинга Midwest Television и финансовой компании First Busey, в 1991 году даже входил в список 400 богатейших американцев Forbes. Будущий акционер «Ленты» сначала изучал историю, потом сдал экзамен на юриста и 10 лет проработал в прокуратуре в Сан-Диего. В Америке Мейер так и не обзавелся ни собственным бизнесом, ни семьей. Он много путешествовал и читал книги своей любимой писательницы Айн Рэнд, эмигрантки из России, воспевшей свободное предпринимательство. Неудивительно, что однажды он решил заехать и на родину Рэнд — в Петербург.

С тех пор он так здесь и остался. Женился на россиянке, обзавелся детьми и даже отказался от американского гражданства. Почему? «Америка идет ко дну, как «Титаник», а у России есть будущее», — рассуждает Мейер в интервью Forbes. Он вспоминает, как в Петербурге прямо посреди улицы бездомная собака порвала ему рубашку, а наблюдавшая сцену из уличного киоска девушка вышла к нему с иголкой в руках и помогла зашить одежду. «В Америке вряд ли такое возможно», — резюмирует Мейер. Это прелестная зарисовка. Но есть и более практичное объяснение: в США слишком высокие налоги для тех, у кого бизнес за границей. Мейер говорит, что считает себя «практически русским», но языка он так и не выучил, а гражданства РФ не принял — бизнесмен имеет паспорт Сент-Китс и Невис, небольшого островного государства, которое за небольшую сумму без проволочек оформляет гражданство всем желающим.

В России Мейер поначалу занимался скупкой и сдачей в аренду коммуналок и даже основал небольшую гостиничную сеть, названную Rand House — в честь автора бестселлера «Атлант расправил плечи». Финансовые накопления, впрочем, позволяли ему сделать нечто более масштабное. Тут-то и подоспел Костыгин.

Костыгину не откажешь в предпринимательской хватке. Еще будучи школьником, он ездил в Москву за джинсами и кроссовками, которые потом перепродавал в Ленинграде. Учась в Военно-медицинской академии в начале 1990-х, он помогал иностранцам снимать номера в гостиницах, продавал им военную форму, сапоги, шапки-ушанки и даже «двушки» для телефонных автоматов (по $1). Потом, как он сам говорит, «инвестировал то в одно, то в другое».

Решение перевести и издать книгу Айн Рэнд можно считать его самым удачным проектом. Хотя денег Костыгину роман не принес, благодаря ему он познакомился с миллионером Мейером. Тот как раз искал возможность увековечить память уроженки Петербурга, открыв что-то вроде дома-музея, и в американском Институте Айн Рэнд ему дали контакты Костыгина, местного поклонника. Они сразу подружились, несмотря на разницу в возрасте. Сведя американца с Жеребцовым и организовав сделку, Костыгин в награду за услуги получил, по данным Forbes, 5% акций сети, которые впоследствии частично распродал, выручив около $20 млн.

Мейер любит повторять, что в бизнесе и цифрах мало что понимает. Он инвестировал деньги и почти шесть лет тихо наблюдал, как дорожает его доля, превращаясь из десятков миллионов долларов в сотни.

Первая ссора

До поры до времени основатель «Ленты» Жеребцов прекрасно справлялся с управлением. «Он прирожденный ритейлер, — рассказывает один из участников рынка. — Заходит в магазин и сразу видит, что нужно сделать для повышения продаж: как идет поток посетителей, где изменить освещение, где положить другим боком яблоки. А вот с корпоративным управлением у него не очень». Сам Жеребцов в интервью Олегу Тинькову (для программы на сайте Russia.ru) признавался: «Мы не думали, что будем создавать и продавать компании, — собирались иметь деньги из операционных средств».

В 2006 году Жеребцов гулял на свадьбе Мейера, а через несколько месяцев партнеры рассорились. Заскучавший от рутинных бизнес-процессов Жеребцов запустил с нуля свой личный проект — сеть небольших магазинов «Норма», что, впрочем, не противоречило уставу «Ленты». Мейеру это не понравилось. В декабре того же года вместо Жеребцова розничную сеть возглавил финдиректор «Ленты» Сергей Ющенко.

В то время компания планировала выпустить дополнительные акции и продать 15% на бирже, однако сразу несколько крупных инвестиционных фондов сказали, что готовы купить долю в перспективной сети и без IPO. Мейер горячо поддержал идею продажи пакета западным фондам, Жеребцов же был против и предлагал выкупить акции сам. «Он опасался, что его доля размоется и он потеряет контроль в совете директоров», — считает Костыгин. Теперь уже отказались Мейер и Костыгин: они считали, что у Жеребцова просто нет средств, необходимых для выкупа пакета. В мае 2007 года 11% акций за $125 млн приобрел ЕБРР.

А в январе 2008 года конфликт разгорелся по новой. Сразу после новогодних каникул Жеребцов, который все больше времени посвящал своему любимому хобби — яхтенному спорту, — решил вмешаться в управление сетью: он известил по электронной почте Сергея Ющенко и нескольких других соратников Мейера о том, что они уволены. Срочно прошли два совета директоров — в разных составах; на одном Жеребцов назначил главой компании своего друга Владимира Сенькина, на другом Мейер сохранил должность за Ющенко. Начались судебные тяжбы.

К апрелю, впрочем, конфликт сошел на нет — стороны договорились об избрании компромиссной фигуры, Александра Боброва, директора по развитию, курирующего строительство новых магазинов. Экономика России тогда была на подъеме, акции розничных сетей росли в цене — глупо было спорить, когда представился шанс выгодно продать бизнес. Мейер и Жеребцов согласились совместно уступить свои доли одному из потенциальных инвесторов — к «Ленте» присматривались американская сеть Wal-Mart, французская Carrefour, финская Kesko и хорватская Agrokor. Покупатели предлагали за «Ленту» невероятную цену — обсуждались оценки $2 млрд и выше.

«Нам не хватило буквально пары месяцев, чтобы закрыть сделку», — огорчается Костыгин, который мог бы выручить за свой 1% свыше $20 млн. Осенью 2008-го грянул кризис, и переговоры прекратились. Из всех совладельцев «Ленты» в худшем положении оказался Жеребцов. Кризис застал бизнесмена в разгар кругосветной регаты, сложившейся для его яхты «Касатка» неудачно: на трех этапах команда Жеребцова приходила последней, а в порт Санкт-Петербурга ее вообще доставили на буксире. Акции основателя «Ленты» были заложены в банках для финансирования личного проекта «Норма». Перед основателем «Ленты» стоял жесткий выбор — либо срочно найти покупателя на акции, либо они отойдут банкам.

Новые партнеры

В октябре 2009 года Жеребцов продал 35% «Ленты» консорциуму инвестфондов TPG и VTB Capital всего за $110 млн, после уплаты всех долгов у него осталась лишь четверть этих денег. Сделка была трудной, переговоры затянулись на несколько месяцев — Жеребцов и Мейер в то время уже совсем не разговаривали друг с другом, и инвесторам пришлось общаться с каждым в отдельности. (Жеребцов отказался давать интервью Forbes для этой статьи. «Я бизнесом мало занимаюсь, больше путешествую, поднимаюсь в горы», — сообщил основатель «Ленты», который успел за последние три года совершить кругосветное путешествие на яхте и открыть 17 магазинов «Норма».)

Казалось бы, Мейер получил, что хотел: американский инвестфонд стал крупным акционером «Ленты». Однако в апреле 2010 года отношения между новыми партнерами стали накаляться. Согласно условиям октябрьской сделки Мейер выкупил у TPG небольшую часть из пакета Жеребцова, но эту долю в срок он не получил. В мае TPG и VTB Capital неожиданно заблокировали получение «Лентой» кредита на €200 млн.

«Я считаю, они преднамеренно препятствуют работе «Ленты», — возмущается Мейер. — Зачем? Их спросите». По словам Мейера, который сейчас большую часть времени проводит на Виргинских островах, где идут суды, новые акционеры хотят получить полный контроль над «Лентой», хотя в соглашении с ними вроде бы написано о совместном управлении. «Я требую лишь исполнения соглашений, и я не остановлюсь, буду идти и идти вперед, как Терминатор», — повышает голос Мейер.

Согласно упомянутому акционерному соглашению между Мейером и TPG, Мейер имел право вернуть на место гендиректора Сергея Ющенко, однако только с одобрения совета директоров компании и только до 31 августа. В конце мая совет состоялся, но представители новых владельцев покинули его досрочно и подпись под решением не поставили, что не помешало Мейеру и Костыгину объявить совет состоявшимся и на этом основании выдворить Яна Дюннинга из офиса «Ленты». Их триумф был недолгим — в сентябре разыгрались события, описанные в начале статьи. Дюннинг был снова водворен в офис компании и взял на себя оперативный контроль (сейчас срок его контракта уже истек).

Мейер и Костыгин говорят теперь, что оказались жертвами «олигархического фонда». TPG Capital действительно управляет колоссальным капиталом — $47 млрд. Головной офис TPG находится в городе Форт Уорт, в штате Техас, и агрессивный стиль компании не раз давал повод вспомнить американскую поговорку «Не связывайся с техасцами». И хотя журнал Time назвал основателя TPG Дэвида Бондермана и его партнеров «беззастенчивыми хищниками», в успешности им отказать трудно — реструктуризация проблемных компаний, не слишком интересных другим инвесторам, приносит доход в семь, а то и в десять раз больше вложенных средств.

Однако последнее, в чем заинтересован любой инвестфонд, это акционерный конфликт. Задача инвесторов — максимально быстро наращивать капитализацию приобретенной компании. Именно поэтому TPG в конфликте с Мейером поддерживает большинство акционеров, включая ЕБРР. Чем стратегия на рост капитализации не устраивает Августа Мейера?

Человеческий фактор

Многие годы Мейер в «Ленте» молча сидел на советах директоров. «Он проявлял даже меньше активности, чем положено акционеру, — вспоминает один из сотрудников «Ленты». — Но в 2007-м все резко изменилось, он вдруг стал нетерпимым, отказывался от компромиссов. Начал делать какие-то безумные вещи, устроил войну с Жеребцовым, хотя в этом не было никакой необходимости».

Сначала война с Жеребцовым, которого Мейер заподозрил в трате ресурсов «Ленты» на личный проект, теперь — с TPG. В VTB Capital и TPG утверждают, что готовы вместе с Мейером искать компромиссные решения, например кандидатуру третьего директора — такого, который устроил бы всех. Однако Мейер на контакт не идет. «Я больше не могу им доверять», — объясняет он.

«Мне кажется, для Августа все либо черное, либо белое. Если ты его друг, ты во всем прав, а если ты с ним в чем-то не согласен, ты для него сразу жулик и негодяй», — рассказывает Владимир Сенькин, бывший некоторое время гендиректором «Ленты». Возможно, это качество помогало, когда Мейер работал в американской прокуратуре (недавно он написал в Facebook, что скучает по такой работе), но в бизнесе нужна гибкость.

А Мейер, похоже, всегда непреклонен. Один из миноритарных акционеров «Ленты» вспоминает, как Мейер, вспылив, выскочил из ресторана, по сути, еще до начала переговоров, потому что собеседник, не согласившись сразу с его требованиями, предложил обсудить их. К тому же Мейер слишком часто полагается на мнение своего друга Костыгина. «Он как Распутин при императоре, — рассказывает один из участников конфликта. — Мейер постоянно говорит: Dima knows better». У TPG и VTB Capital были претензии к Костыгину и директору «Ленты» Ющенко. «Мы были встревожены, когда Костыгин тайно оформил себе зарплату $1 млн в год как консультант на полставки», — говорит Дмитрий Швец, операционный директор TPG в России. Возможно, тут и кроются истинные причины конфликта акционеров.

Из-за того что совет директоров более полугода был парализован, сеть открыла в 2010 году всего один магазин, впервые на арендованных площадях. Тем не менее с января по октябрь 2010 года продажи «Ленты» выросли на 22%, EBITDA — на 44%, а долговую нагрузку удалось снизить на 40%. Бизнес развивается, стоимость компании растет.

Стоит ли обращать внимание на личные симпатии и антипатии, когда речь снова идет о миллиардах? Если бы Мейер вникал в финансовые показатели, его ответ был бы очевидным.

www.forbes.ru

Кому принадлежит Лента: официальные данные о собственниках

Большая часть акций одного из крупнейших розничных ритейлеров на территории Российской Федерации «Lenta Ltd» принадлежит иностранным инвесторам. От управленческих решений избранного Совета директоров под председательством Джона Оливера и оперативной оценки деятельности компании на территории России зависит успешность коммерческой деятельности Ленты.



Лента – одна из крупнейших торговых сетей на территории Российской Федерации, основанная в 1993 году Жеребцовым Олегом Викторовичем в Санкт-Петербурге. Длительное время он был хозяином розничного ритейлера, но затем начал продавать доли, что привело в итоге к тому, что холдинг стал полностью принадлежать иностранным инвесторам (основная организация Lenta LTD  зарегистрирована на Британских Виргинских островах).

В дополнение: читайте подробнее об истории компании и смене власти.

Согласно официальным сведениям, в настоящее время основной собственник Ленты – американская инвестиционная компания TPG, а основная организация Лента ЛТД зарегистрирована на Британских Виргинских островах.

Данные об основных акционерах Ленты размещены на официальном сайте холдинга. Акции холдинга распределены следующим образом:

Акционеры

Доля акций в головной компании холдинга (в %, на сентябрь 2018 г.)

Группа TPG (является фактическим владельцем Ленты)

33,94

Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР)

7,36

Директорский состав и высший менеджмент холдинга

1,23

Свободное обращение акций на фондовых биржах

57,47

Авторское дополнение! Обыкновенные акции компании листингованы на Московской и Лондонской фондовых биржах.

Структура управления розничным ритейлером

В соответствии с внутренним регламентом в Ленте функционируют следующие органы корпоративного управления:

  1. Совет директоров, основная задача которого ‒ выбор и развитие долгосрочной стратегии развития торговой сети, а также контроль над текущими итогами работы холдинга.  Председателем совета является Джон Оливер. Также в совет входит еще 8 человек: генеральный директор компании Ян Дюннинг, Стив Джонсон, М. Линч-Белл, Я. Леменс, Ю. Соловьева, Д. Швец, М. Эллинг, С. Хеллман.
  2. Правление: осуществляет реализацию сформированной советом директоров стратегии и мониторинг финансовой деятельности компании под руководством Яна Дюннинга.
  3. Для решения оперативных задач совет директоров создал специальные комитеты, позволяющие распределить основные функции:

    — Проведение внешнего и внутреннего аудита.
    — Мониторинга назначений высшего руководительского состава. Данный комитет занимается поиском и подбором директоров и представляет свои рекомендации.
    — Разработка политики вознаграждения высшего руководства холдинга.
    — Контроль над расходованием денежных средств: данный комитет занимается мониторингом капитальных расходов (если запланированы траты на сумму свыше 2 млн долларов США).

Распределение выполняемых мероприятий каждым органом управления организации четко регламентировано Уставом общества, а также внутренними положениями.

Вопросы и ответы по теме

По материалу пока еще не задан ни один вопрос, у вас есть возможность сделать это первым

moneymakerfactory.ru

Кому принадлежат торговые сети России? — о НОД

Посмотрим, что же у нас российского осталось в торговле:

Metro AG — четвёртая — в мире торговая сеть.
Основатель сети, Отто Байсхайм, в годы Второй мировой войны служил в составе элитного подразделения войск СС — 1-й танковой дивизии «Лейбштандарте СС Адольф Гитлер». К тому же Метро активно собирает персональные данные у россиян.
Он же владеет также Metro Cash & Carry, Real (в Восточной Европе проданы торговой сети Ашан),

Media Markt, Saturn, Galeria Kaufhof Groupe Auchan SA принадлежит французской «Ассоциации семьи Мюлье».

«О’кей» — владелец сети — ЛЮКСЕМБУРГ

Генеральный директор — Патрик Лонге, бывший ранее директором «Ашана». С 2014 года генеральн. директор сети «О’кей групп» — Тони Денис Майер, бывший топ-менеджер «Вимм-Билль-Данна».

OBI (ОБИ, от произношения фр. hobby) — немецкая торговая сеть.
Основатель сети — Манфред Маус с Северного Рейна. Первый магазин сети открылся в 1970 году в Гамбурге. Название было выкуплено у французских коммерсантов.

«ЭССЕН» (нем. Еда)— сеть гипермаркетов Татарстана. Основана в 2003 году Барышевым Леонидом и Махеевым Вадимом при помощи специалистов, обучавшихся во французской сети «Carrefour».

«Азбука вкуса» — образована в 2003 году.
Учредитель — «Даймонд солюшнз инк» (зарегистрирована на Британских Виргинских островах).
В 2014 году приобрела подмосковную торговую сеть Spar.

Spar-нидерландская сеть супермаркетов со штаб-квартирой в Амстердаме.
Основатели сети Максим Кощеенко и Олег Лыткин контролируют более 50 %.
Остальной пакет 43% находится в руках компании V.M.H.Y. Holdings Limited, владельцами которой являются бывшие владельцы «Экспобанка».
Подразделения: «7Я семьЯ», Spar, «Идея», «Норма», «Оливье», принадлежащая акционерному обществу Smart Value Retail.

«Седьмой континент» — ОАО. Штаб-квартира — в Москве. Основана в 1994 году.
Основные владельцы — предприниматель Александр Занадворов (74,81 %), фонд семьи губернатора Тульской области Владимира Груздева (10 %).
Некоторая часть акций компании торгуется в РТС и на ММВБ. До 2008г 74,81 % принадлежали депутату Государственной думы Владимиру Груздеву.
Материнская компания формально: Кипр: Pakwa Investments Ltd.

Компания «Лента» хоть и основана в 1993 г в Санкт-Петербурге, но зарегистрирована на Британских Виргинских островах.

Fix Price (сеть магазинов)
Родоначальником концепции считается Фрэнк Вулворт. Концепция магазина «всё по одной цене» получила широкое распространение в Америке и Западной Европе.
Ведущие операторы: Dollar tree (США), 99 cent onlly (США), Dollarama (Канада), Daiso (Япония), Poundland (Англия), Euroshop (Германия).

X5 Retail Group — владелец сетей «Пятёрочка», «Перекрёсток», «Карусель», «Копейка», «Патэрсон», «Остров» и интернет-проекта «Стол заказов E5.RU» .
Компания зарегистрирована в НИДЕРЛАНДАХ. Крупнейший пакет X5 (47,8 %) у совладельцев «Альфа-Групп» — Михаила Фридмана (21,9 %) и др.,
у основателей «Пятёрочки» — 21,2 % компании.
Исполняющий обязанности главного исполнительного директора компании — Стефан Дюшарм
Основной владелец компании — российский холдинг АФК «Система» 53,47 % акций — опять прихватизаторы!
В конце 2008 года вошла в список компаний, которые получили государственную поддержку в период кризиса.- работа 5-й колонны.
Для покупки «Копейки» у Николая Цветкова взяла пятилетний кредит у Сбербанка без имущественного обеспечения. -опять 5-я колонна.
Остальные акции находятся в свободном обращении на Нью-Йоркской фондовой бирже, Лондонской фондовой бирже, Франкфуртской бирже, Берлинской фондовой бирже, Мюнхенской фондовой бирже

«Дикси» раньше называлась «Юнилэнд» образована в 1993 году — Штаб-квартира — в Москве. В 2004 г продала 30 % акций фондам Citicorp International Finance Corporation, Cube Private Equity, Van Riet Capital и др. Гарантами выступали «Ренессанс Капитал», Инвестиционный банк Траст и Deutsche Bank.

«Виктория» — ранее управляла также «Кварталами», «Дёшево» и «Семейными копилками», но в 2012 г «Викторию» поглотил «Дикси».

ТЕХНОСИЛА
Контроль над сетью принадлежал группе Dauria, т.е. Михаилу Кокоричу (бывшему генеральному директору лесопромышленной компании «Илим Тимбер Индастри»).
В 2012 году группа «Даурия» продала компанию финансовым инвесторам.

Владельцы МТС
Основной владелец компании — российский холдинг АФК «Система» которому по состоянию на 27 декабря 2013 года принадлежало 53,47 % акций. Остальные акции находятся в свободном обращении на Нью-Йоркской фондовой бирже (биржевой тикер MBT, в одной АДР две обыкновенные акции), Лондонской фондовой бирже, Франкфуртской бирже, Берлинской фондовой бирже,
Мюнхенской фондовой бирже,

МГТС
Крупнейшие акционеры компании: ОАО «Мобильные ТелеСистемы» (55,738 % обыкновенных акций), и её дочерние структуры ЗАО «Система-Инвенчур» (24,204 %),
Comstar One Ltd. (14,195 %)

AVITO.ru
Разработан ШВЕДСКИМ интернет-аукционом Tradera.com, приобретенным лидером рынка eBay.
В 2013 г произошло объединение с OLX.ru и Slando.ru

Источник http://nod-vostok.ru/?cat=3

www.o-nod.ru

«Мое хобби — считать миллиметры, копейки» :: Бизнес :: РБК

«Отличие фармкомпании от гипермаркета в том, что, имея огромные операционные издержки, вы часто не производите ничего», — шутит Олег Жеребцов, сделавший состояние на продуктовых магазинах. Примерно 20 лет назад он основал сеть «Лента», которая сейчас входит в топ-10 ретейлеров в России. Деньги от продажи доли в «Ленте» Жеребцов вкладывает в рынок, который сам называет «сложным» и «небольшим», — фармацевтику

Олег Жеребцов 

(Фото: Екатерина Кузьмина / РБК)

​«Хотелось прыгнуть в совершенно другую отрасль»

— Давайте поговорим о том, как вы выбрали фармацевтику. В 2009 году, продав свою долю в «Ленте», в передаче «Бизнес-секреты с Олегом Тиньковым» вы сказали, что видите два направления, которые растут, — агропром и медицину в широком понимании. Почему выбрали все-таки медицину?

— Во-первых, я говорил о секторах, которые имеют потенциал к росту. Возможно, они не растут сами по себе, но имеют потенциал к росту. Это важное замечание. Во-вторых, медицина — достаточно широкое понятие, я бы хотел сфокусироваться на фармацевтике, на производстве лекарств. Я всегда смотрел на сектора, в которых возможен очевидный технологический прорыв. Так уж получилось, что в нашей стране различные сектора экономики росли скачкообразно. Так, хотя существовало огромное количество продовольственных магазинов [и в 1990-х], скачкообразный рост сетей пришелся на начало 2000-х годов. На мой взгляд, сейчас просто очередь дошла до фармацевтики. Почему фармацевтика, мне часто задают этот вопрос…

— …Но не агропром?

— Я по-прежнему считаю, что в сфере агропрома также возможно применение огромного количества технологий и инноваций и, как следствие, рост производительности труда. Гигантская механизация, замена старого новым, повышение роли генной инженерии, например, — все это достижимо в производстве продуктов. Просто на каком-то этапе нужно делать выбор, на все сил не хватит.

Возможно, мне хотелось абсолютно чего-то радикального, мне хотелось прыгнуть в совершенно другую отрасль, попробовать силы в чем-то ином. Если мои универсальные принципы ведения бизнеса работают в одной отрасли, почему они не должны работать в другой?

— Многие предприниматели, которые заработали состояния на других бизнесах, в какой-то момент начинали вкладываться в разработку лекарств по зову сердца, я бы сказала. Насколько важными для вас были причины социальные и, может быть, этические?

— Я относился к этому как к миссионерскому проекту с самого начала. Я заранее понимал, что есть шансы, что он не состоится, не будет операционной прибыли или ее придется ждать очень долго. Я был готов к любому развитию сценария. Но так получилось, что, завершив строительство завода и начав продажи в прошлом, 2014 году, а мы работаем всего около 15 месяцев, я обнаружил колоссальный спрос на нашу продукцию, на наши стерильные жидкие лекарства. И вкупе с ростом евро и увеличением цены на импортные лекарства мы получили спрос, который сейчас загружает все наши мощности на 100%, и мы имеем заказы на много месяцев вперед. Поэтому мы оказались в неплохой ситуации.

После конфликтов в «Ленте» Олег Жеребцов не торопится привлекать инвесторов в «Гротекс»: пока он единственный владелец компании

(Фото: Екатерина Кузьмина / РБК)

«Стану самым несчастным человеком, если продадим «Ленту»

Олег Жеребцов родился 21 мая 1968 года в Брянске. Вырос в Кабардино-Балкарии, в небольшом городе Тырныауз. Год отучился в Горном институте в Москве. После армии учился в Горном институте в Ленинграде, но его не окончил.

«Лента» и «Норма»

В 1993 году основал розничную сеть «Лента», первые магазины открывались в Санкт-Петербурге. «Я думаю, что стану самым несчастным человеком, если мы когда‑нибудь продадим «Ленту», — говорил Жеребцов в интервью «Секрету фирмы» в 2005 году. Два года спустя Жеребцов запустил еще один розничный проект — сеть супермаркетов «Норма», также в Петербурге.

Парус и конфликт

В середине 2000‑х Жеребцов занялся парусным спортом, в 2008–2009‑м на свои деньги собрал команду Team Russia и принял участие в кругосветной регате Volvo Ocean Race. Участие в гонке обошлось ему в €20 млн.

В 2008 году разгорелся конфликт между Жеребцовым и вторым крупным акционером «Ленты» Августом Мейером. Среди претензий, которые предъявляли Жеребцову сторонники Мейера, — параллельное развитие «Нормы» как личного проекта и отход от управления «Лентой» ради участия в парусных соревнованиях.

Сделка и новый бизнес

Осенью 2009 года Жеребцов полностью вышел из компании, продав свою долю за $110 млн фондам TPG Capital и «ВТБ Капитал» — более половины этой суммы он должен был выплатить по личным обязательствам. «Норму» Жеребцов продал в 2011 году.

На деньги, полученные от продажи магазинов, а также на заемные средства Жеребцов в 2010 году создал фармкомпанию «Гротекс». Построенный в Петербурге с нуля завод Solopharm начал производство летом 2014‑го. В две первые очереди завода Жеребцов, по его словам, инвестировал €74 млн, в третью планирует вложить еще €32–33 млн.

— Когда вы строили «Ленту», вы сами много ходили по магазинам и спрашивали людей, чего им не хватает, что им нужно. Начиная фармацевтический проект, например, выбирая ниши, вы так же действовали?

— Этот проект не был исключением. Конечно же, ты так же читаешь аналитику, смотришь на тенденции, на рост, на динамику. Но, я считаю, самый короткий маркетинг, самый простой — это общаться с людьми, с хозяевами аптек, с врачами и с потребителями и спрашивать, чего им не хватает.

Пришлось опросить огромное количество людей. Но все говорят одно и то же: «Российские лекарства некачественные, мы им не доверяем: импорт, импорт и еще раз импорт». Зайдите в аптеку, посмотрите на полку, везде сплошные импортные лекарства. Мы как страна импортируем 82% лекарств в денежном выражении. Это гигантский перекос, который родился вследствие отсталости нашей фармпромышленности. На мой взгляд, всегда можно делать то, что импортируется, просто элементарно минимизируя транспортные издержки.

Мы производим жидкие лекарственные формы, а 95% жидких стерильных лекарств — это вода. То есть, по сути, импортеры жидких лекарственных препаратов перевозят через границу воду. Мы же находимся в Санкт-Петербурге, в 10 км от Ладожского озера. Мы чистим здесь воду, смешиваем субстанции, вспомогательные вещества и рождаем добавленную стоимость в этих стенах, на этом заводе. Мы инвестировали €74 млн в это здание, и, я считаю, мы затронули практически все сектора жидких стерильных форм: госпитальные растворы, инъекции, офтальмологические, назальные препараты, ушные лекарства, спреи.

— Почему вы выбрали именно сегмент жидких стерильных препаратов? Коммерческий директор вашей компании Михаил Полозов говорил, что для запуска производства таблеток достаточно, грубо говоря, продать два личных автомобиля, а производство жидких препаратов стоит на порядки дороже.

— Я всегда видел любой бизнес как некий челлендж, как вызов. Для строительства этого завода мы привлекли 31 компанию: было очень много проектов, но все они были связаны между собой. Это был вызов, работа нескольких лет, три года практически без остановки, для того чтобы завод начал работать.

Понятно, что я максимизировал все свои финансовые ресурсы, чтобы это сделать. Фармацевтика имеет барьер входа, который измеряется десятками миллионов евро. И очевидно, что чем выше барьер входа, тем ниже конкуренция. Но, с другой стороны, не все решают деньги. Очень много зависит от команды, от людей, с которыми работаешь, [технологических] решений. И я старался взять самые последние западные решения. Если бы такой же завод сейчас строился в Бельгии или в Испании, он выглядел бы точно так же, как выглядит наш завод, построенный по стандартам GMP. И продукция, которую мы делаем, может экспортироваться в эти страны. Наши препараты по качеству не хуже, чем европейские. По сути дела, мы создали предприятие с перспективой 10–15 лет не быть ущемленными конкуренцией с точки зрения качества и эффективности.

Олег Жеребцов говорит, что для развития Solopharm работает по 12 часов в день шесть дней в неделю, времени не хватает даже на его любимый парусный спорт

(Фото: Екатерина Кузьмина / РБК)

«В фармацевтике никто не реагирует на желания потребителя»

— Вы раньше говорили, что «Лента» — это компиляция 400 магазинов со всего мира. Вы можете сказать то же самое про завод Solopharm?

— Наверное, я не посетил 400 фармзаводов, может быть, только 15 или 17. Смотришь на любые идеи: как переодеваются люди, как сократить площади на разгрузку продукции. Свой логистический опыт я перенес сюда. При проектировании завода очень важно учитывать внутреннюю логистику — это то, что я всегда любил делать. Это мое хобби — считать миллиметры, копейки и думать о самой короткой внутренней логистике, о самых коротких цепочках движения сырья, упаковки: как уменьшить [количество сотрудников] до одного или до двух людей на линиях, как создавать те технологические решения, которые были бы лучше, чем у конкурентов, с точки зрения себестоимости. И я люблю делать вещи массового характера дешевыми — мне это очень нравится. Это как раз то, чего не любят делать люди в нашей стране. Они всегда тычут пальцем в самые дорогие объекты, неважно, это лекарства или автомобили, и говорят: «Ну вот, мы сделаем несколько экземпляров, но зато продукт будет в самом верху маркетинговой пирамиды: неважно, что мало потребителей, зато высокая цена».

Но я любил делать именно массовые вещи. Создав гипермаркеты [«Лента»], мы позволили миллионам граждан покупать продукцию гарантированного качества, дешево, в чистых помещениях. Можно сказать, что я перенес эту фабулу формирования себестоимости из гипермаркетов на это предприятие, где сейчас ежесуточно делаются миллион ампул и огромное количество стерильных жидких лекарственных форм для широких слоев населения. Наша стратегия очень проста. Мы хотим при использовании тех же самых молекул, субстанций [что и у конкурентов] понизить стоимость лекарств на 30–40%. На самом деле стоимость субстанции в оптовой цене лекарства редко превышает 10%.

— Вы использовали опыт разных зарубежных фармкомпаний. Когда вы окунулись в фармацевтику, появилась ли для вас такая компания, которую бы вы назвали Walmart фармацевтики?

— В Walmart мне прежде всего нравились характер самого Сэма Уолтона [основателя сети], его лидерские качества. Это путь предпринимателя, путь ошибок. Все-таки он занялся Walmart в сравнительно позднем возрасте. Тот период, который он прошел как человек, та культура, которую он выстраивал, обстановка в компании — это то, что мне было ближе всего.

В фармацевтике я пока не столкнулся с такой [компанией]. Все-таки я ранний человек в этом бизнесе, я и людей мало знаю в этом бизнесе, если честно. Часто мне задают вопрос: «Вот этот человек такой известный». Я говорю: «Просто не знаком». Потому что я занимался этой идеей сам по себе и не ориентировался на то, что происходит в нашей стране с точки зрения опыта или практики. По сути дела, мы репродуцировали западный опыт и построили завод здесь без оглядки на кого бы то ни было.

— Вы сказали, что перенесли в Solopharm, в частности, ваш логистический опыт, а что еще?

— Понятно, что переносится и культура управления. Я обнаружил в фармпромышленности архаичную форму управления, непроизводительную работу, достаточно медленную. У меня 22-летний опыт предпринимательства, и я так или иначе могу сравнивать с разными бизнесами.

В фармацевтике не было той динамичной бизнес-культуры, которую я привык видеть в живых компаниях, особенно FMCG-рынка [товаров повседневного спроса], там, где выше конкуренция, где драка идет за каждый рубль, и динамика, скорость реакции на изменения рынка колоссальная. В фармацевтике никто не реагирует на изменения рынка, на желания потребителя: что нужна другая упаковка, что нужно изменить дизайн. В этом смысле, наверное, мы готовы лучше слышать потребителей, лучше считаться с их мнениями. Я привык к быстрым решениям, коротким совещаниям или к отсутствию совещаний вообще, к использованию электронных средств для коммуникации, и всего этого я не увидел в фармацевтике, к моему удивлению. У нас очень плоская структура: мне подчинены 11 человек. Хорошая команда, минимум встреч, много электронных писем, напряженный труд 12 часов в день.

Мне пришлось, по сути дела, навязать тот опыт, который у меня был, в фармбизнес, и многие крутят у виска пальцем и говорят: «Так не принято, так нельзя, почему вы так делаете? У нас на фармрынке так не заведено…» — и так далее. Такого я наслышался очень много.

Фото: Екатерина Кузьмина / РБК

«Я рассчитывал обеспечить поставку препаратов в армию»

— В основной компании «Гротекс» вы единственный владелец. Но есть еще компании в группе, которые занимаются научными разработками, и там у вас есть партнеры. Это, я так понимаю, научные сотрудники, занимающиеся разработками?

— Я в должной степени отдаю дань у​важения тем людям, которые за годы, возможно, десятилетия вырастили знания о некоторых молекулах, о некоторых препаратах, которые им не удалось коммерциализировать. Потому что это огромная работа, не только создать молекулу или формулу, но большая работа — любой препарат вывести на рынок: правильно его произвести, сделать так, чтобы он был стабильным, чтобы препарат имел не только действующее вещество, но и вспомогательные вещества, которые дают ему длинный период использования, создать правильную упаковку. Формула еще не является лекарством. Это все равно что мясо, бегающее по полю в Костромской области, не является упакованным мясом, лежащим на полках в гипермаркете, очищенным и проверенным на качество.

Поэтому я считаю правильным создавать партнерства для оригинальных препаратов. Партнеры — это ученые-технологи из советского времени или из раннего российского периода, они обладают этим знанием о молекулах. Solopharm будет заниматься в основном производством. Исследования — это отдельная работа. Большая часть портфеля препаратов Solopharm — 85–90% — это все-таки дженерики, известные открытые формулы, для них не нужно создавать партнерство.

От магазина до IPO

«Лента» началась с первого магазина, открытого Олегом Жеребцовым в Санкт-Петербурге в 1993 году. Собственно гипермаркеты Жеребцов начал открывать в 1999 году. В 2002 году, чтобы получить деньги на развитие сети, он продал 40% компании инвестору Августу Мейеру. Осенью 2009 года после конфликта с Мейером Жеребцов прод

www.rbc.ru

Бывшие владельцы сети Лента создают для нее конкурента / Новости / Портал менеджеров и представителей оптово-продуктовых фирм. Оптовая торговля продуктами питания.

Бывший совладельцы сети гипермаркетов «Лента» Август Мейер и Дмитрий Костыгин снова инвестируют в розничный бизнес: как стало известно “Ъ”, за четыре года они планируют открыть 30 мелкооптовых комплексов под маркой «Энель», которые станут аналогами американских магазинов Costco и Sam’s Club. На первом этапе бизнесмены вложат в проект до $250 млн, вырученных от продажи «Ленты».

В имеющейся в распоряжении “Ъ” презентации проекта сказано, что бывшие совладельцы «Ленты» Дмитрий Костыгин и Август Мейер планируют к 2016 году создать сеть из 30 «оптовых клубов», похожих по формату на американские магазины Costco и Sam’s Club. Эти сети привлекают обычных покупателей к совершению оптовых закупок со скидками. Такая модель не реализована в чистом виде ни одним ритейлером в России, напоминает президент «Дикси» Илья Якубсон.

Рабочее название сети – «Энель», что является аббревиатурой от «Новая Лента», уточнил господин Костыгин. Операционной компанией на старте станет ООО «Торговый дом “Орион”« – бывшая «дочка» ЗАО «Любимый край», производителя кондитерских изделий, совладельцем которого является Дмитрий Костыгин. Партнерам принадлежит в проекте по 50%.

«Энель» должна занимать площадь 12–14 тыс.кв.м. Это комплексы складского типа, со стеллажным хранением и зоной розничной торговли, с минимальным количеством персонала, следует из презентации. Магазины будут ориентированы на две категории потребителей – индивидуальные покупатели и бизнес. При этом по ценовой политике магазины должны стать «жестким дискаунтером».

Развивать сеть планируется в Санкт-Петербурге и в Москве. Первый магазин может открыться в конце 2013 года, скорее всего, в Петербурге. В этом городе сейчас подыскиваются земельные участки площадью 3–5 га: на основных трассах, не более 1–2 км от Кольцевой автодороги (КАД). «Экономическая целесообразность данного формата торговли возможна только при определенных условиях. В первую очередь – локации торговых комплексов», – сказано в презентации.

Проект уже был презентован губернатору Санкт-Петербурга Георгию Полтавченко, говорит господин Костыгин. Он надеется на сотрудничество с городскими властями. Пресс-секретарь господина Полтавченко Андрей Кибитов от комментариев вчера отказался.

На первом этапе партнеры хотят вложить в проект $200–250 млн, уточнил Дмитрий Костыгин.

Август Мейер и Дмитрий Костыгин вышли из акционерного капитала «Ленты» (42 гипермаркета) в августе 2011 года. На двоих инвесторам принадлежало около 42% сети, которые они продали инвестфондам TPG Capital, ЕБРР и «ВТБ Капитал» за $1 млрд. По итогам 2010 года «Лента» была шестым по выручке продуктовым ритейлером в России, контроль над сетью сейчас принадлежит TPG.

«Лента» – не «жесткий дискаунтер», сеть ориентирована в первую очередь на розничных покупателей, поэтому «Энель» ей конкуренцию не составит, считает Дмитрий Костыгин. «Мы создаем альтернативу устаревшему формату торговли – оптовым рынкам», – объясняет бизнесмен. Кроме того, TPG, ЕБРР и «ВТБ Капитал» не ограничивали его и Августа Мейера по будущим инвестициям в розничную торговлю. Руководитель управления прямых инвестиций и специальных проектов «ВТБ Капитала» Тимофей Демченко вчера не захотел комментировать новый проект бывших совладельцев «Ленты». Представитель TPG был недоступен для комментариев.

Санкт-Петербург – самый насыщенный гипермаркетами и вообще сетевой торговлей город в России, напоминает гендиректор петербургского Colliers International Николай Казанский. По оценкам Infoline, примерно 70% розничного оборота города приходится на сетевую торговлю, причем половину этой доли контролируют гипермаркеты. По оценкам, приведенным в презентации «Энель», Х5 Retail Group («Пятерочка», «Перекресток», «Карусель»), сети гипермаркетов «О’кей» и «Лента» на троих занимают 49% розничного продуктового рынка Санкт-Петербурга, который, по данным Петростата в 2011 году, составил около $9, 7 млрд. «Нужна очень сильная мотивация для покупателей, чтобы поехать за покупками за КАД. Например, это могут быть очень низкие цены», – полагает господин Казанский. В Москве не такая высокая конкуренция: весь рынок продуктового ритейла оценивается примерно в $60 млрд, тройка крупнейших игроков – Х5, «Ашан», Metro Cash&Carry; – имеют долю 14, 5%, оценивал ранее директор Prosperity Capital Management Алексей Кривошапко.Источник — kommersant.ru

Новость добавлена Pavel_Mal
10.02.2012 09:43

foodmarkets.ru

Кто владелец Ленты — Идеи для бизнеса

Большая часть акций одного из крупнейших розничных ритейлеров на территории Российской Федерации «Lenta Ltd» принадлежит иностранным инвесторам. От управленческих решений избранного Совета директоров под председательством Джона Оливера и оперативной оценки деятельности компании на территории России зависит успешность коммерческой деятельности Ленты.



Лента – одна из крупнейших торговых сетей на территории Российской Федерации, основанная в 1993 году Жеребцовым Олегом Викторовичем в Санкт-Петербурге. Длительное время он был хозяином розничного ритейлера, но затем начал продавать доли, что привело в итоге к тому, что холдинг стал полностью принадлежать иностранным инвесторам (основная организация Lenta LTD  зарегистрирована на Британских Виргинских островах).

В дополнение: читайте подробнее об истории компании и смене власти.

Согласно официальным сведениям, в настоящее время основной собственник Ленты – американская инвестиционная компания TPG, а основная организация Лента ЛТД зарегистрирована на Британских Виргинских островах.

Данные об основных акционерах Ленты размещены на официальном сайте холдинга. Акции холдинга распределены следующим образом:

Акционеры

Доля акций в головной компании холдинга (в %, на сентябрь 2018 г.)

Группа TPG (является фактическим владельцем Ленты)

33,94

Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР)

7,36

Директорский состав и высший менеджмент холдинга

1,23

Свободное обращение акций на фондовых биржах

57,47

Авторское дополнение! Обыкновенные акции компании листингованы на Московской и Лондонской фондовых биржах.

Структура управления розничным ритейлером

В соответствии с внутренним регламентом в Ленте функционируют следующие органы корпоративного управления:

  1. Совет директоров, основная задача которого ‒ выбор и развитие долгосрочной стратегии развития торговой сети, а также контроль над текущими итогами работы холдинга.  Председателем совета является Джон Оливер. Также в совет входит еще 8 человек: генеральный директор компании Ян Дюннинг, Стив Джонсон, М. Линч-Белл, Я. Леменс, Ю. Соловьева, Д. Швец, М. Эллинг, С. Хеллман.
  2. Правление: осуществляет реализацию сформированной советом директоров стратегии и мониторинг финансовой деятельности компании под руководством Яна Дюннинга.
  3. Для решения оперативных задач совет директоров создал специальные комитеты, позволяющие распределить основные функции:

    — Проведение внешнего и внутреннего аудита.
    — Мониторинга назначений высшего руководительского состава. Данный комитет занимается поиском и подбором директоров и представляет свои рекомендации.
    — Разработка политики вознаграждения высшего руководства холдинга.
    — Контроль над расходованием денежных средств: данный комитет занимается мониторингом капитальных расходов (если запланированы траты на сумму свыше 2 млн долларов США).

Распределение выполняемых мероприятий каждым органом управления организации четко регламентировано Уставом общества, а также внутренними положениями.


bzkey.ru

Дорогим читателям от дорогой редакции

Дорогие читатели!

Сегодня, 12 марта, собственник компании «Афиша-Рамблер-SUP» Александр Мамут уволил главного редактора «Ленты.ру» Галину Тимченко. Новым главным редактором назначен Алексей Гореславский — заместитель генерального директора по внешним коммуникациям.

К сожалению, это не штатная рокировка, поэтому требуются некоторые пояснения. Мы считаем, что это назначение является прямым давлением на редакцию «Ленты.ру». Увольнение независимого главного редактора и назначение управляемого, в том числе напрямую из кремлевских кабинетов, человека — это уже нарушение закона о СМИ, говорящего о недопустимости цензуры.

За последние пару лет пространство свободной журналистики в России драматически уменьшилось. Одни издания напрямую управляются из Кремля, другие — через кураторов, третьи — редакторами, которые боятся потерять работу. Некоторые СМИ закрылись, иные закроются в ближайшие месяцы. Беда не в том, что нам негде работать. Беда в том, что вам, кажется, больше нечего читать.

Мы, безусловно, предполагали, что придут и за нами.

Мы верим, что это не навсегда. В любом случае вы, дорогие читатели, должны об этом знать.

Надеемся, что до скорых встреч.

Ваша дорогая редакция.

Андрей Козенко, специальный корреспондент
Игорь Белкин, продюсер отдела новых медиа
Тимур Карпов, фоторедактор
Надежда Вайнер, редактор рубрики «Игры»
Ольга Осипова, фоторедактор
Александр Ратников, редактор рубрики «Экономика»
Лена Аверьянова, редактор рубрики «Из жизни»
Владимир Цыбульский, редактор рубрики «Россия»
Нелли Алексанян, управляющий редактор
Анна Козырева, редактор рубрики Б.СССР
Денис Дмитриев, аналитик
Ирина Рябова, редактор рубрики «Экономика»
Антон Ключкин, начальник рубрики «Россия»
Павел Борисов, редактор
Татьяна Борцова (Зверинцева), редактор рубрики «Россия»
Илья Азар, специальный корреспондент
Светлана Рейтер, специальный корреспондент
Даниил Туровский, специальный корреспондент
Дмитрий Мигунов, редактор рубрики «Экономика»
Дарья Еремина, редактор рубрики «Мир»
Григорий Левченко, редактор
Александр Филимонов, выпускающий редактор
Константин Бенюмов, начальник рубрики «Интернет и СМИ»
Дмитрий Иванов, руководитель отдела текстового контроля
Светлана Чистякова, редактор рубрики «Наука и техника»
Денис Слепов, видеоспецкор
Михаил Зеленский, редактор рубрики «Россия»
Петр Бологов, начальник рубрики Б.СССР
Мария Мягкова, руководитель проекта «Дом.Лента.ру»
Анастасия Хартулари, менеджер проектов
Виктор Степанов, редактор рубрики «Интернет и СМИ»
Александр Ершов, редактор рубрики «Наука и техника»
Валентин Маков, редактор рубрики «Мир»
Александр Поливанов, начальник рубрики «Экономика»
Игорь Петрушов, редактор группы выпуска
Мария Новикова, редактор отдела текстового контроля
Сергей Козловский, редактор рубрики «Экономика»
Саша Зеркалева, редактор рубрики «Культура»
Дмитрий Данилов, редактор проекта «Дом.Лента.ру»
Алексей Пономарев, старший редактор
Елизавета Сурганова, редактор рубрики «Интернет и СМИ»
Андрей Коняев, начальник рубрики «Наука и техника»
Василий Сычев, редактор рубрики «Наука и техника»
Павел Бедняков, управляющий бильд-редактор
Анастасия Головенченко, руководитель службы фото/мультимедиа
Андрей Мельников, начальник рубрики «Спорт»
Александр Артемьев, заместитель начальника отдела специальных корреспондентов
Андрей Кузнецов, редактор
Ярослав Загорец, руководитель проекта «Мотор»
Людмила Лягушкина, редактор рубрики «Мир»
Заур Абасмирзоев, технический директор
Ксения Гохгут, менеджер технического отдела
Константин Савельев, ведущий разработчик
Всеволод Ромашов, разработчик
Алексей Курепин, разработчик
Александр Клейменов, разработчик
Леонид Калманкин, системный программист
Дмитрий Бодунов, системный администратор
Константин Герман, системный администратор
Дмитрий Кузнецов, веб-технолог
Егор Фирсов, веб-технолог
Александр Гладких, арт-директор
Александр Широков, веб-дизайнер
Дмитрий Томилов, заместитель главного редактора
Иван Колпаков, начальник отдела специальных корреспондентов
Анна Попова, редактор рубрики «Россия»
Иван Яковина, редактор рубрики «Мир»
Кирилл Головастиков, редактор рубрики «Культура»
Алексей Гапеев, выпускающий редактор, начальник блока оперативной информации
Александр Амзин, аналитик
Лена Березина, руководитель административного отдела
Оксана Мочалова, офис-менеджер
Павел Хлюпин, редактор
Татьяна Ершова, руководитель рубрики «Культура»
Сергей Оболонков, редактор
Михаил Цымбал, главный редактор проекта «Мотор»
Влад Клепач, редактор проекта «Мотор»
Игорь Курушин, фоторедактор
Ефим Репин, выпускающий редактор проекта «Мотор»
Софья Долотовская, линейный редактор
Василий Логинов, редактор
Олеся Самборская, линейный редактор
Наталия Смирнова, линейный редактор
Виктор Давыдов, ночной редактор

lenta.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о