Монополия в политике это: Монополия Политическая — Словарь по политологии

Содержание

Монополия Политическая - Словарь по политологии

МОНОПОЛИЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ (греч. monopolion от poleo - [один] продаю) - форма политической организации общества, политической власти, при ко­торой вся полнота управления принадлежит единому субъекту политики. Носитель монопольной власти может быть персонифицирован, воплощен в одном человеке. Подобный феномен монопольной власти характерен для восточных деспотий, тираний античности, абсолютного монархизма евро­пейского феодализма, тоталитаризма XX в., всевозможных форм империй и т. д. В том случае, когда власть осуществляется группой людей, имею­щих единые, противопоставленные другим группам в обществе цели и инте­ресы, делает форму власти олигопольной, корпоративной. Осуществление власти от имени экономически господствующего класса делает власть классовой, по Марксу. Власть в интересах большинства населения совпа­дает с идеалами европейского гуманизма и развитой демократии постин­дустриального общества. Она исследовалась Монтескье, Локком, Гегелем, Вебером и многими другими мыслителями. Монополизм власти выражается в том, что субъект ее осуществляет все основные функции власти самостоя­тельно - он и законодатель, и руководитель исполнительной власти, и вершитель правосудия. Все остальные субъекты политической системы - его подданные и слуги. «Хочу - казню, хочу - милую, хочу – награждаю» - основной закон такой политики. В традиционных культурах (Древний Восток, патриархальные сис­темы Азии и Африки, исламские страны) монополизм власти является ес­тественной формой правления, которая была обоснована типом обществен­ных отношений и другой просто быть не могла. В западной культуре моно­полизм играл подчиненную, исторически ограниченную роль, например, в силу специфики феодализма. В России, начиная с XIX в., форма монопольной власти по многим причинам себя исчерпала, но она продолжала существовать из-за патриар­хально-крестьянской основы и мощного традиционализма. Устойчивость мо­нархического монополизма в России породила всплеск радикализма, рево­люционности, который в XX в. «перехлестнул» историческую необходи­мость. Попытка при социализме «ускорить» ход истории обернулась мно­жеством диспропорций, которые выправляются в процессе осуществления нынешних реформ. Противоположность монополизма - демократизм.

Словарь по политологии

КОММУНИСТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ

стали возникать в Европе в середине XIX в. после превращения наемных промышленных рабочих в многочисленный класс и идеологического оформления коммунистического мировоззрения. До Маркса и Энгельса рабочее движение носило локальный и ... Читай дальше

ОЛИГОПОЛИЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ

(от греч. oligos - немногий и poleo - продаю) - форма власти, осуществляющаяся в интересах незначительной, частной группы людей в государстве по отношению к народу. Олигополия отлична от монополизма властных ... Читай дальше

БЕНТАМ

Бентам (Bentham) Иеремия (15.02.1748, Лондон-06.06.1832, там же) - английский правовед и моралист, теоретический основоположник утилитаризма, идеолог буржуазии периода промышленного переворота в Англии. Закончил Оксфордский университет. Учение Бентама о "разумном человеке" ... Читай дальше

БЕЛЛ

Белл (Bell) Даниел (Ю.05.1919, Нью-Йорк) - американский социолог, специалист в области истории обществ, мысли, политических течений и социального прогнозирования. В конце 30-х и в 40-е гг. Белл принимал активное участие ... Читай дальше

МНОГОПАРТИЙНОСТЬ

форма политического представительства различных классов и слоев общества в условиях демократии. Многопартийная форма политических отношений в обществе принципиально отличается от монопар­тийных систем, встречающихся в современном обществе достаточно редко в некоторых ... Читай дальше

Монополия политическая - это... Что такое Монополия политическая?

Монополия политическая
Монополия политическая
(греч. monopolion от poleo - [один] продаю) - форма политической организации общества, политической власти, при ко­торой вся полнота управления принадлежит единому субъекту политики. Носитель монопольной власти может быть персонифицирован, воплощен в одном человеке. Подобный феномен монопольной власти характерен для восточных деспотий, тираний античности, абсолютного монархизма евро­пейского феодализма, тоталитаризма XX в., всевозможных форм империй и т. д. В том случае, когда власть осуществляется группой людей, имею­щих единые, противопоставленные другим группам в обществе цели и инте­ресы, делает форму власти олигопольной, корпоративной. Осуществление власти от имени экономически господствующего класса делает власть классовой, по Марксу. Власть в интересах большинства населения совпа­дает с идеалами европейского гуманизма и развитой демократии постин­дустриального общества. Она исследовалась Монтескье, Локком, Гегелем, Вебером и многими другими мыслителями. Монополизм власти выражается в том, что субъект ее осуществляет все основные функции власти самостоя­тельно - он и законодатель, и руководитель исполнительной власти, и вершитель правосудия. Все остальные субъекты политической системы - его подданные и слуги. «Хочу - казню, хочу - милую, хочу – награждаю» - основной закон такой политики. В традиционных культурах (Древний Восток, патриархальные сис­темы Азии и Африки, исламские страны) монополизм власти является ес­тественной формой правления, которая была обоснована типом обществен­ных отношений и другой просто быть не могла. В западной культуре моно­полизм играл подчиненную, исторически ограниченную роль, например, в силу специфики феодализма. В России, начиная с XIX в., форма монопольной власти по многим причинам себя исчерпала, но она продолжала существовать из-за патриар­хально-крестьянской основы и мощного традиционализма. Устойчивость мо­нархического монополизма в России породила всплеск радикализма, рево­люционности, который в XX в. «перехлестнул» историческую необходи­мость. Попытка при социализме «ускорить» ход истории обернулась мно­жеством диспропорций, которые выправляются в процессе осуществления нынешних реформ. Противоположность монополизма - демократизм.

Коротец И.Д.

Политология. Словарь. — М: РГУ. В.Н. Коновалов. 2010.

Политология. Словарь. — РГУ. В.Н. Коновалов. 2010.

  • Монархия
  • Мышление политическое

Смотреть что такое "Монополия политическая" в других словарях:

  • Политическая организация общества —         система политических учреждений государственно организованного общества. Политический характер организация общества приобретает с возникновением Классов и появлением государства. В ходе истории П. о. о. усложняется и в развитом обществе… …   Большая советская энциклопедия

  • Политическая ситуация в России в 1917—1918 годах — Смена власти в России в 1917 1918 годах …   Википедия

  • ПОЛИТИЧЕСКАЯ ВЛАСТЬ — – способность и возможность социальной группы осуществлять свою волю, оказывать определяющее воздействие на деятельность, поведение людей посредством авторитета, права, насилия. П. в. – это реальная способность социальной группы, индивида… …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

  • Естественная монополия — состояние рынка, при котором удовлетворение спроса эффективнее при отсутствие конкуренции в силу технологических особенностей производства (в связи с понижением издержек производства на единицу товара по мере увеличения объема производства), а… …   Политология. Словарь.

  • Валютная монополия — исключительное право государства на операции с иностранной валютой, золотом. Связана с монополией внешней торговли. Политическая наука: Словарь справочник. сост. проф пол наук Санжаревский И.И.. 2010 …   Политология. Словарь.

  • ГОСУДАРСТВО — политическая организация общества, объединяющая все население страны, представляющая и выражающая его интересы и волю, основной орган власти, управляющий обществом и обеспечивающий его целостность, организованность и определенный порядок в нем. В …   Социология: Энциклопедия

  • ГОСУДАРСТВО — политическая организация общества, основными признаками к рой являются: 1) наличие публичной политической власти, регламентирующей на основе права гражданские отношения и обладающей исключительным правом применения силы для поддержания… …   Православная энциклопедия

  • Праймериз — (Primaries) Понятие праймериз, правила проведения праймериз Информация о понятии праймериз, проведение праймериз, итоги праймериз Содержание Пра́ймериз (первичные), предварительные выборы — тип голосования, в котором выбирается один… …   Энциклопедия инвестора

  • Великобритания — I Великобритания (Great Britain)         остров в Атлантическом океане, входящий в группу Британских островов (См. Британские острова). См. Великобритания (государство). II Великобритания (Great Britain)         официальное название Соединённое… …   Большая советская энциклопедия

  • Конкуренция — (Сompetition) Определение конкуренции, монополия, антимонопольная политика Информация об определении конкуренции, монополия, антимонопольная политика Содержание Содержание Совершенная Требования совершенной конкуренции 1. Конкурент в экономике… …   Энциклопедия инвестора

Монополия как инструмент власти Текст научной статьи по специальности «Политологические науки»

Георгий ЧЕРЕМИН

МОНОПОЛИЯ КАК ИНСТРУМЕНТ ВЛАСТИ

В статье рассматриваются экономический и политический аспекты понятия «власть» в тесной взаимосвязи с понятием «монополия». Сделана попытка анализа основных этапов развития процессов монополизации и проблем взаимодействия монополии и государства.

In the article economic and political aspects of the power concept are considered in the close interrelation with monopoly concept. The attempt of considering the basic stages of development of monopolistic processes and problems of their interaction is made.

Ключевые слова:

власть, монополия, политика, государство, деловые круги; power, monopoly, politics, state, business circles.

ЧЕРЕМИН

Георгий

Дмитриевич —

аспирант кафедры

философии,

культурологии,

политологии

Московского

гуманитарного

университета

[email protected]

Понятие «монополия» в его широком значении тесно свя -зано с понятием «власть». В узком смысле оно означает исключительное право на те или иные виды деятельности. Классификация экономических монополий может быть различной — по организационно - правовым формам, по структурной организа -ции, по месту в социально - экономической структуре. В последнем случае их можно разделить на частные и государственные, нацио -нальные и международные, а также на созданные искусственно и так называемые естественные.

Куда более многочисленны трактовки понятия «власть». В начале XX в. Макс Вебер определял власть как возможность индивида осу -ществить свою волю вопреки сопротивлению других1. Г. Лассуэлл и

А. Каплан рассматривали применение власти как акты, воздейству -ющие на кого -то или предопределяющие другие действия2. Р. Даль считал, что власть дает возможность одному человеку заставить дру -гого делать то, что он по своей воле не сделал бы3. В целом, в рамках диспозиционного подхода к изучению власти ее можно определить как способность субъекта оказывать воздействие на объект.

Российский исследователь А.Г. Конфисахор, изучая власть в качестве ресурса, писал: «“Власть как контроль над значимыми ресурсами через обладание ими” характеризует власть как нена -блюдаемый феномен, “черный ящик”, вход которого определя -ется значимыми ресурсами, а выход — воздействием в пределах некоторых сфер влияния»4. К экономическим ресурсам власти он относит материальные ценности, необходимые для общественного производства и потребления, деньги, плодородные земли, полез ные ископаемые и т.д. Таким образом, уже само по себе обладание каким -либо экономическим ресурсом несет в себе потенциальную возможность его использования в качестве инструмента власти независимо от того, в чьих руках он находится — у государства или частных компаний. Американские экономисты отмечали: «Любого покупателя или продавца, способного оказывать существенное влияние на рыночную цену, характеризуют как обладающего вла -стью над рынком, или монопольной властью»5.

Эволюция монополистических объединений, стремящихся к рас -ширению зоны своего влияния и концентрации капиталов, оказала значимое влияние на процесс транснационализации производства,

1 Weber M. Economy and Society. - N.Y., 1968, vol. I, p. 53.

2 Lasswell D., Kaplan A. Power and Society. — New Haven, 1950, p. 14.

3 Dahl R. The Concept of Power // Behavioral Science, 1957, № 2, p. 201—215.

4 Конфисахор А.Г. Психология власти. СПб. : Питер, 2004, с. 22.

5 Фишер С., Дорнбуш Р., Шмалензи P. Экономика. — M. : Дело ЛТД, 1995, с. 66.

выступающий одной из отличительных черт динамики современной мировой эко номики. Если в 1990 г. зарубежные фили -алы транснациональных корпораций гене рировали 7% мирового ВВП, то к 2007 г. эта доля достигла 11%, а объем экспорта ТНК составлял 1/3 от общемирового объема1.

В настоящей статье предпринимается попытка проследить основные этапы такой эволюции, выделить ключевые факторы, способствовавшие укреплению либо ослаблению власти монополий, про анализировать проблемы взаимодействия государства и монополий и оценить совре менное положение дел в этой сфере.

Еще древнегреческий философ Аристотель упоминал о монополиях в рам ках рабовладельческого строя. В различных формах монополизм проявлялся еще с IV тыс. до н.э. Первые классические моно полии в экономической сфере появились во времена абсолютизма и были связаны с предоставлением монархами определенных привилегий тем или иным лицам и органи зациям, т.е. являлись производной от вла -сти монарха. В этой связи М. Вебер отме чал: «Характерная для Англии XVII в. резко антимонополистическая направленность общественного мнения исторически сло -жилась из сочетания политической борьбы против королевской власти [«Долгий пар -ламент» исключил монополистов из числа своих депутатов] с этическими мотивами пуританского учения и с экономическими интересами мелкой и средней буржуазии, враждебной финансовым магнатам»2.

В ходе буржуазных революций XVII— XVIII вв. установленные государством в лице королевской власти монополии, которые Томас Гоббс называл «болез -нью государства»3, были уничтожены. В результате возник капитализм свободной конкуренции, строившийся на принципах либерализма. Вместе с тем дальнейшее развитие индустриального общества вновь привело к образованию монополий, но уже в области частного предприниматель ства. Примером конфликта государства и монополистического объединения в этот период служит история Банка США, фак -тически сосредоточившего в своих руках

1 См.: Хесин Е.С. Анатомия мирового кризиса // Международные процессы, 2009, т. 7, № 2(20), с. 2.

2 Вебер М. Избранные произведения / пер. с нем. - М. : Прогресс, 1990, с. 271.

3 Гоббс Т. Левиафан. - М. : Мысль, 2001, с. 228.

всю финансовую деятельность в стране4. Данный конфликт завершился принятием самых жестких мер против Банка.

Монополистические тенденции в эко -номике принимают наиболее выраженный характер в конце XIX в., что, прежде всего, связано с изменениями в технологическом способе производства. Предпосылкой таких изменений были промышленная революция конца XVIII — начала XIX в., возникновение новых отраслей промыш ленности и быстрое развитие производ ства во многих из них, прежде всего в лег кой промышленности, вследствие появ ления целой серии важных технических изобретений. В отличие от предыдущего технологического способа производства, где преобладал процесс концентрации личного фактора, который основывался на использовании ручного труда и ручной техники и развивался очень медленно, новый зарождающийся способ производ ства дал мощный импульс развитию про изводительных сил. Так, в Англии в пер -вой половине XIX в. объем промышлен -ного производства возрос в 4 раза.

Вторая половина XIX в. характеризуется обострением проблем общественного раз вития. Во - первых, шло формирование таких противостоящих друг другу соци альных групп, как буржуазия и пролета риат, возрастала роль социалистической идеологии. Государство при этом высту пало, как правило, на стороне господству ющих классов. Во вторых, в этот период практически не осталось свободных ниш на рынках и территорий, т.к. раздел мира между ведущими державами завершился. В последней четверти XIX в. начался захват и раздел рынков путем образова ния монополистических объединений. Сосредоточив в своих руках огромную экономическую власть, капиталистиче ские монополии стали оказывать большое влияние на политические и социальные процессы, бросив вызов публичной вла -сти. Но, как писал американский иссле -дователь Ф. Фукуяма, «объединительное неистовство рубежа веков было останов лено вмешательством государства»5.

4 См.: Романова Н.Х. Причины борьбы правительства Джексона против Банка США (1829— 1831) // Американский ежегодник, 1977. — М., 1977, с. 86—108.

5 Фукуяма Ф. Доверие: социальные добродетели и путь к процветанию / пер. с англ. — М. : ACT; НПП «Ермак», 2004, с. 450.

В новых условиях обострения общественно политической обстановки государство было вынуждено изменить свою позицию в целях сохранения ста бильности политической системы, играя роль арбитра, обеспечивающего баланс сил в обществе. В связи с этим усилилась регулирующая функция государства, в т.ч. и в экономической сфере. Ответом на наступление монополий стало принятие в конце XIX в. антимонополистических законов, прежде всего в США, где кон центрация производства приняла гигант ские масштабы. Деловые круги перешли к более гибким и скрытым формам моно полистических объединений - акционер ным обществам различных видов: корпо рациям, холдингам и т.п.1

Отметим, что хотя организационные формы монополий на протяжении исто рии неоднократно менялись, как и среда их деятельности (в т.ч. политические системы государств), сущность их оста -валась прежней: стремление к единолич -ному распоряжению ключевыми ресур сами. В этой связи уместно привести тезис

В.П. Макаренко: «Демократия не исклю -чает появление групп, которые (по при чине экономической силы, социального статуса, политической необходимости и т.д.) навязывают обществу собственные политические решения»2.

Если первые монополии в экономиче ской сфере возникали под контролем или с участием государства (привилегирован ные компании, государственные мануфак -туры и т.п.), то совершенно иной характер имела большая часть частных монополий, создававшихся в конце XIX в. путем укруп -нения, поглощения и слияний с целью повышения доли рынка до 100% и даль -нейшей максимизации прибыли. Процесс этот привел к тому, что крупные корпо -рации овладели командными высотами в наиболее значимых отраслях экономики. После разрушительного мирового эконо мического кризиса 1929—1933 гг. ведущие государства вынуждены были обратиться к регулированию экономики в целях сохранения стабильности своей системы. В целом, в межвоенный период получило признание учение американского эконо миста Дж. Кейнса о необходимости госу

1 См.: История США. В 4 т. Т. 2. 1877—1918. — М. : Наука, 1985, с. 24.

2 Макаренко В.П. Аналитическая политическая философия. — М. : Праксис, 2002, с. 198.

дарственного вмешательства в экономи -ческую жизнь, что побудило крупнейшие корпорации к более активному взаимо -действию с государством3.

В то же время в истории остались яркие примеры тесного сотрудничества госу -дарства и монополий. Высокой степени взаимопроникновения они достигли в Германии, где еще в конце XVIII в. ключе -вые позиции в экономике заняли картели (прежде всего, сталелитейный Stallverein, военные Thyssen и Krupp, электротехни -ческий Siemens-Schuckert). Лоббируя свои интересы в союзе с воинственно настро енными элитами, они стали одним из ключевых факторов милитаристской трансформации германской политиче -ской системы. После Первой мировой войны к ним присоединились химический трест Interessengemeinschaft Farbenindustrie и стальной трест Vereinigte Stahlwerke. Приход к власти нацистов стал высшей точкой альянса государства и монополий, т.к. в этот период государственная политика была направлена на принудительное объе -динение предприятий вокруг крупнейших промышленных объединений, в т.ч. путем их конфискации у прежних владельцев (особенно «неарийского» происхожде -ния). Сами эти объединения, получая гигантские прибыли, стали неотъемлемой частью и могущественным инструментом тоталитарного режима. После его падения декартелизация стала одним из важней ших направлений послевоенного преоб -разования Германии4 и оставила глубокий след в германской истории, из за чего в современной ФРГ любые экономические и политические акции, несущие в себе потенциал монополизации той или иной сферы, встречают жесткое сопротивление самой широкой общественности.

По мере дальнейшей эволюции миро вой политической и экономической системы характер взаимодействия моно полий и власти становится все более сложным. После окончания «холодной войны» диверсификации этого взаимо -действия способствовал рост взаимозави симости экономических и политических акторов, усилившийся на фоне процессов глобализации и трансформации мировой

3 См.: Толмачева Р.П. Экономическая история. - М. : Дашков и Ко, 2003, с. 210.

4 См.: Наринский М.М. История международных отношений. 1945-1975 : учебное пособие. — М. : РОССПЭН, 2004.

политической системы. С одной стороны, несколько сотен международных моно полий сосредоточивают в своих руках значительную экономическую власть и активно воздействуют на политические процессы, ограничивая традиционную политическую монополию государст венной власти. Как пишет американский политик П.Дж. Бьюкенен, «когда речь идет об открытии границ, корпоративные и национальные интересы не то что не совпадают — вступают в резкое противо речие друг с другом»1. С другой стороны, контакты с политическими фигурами являются для корпораций залогом эко номического успеха и стабильности, по скольку чиновники располагают бесцен ной конфиденциальной информацией2, а соблюдение установленных принципов и норм является обязательным условием деятельности компаний в рамках право вого государства.

Рассмотрим данное взаимодействие через призму групп ресурсов, находя щихся в исключительном распоряжении национального государства:

• силовая группа — легитимное принуж -дение, обеспечение правопорядка, сохра нение целостности территории; недопу -щение создания параллельных силовых структур;

• правовая группа — издание законов, контроль за их исполнением;

• экономическая группа — сбор налогов и расходование государственных средств, денежная эмиссия, обеспечение целост -ности экономического пространства в пределах государственных границ.

В каждой из этих групп может наблю -даться противостояние интересов госу дарства и деловых кругов. Монопольным функциям государственной власти могут быть противопоставлены действия раз личных негосударственных структур.

По мнению многих российских исследо -вателей, неконтролируемый рынок может создать угрозу экономической безопасно сти государства3.

1 Бьюкенен П. Дж. Смерть Запада / пер. с англ. А. Башкирова. — М. : АСТ; СПб. : Тегга Fantastica,

2003, с. 201.

2 Геллнер Э. Условия свободы. Гражданское общество и его исторические соперники. — М. : Московская школа политических исследований,

2004, с. 109.

3 Экономическая политология: Отношения

бизнеса с государством и обществом / отв. ред.

А.Д. Богатуров. — М. : Аспект Пресс, 2012, с. 92.

По предположению Г.Б. Новосельцевой, в целом контроль общества будет усиливаться в ответ на усиление корпораций - монополистов, принявших международный характер4. Но суще -ствуют и менее оптимистичные мнения. Так, Ф. Фукуяма утверждает, что «между -народная имперская власть» де - факто уже распространилась на всю «слабораз -витую» часть мира5.

Подводя итоги, можно отметить, что монополия изначально являлась инстру ментом политической и экономической власти государства, т.к. только ее наличие могло обеспечить его функционирование. В различные периоды взаимодействие монополий и государства принимало формы от противостояния до слияния и от практически полного отсутствия регули рования до абсолютной подконтрольно сти. На современном этапе такое взаимо действие отличается, во первых, выходом большинства монополий на международ ный уровень и приобретением ими статуса ТНК. Во - вторых, оно характеризуется высокой интенсивностью взаимодействия и взаимозависимости с государственными структурами и многонаправленностью этого взаимодействия (от необходимости соблюдения норм трудового законода тельства до лоббирования предоставления ресурсов, необходимых для дальнейшего развития деятельности, например, алмаз ных месторождений, как в случае компа нии De Beers). Монополии подвергаются все большему давлению как со стороны гражданского общества, требующего от них социальной ответственности в виде заботы о культуре, экологии и образо вании, так и различных международных неправительственных организаций и движений. Продолжение деятельности в рамках транспарентного общества неиз бежно потребует от монополий выработки новых решений, соответствующих изме нившимся социально экономическим условиям.

4 Новосельцева Г.Б. Трансформация государственного регулирования современной экономики. — М. : Экономические науки, 2006, с. 82; Хмелев И.Б., Логвинова И.Л. Мировая экономика // Московский международный институт эконо метрики, информатики, финансов и права. — М., 2003, с. 38.

5 Фукуяма Ф. Сильное государство: Управление и мировой порядок в XXI веке. — М. : ACT; ACT Москва; Хранитель, 2006, с. 165.

Монополизм в политике и монопольные политические системы

 
Обновление:
06.07.2005
437 назв.

Монополизм политических систем

  • Князева И.В. Монополизм - угроза для национальных и демократических институтов общества: исторические параллели // Науч. записки Сиб. акад. гос. службы: В 3-х т. Т.1. - Новосибирск: СибАГС, 2000. - С.36-55.
  • Руге В. Как Гитлер пришел к власти: Германский фашизм и монополии / Сокр. пер. с нем. Рудого Г. - М.: Мысль, 1985. - 320 с. - Библиогр.: с.309-319.
  • Черняк Э.В. Политическая монополия коммунистической партии и ее влияние на функционирование политической системы советского общества: (По оценкам зарубеж. исследователей) / Казан. инж.-строит. ин-т. - Казань, 1992. - 76 с. - Библиогр.: с.71-76. - Рукопись деп. в ИНИОН РАН N 47199 от 21.10.92.
  • Эрлер Г. Глобальная монополия. Мировая политика после распада Советского Союза. - М.: Экон. демократия, 1999. - 122 с.
  • Chiesa G. Transition to democracy in the USSR: Ending the monopoly of power a. the evolution of new polit. forces. - Wash.: Kennan inst. for advanced Russ. studies, 1990. - II + 29 p.: ill. - (Occasional paper / Kennan inst. for advanced Russian studies; N 237).
    Переход к демократии в СССР: конец монополии власти и эволюция новых политических сил.
  • Kaminski A.Z. Monopoly and competition: Power as a state and power as a process // Pol. sociol. bull. - Wroclaw etc., 1983. - N 1/4. - P.5-26.
    Монополия и конкуренция: политическая власть как состояние и процесс.
  • Vukicevic S. Homo privatus: (Osnove sociolocke teorije svojine). - Niksic, 1990. - 177 s. - (Bibl. Posebna izd) - Bibliogr.: s.170-172. - Ind.: s.173-175.
    Основания социологической теории собственности. Идеологическая монополия общественной собственности при социализме. Мотивация труда и самоуправление общества. Плюрализм собственности и политический плюрализм.
 

[Начало | О библиотеке | Ресурсы | Выставки | Библиография | Партнеры | ИнфоЛоция | Поиск | English]
 

"Это монополия государства на личность" – Власть – Коммерсантъ

В осеннюю сессию Госдума рассмотрит законопроект о распределенной опеке для людей с ментальными расстройствами. Председатель правления Центра лечебной педагогики (ЦЛП) Роман Дименштейн рассказал Ольге Алленовой, почему считает этот законопроект революционным.

Полную версию интервью читайте на сайте "Власти".

Когда мы делали этот законопроект, то имели в виду прежде всего три ситуации, с которыми чаще всего сталкиваются люди с ментальной инвалидностью. Ситуация номер один. Родители чувствуют, что теряют силы и здоровье и в любой момент могут уйти из жизни. Или окажутся в состоянии, когда не смогут больше ухаживать за своим ребенком. А у него ментальные нарушения, но он учился, в него вложено много сил, он работает в мастерской, его жизнь размеренна и ему понятна. И вдруг в один момент эта его жизнь может кончиться, и его отвезут в психоневрологический интернат (ПНИ). И родители спрашивают: "Неужели ничего нельзя сделать? Есть какая-то альтернатива этому ужасу?"

Сейчас система опеки устроена очень грубо. Если нет физического лица, которое всю опеку полностью берет на себя, то дальше — только интернат. Такая "форма помощи" является совершенно недостаточной. Нас интересуют такие формы помощи, которые позволили бы человеку остаться там, где он живет, выстроить для него сопровождение, найти ему, может быть, несколько опекунов, которые отвечают за разные сферы его жизни, притом что сам он может жить дома, автономно или с чьей-то поддержкой. И наш законопроект как раз и дает правовой инструментарий, который позволил бы такому человеку остаться дома после того, как его родные уже не смогут продолжать его сопровождение.

Ситуация номер два. Человек все-таки попал в психоневрологический интернат. Как ему выжить в интернате? Как сделать, чтобы имеющиеся родственники, друзья, специалисты, те, кто занимался с ним долгие годы, имели возможность человека навещать? Сегодня, если человек лишен дееспособности и живет в интернате, к нему могут допустить только близких родственников. Ни друзья, ни специалисты, ни другие родственники уже не имеют к нему никакого отношения. А как бывает в жизни? У молодого человека не стало родителей. Но осталась тетя. Или крестный, который принимает участие в его жизни. И вдруг ни тетя, ни крестный к этому парню попасть не могут, потому что жизнью его распоряжается администрация ПНИ. Сейчас мы имеем ситуацию тотального разрушения родственных и всех прочих социальных связей в системе ПНИ.

Изменить это положение могут внешние, "частичные" опекуны. Это не волонтеры, которых могут выгнать в любой момент, это люди с серьезным статусом. Что это за статус? Сегодня, если человек лишен дееспособности и живет в интернате, его опекуном является руководство ПНИ, которое несет за него ответственность и на этом основании все за него решает. Это монополия государства на личность. Потому что ПНИ определяет все аспекты жизни недееспособного гражданина: ПНИ может не оказывать ему никаких услуг, запереть его в палате и не позволять выходить на улицу. И до сих пор не было ничего, что могло бы эту монополию разрушить. Наш законопроект предлагает разделить эту ответственность на несколько частей. У недееспособного человека в ПНИ теперь может появиться сразу несколько опекунов. Один опекун занимается его состоянием здоровья, водит его к врачу например. Другой — образованием. Третий — досугом. Таким образом, "частичный" опекун может влиять на жизнь своего подопечного и в то же время быть внешним контролером, который не допустит, чтобы в ПНИ нарушались права опекаемого.

И наконец, третья ситуация — как человеку, оказавшемуся в ПНИ, выйти оттуда в нормальную жизнь. Согласно нормам Гражданского кодекса об ограниченной дееспособности, которые вступили в силу весной этого года, ПНИ — как опекун — должен повышать интегративный потенциал человека, который в нем живет. Повышать его социализацию. Должен выводить человека на качественно иной уровень жизни. Многие недееспособные люди в результате такой социализации могут повысить статус до ограниченной дееспособности или вернуть себе дееспособность. И именно это и должно происходить в ПНИ. Но сейчас такие задачи интернат даже не ставит, и, что там происходит, не контролируется никем.

А наш законопроект предполагает, что внешний опекун сможет контролировать качество оказания реабилитационных и прочих услуг в ПНИ. Вот пришел он в интернат и смотрит: а почему его подопечный не ездит в школу или колледж? Почему ему не оказывается реабилитационная помощь? Почему он много лет недееспособен, почему ему не вернули дееспособность? Может быть, с ним мало занимаются? Не уделяют ему внимания?

И если внешний опекун, отвечающий за образование подопечного, видит возможность для его обучения, то он добивается, чтобы человек это обучение получал. И руководство ПНИ не сможет проигнорировать это требование.

Итак, наш законопроект помогает решить три важнейшие задачи: как человеку остаться дома и не попасть в ПНИ; как сделать его жизнь в ПНИ более безопасной и комфортной; как выйти из ПНИ в обычную жизнь.

Власти США требуют прекратить монополию Facebook — Российская газета

Власти более 40 американских штатов одновременно с Федеральной торговой комиссией (ФТК) США подали в суд на компанию Facebook, обвинив ее в системных нарушениях антимонопольного законодательства. Чиновники нацелились буквально "отобрать и поделить", требуя вывести из состава компании популярные сервис Instagram и мессенджер WhatsApp. Ранее Facebook приобрела обе платформы, причем с разрешения властей. Но теперь чиновники считают, что эти сделки были частью стратегии, в рамках которой в Facebook предпочитали не конкурировать с потенциальными угрозами своему соцсетевому доминированию, а попросту поглощать их.

Иск ФТК, основанный на материалах масштабного расследования с участием прокуратур 46 штатов, обвиняет Facebook в "незаконном сохранении монополии в сегменте соцсетей путем многолетних действий против конкуренции". Помимо указанных сделок, компанию уличают в навязывании неконкурентных условий разработчикам программного обеспечения. В комиссии уверены, что это все пошло во вред миллионам пользователей и малому бизнесу. Действия Facebook "лишили миллионы американцев тех благ, которые проявляются в результате конкуренции", утверждается в иске. А сама компания наживается на своем доминировании и огромной базе личных данных пользователей: в прошлом году выручка Facebook превысила 70 миллиардов долларов.

Целью иска названо разделение активов Facebook, запрет на антиконкурентные правила для разработчиков софта, а также требование получать согласие властей на любые сделки по поглощению и слиянию в будущем.

Сама компания видит ситуацию в совершенно ином свете, настаивая, что Instagram и WhatsApp не были бы тем, чем стали, без слияний с Facebook, от чего потребителям сплошная польза. Кроме того, как напомнила представитель компании Дженнифер Ньюстед, эти поглощения были одобрены регуляторами, а потому попытки властей пересмотреть их "вызывают мороз по коже у американского бизнеса, указывая, что никакая сделка окончательной не является".

IT-гиганты превратились в излюбленную мишень для администрации президента Дональда Трампа, который считает, что их платформы поощряют взгляды его противников-либералов, в тоже время заглушая голоса консервативной половины Америки. Вместе с тем проблема эта гораздо глубже межпартийных разборок. Растущее как на дрожжах влияние IT-компаний на жизнь американцев всерьез беспокоит не только лагерь Трампа, но и его политических противников-демократов, что видно по общенациональному масштабу иска против Facebook.

Политики в США пытаются взять под контроль пугающий их рост влияния IT-гигантов

Попытки американских чиновников обуздать это влияние продолжаются не первый год. А антимонопольный окрас они приобрели летом прошлого года, когда федеральное правительство вместе с властями штатов начало масштабное расследование в отношении "четверки" - Amazon, Apple, Facebook и Google - на предмет нарушений соответствующих законов. Первый удар был нанесен в октябре, когда минюст США и прокуратуры дюжины штатов подали иск против Google, обвинив компанию в неконкурентных действиях для формирования монополии в поисковом сегменте и связанной с ним рекламе. Эксперты отмечают, что в случае прихода в Белый дом Байдена давление на "четверку" может даже возрасти. Если при Бараке Обаме IT-сектор большого давления властей не испытывал, то сегодня мало кто из демократов будет спорить с тем, что необходимо более жесткое регулирование.

Власти США «раскулачивают» Google. У него отнимут Chrome и рекламный бизнес

Поделиться

Над Google нависла угроза остаться без браузера Chrome и части рекламного бизнеса после того, как американские власти обвинили ее в монополизме. Против компании инициировано расследование, при неудачном исходе ей придется продать эти активы.

Google без Chrome

Интернет-гигант Google может лишиться своего браузера Chrome по решению Минюста и Генпрокуратуры США. Как пишет издание Politico, вместе с ним у него могут забрать и часть его рекламного бизнеса.

Возможные изменения связаны с тем, что в начале октября 2020 г. Антимонопольный подкомитет Палаты представителей США (нижняя палата Конгресса США) официально признал Google монополией, наряду с Apple, Facebook и Amazon. Как сообщал CNews, представители подкомитета прямым текстом заявили, что эти компании просто необходимо разделить на несколько менее крупных. Документ, содержащий доказательства вины компаний в монополизации ряда рынков, состоит из 449 страниц.

Бесплатно Chrome и рекламный бизнес у Google отбирать не станут. По данным Politico, интернет-корпорацию могут вынудить продать их. Кто может стать новым владельцем этих направлений работы Google, на момент публикации материала известно не было.

За что Google может остаться без Chrome

Министерство юстиции подало судебный иск против компании, рассмотрение которого состоится в ближайшие несколько недель. Точная дата слушаний пока не назначена.

Chrome может быть выделен в отдельную компанию и продан

Минюст недоволен тем, что Google отказывается от поддержки сторонних cookie-файлов в своем браузере. Также компании вменяют в вину продвижение собственных продуктов путем размещения их на первых строчках поисковой выдачи. И использование автоматизированной платформы для закупки рекламного инструмента DoubleClickBidManager (она полностью интегрирована со всеми продуктами GoogleAnalytics 360 Suite).

Помимо этого, в Министерстве полагают, что в обозримом будущем Google может укрепить свои позиции монополиста на мировом рынке. В этом ей может помочь покупка компании Fitbit, крупного производителя носимой электроники. Впервые о грядущей сделке, как сообщал CNews, стало известно в конце октября 2019 г., однако сделка пока не состоялась, поскольку еще не все регуляторы дали добро на ее проведение. Заминку обеспечили антимонопольные органы Евросоюза – они должны были принять решение о судьбе сделки еще в сентябре 2020 г., в итоге, по информации Reuters, перенесли сроки на 23 декабря 2020 г.

Монополия на рынке браузеров и поисковиков

Google действительно можно считать монополистом в ряде сегментов ее бизнеса. Основанная в сентябре 1998 г., за 22 года своего существования она, согласно статистике StatCounter, подмяла под себя 92,23% мирового рынка поисковых систем. Второе место удерживает Microsoft Bing с результатом 2,81%, третье место у Yahoo (1,59%), а отечественная компания «Яндекс», основанная даже раньше Google (в сентябре 1997 г.), довольствуется 0,62-процентной долей и пятой строчкой рейтинга. На четвертой – китайский поисковик Baidu (1,07%).

Chrome пользуются миллиарды людей по всему миру

Браузер Chrome – тоже самый популярный в мире. Google развивает его с 2008 г., то есть на момент публикации материала ему было всего 12 лет. Между тем, у него 66,09-процентная доля мирового рынка против 16,79% у Apple Safari, существующего с 2003 г. и удерживающего вторую строчку. Первую тройку рейтинга замыкает еще более старый браузер – Firefox, дебют которого состоялся в 2002 г. В его распоряжении лишь 4,12-процентная доля (статистика StatCounter).

Разделение результатов не принесет

По мнению интернет-эксперта и директора по распространению технологий «Яндекса» Григория Бакунова, доминирование Google после продажи Chrome не уменьшится. «Единственное что произойдет в такой ситуации – Google придется номинально платить компании Chrome, для того чтобы быть там дефолтным поиском, компании Chrome придется платить немного Chrome, за то чтобы быть представленным в Android по-умолчанию, все это взаимозачет, особой выгоды нет, но где-то немного налогов в казну наскребется», – написал он в своем Telegram-канале addmeto.

Монополия Google на рынке поисковиков очевидна

Григорий Бакунов считает, что после своего раскола Chrome не начнет раскрывать сведения о том, какую информацию о поведении пользователей он передает Google. «Вот это было бы важно и мощно для безопасности и приватности потребителей, и параллельно наконец-то поставило бы его на одну “линейку полезности” с другими браузерами», – добавил эксперт.

Вероятность раскола существует

Google действительно может потерять Chrome, если суд все же признает ее монополией. В истории США есть подобный пример, упомянутый в 449-страничном документе Антимонопольного подкомитета Конгресса США.

CIO и СTO: как меняется влияние ИТ-руководителей в компаниях?

Новое в СХД

В 1982 г. монополией был признан американский оператор AT&T, основанный в 1885 г. и называвшийся на тот момент времени AT&T Company. Он появился в период бурного расцвета телефонной связи – с 1894 по 1904 гг. в одних только США было зарегистрировано более 6000 телефонных компаний, а число абонентов в стране за тот же период времени увеличилось более чем в 10 раз и превысило 3,31 млн.

AT&T начал активно скупать конкурентов и присоединять их к своей сети с целью унификации стандартов телефонной связи, а в 1913 г. антимонопольный комитет США признал его естественной монополией, с требованием предоставлять свои сети для использования конкурирующими компаниями и обязательного согласования поглощения любых конкурентов непосредственно с самим комитетом.

Ситуация изменилась в 1974 г., когда Минюст США обвинил AT&T в монополизме и инициировал расследование против него. В 1982 г. вина AT&T была доказана, и 1 января 1984 г. оператор был разделен на AT&T Communications (предоставляет услуги междугородней связи) и целых семь региональных телефонных компаний. В результате активы первоначальной компании сократились приблизительно в пять раз.



Монополия: Глоссарий терминов политической экономии

Монополия: Глоссарий терминов политической экономии - Д-р Пол М. Джонсон
Монополия

Буквально «единственный продавец». Ситуация, когда одна фирма или частное лицо производит и продает весь объем продукции или услуга, доступная на данном рынке. Если нет близкие заменители рассматриваемого товара или услуги, монополист сможет устанавливать как уровень выпуска, так и цена на таком уровне, чтобы максимизировать прибыль, не беспокоясь о проигрыше конкурентами (по крайней мере, в краткосрочной перспективе).Если спрос на товар или услугу, продаваемые монополистом, крайне неэластичны, цены и норма прибыли в отрасли будет иметь тенденцию быть выше (а объем производства ниже), чем в условиях конкурентной условия и цены на самом деле могут быть заметно выше, чем предельные издержки производства в течение значительных периодов времени. К удерживать новых конкурентов от проникновения в отрасль и наводнения рынок с дополнительным предложением в ответ на необычно высокий норма прибыли, монополистам исторически приходилось полагаться в конечном итоге на какие-то юридические барьеры для входа возведены правительством - либо открытый грант защищенных монополия, которая юридически запрещает конкурентам выходить на рынок, или режим регулирования, который на практике делает его почти невозможно для новых конкурентов соответствовать требуемым стандартам, или возможно, только такие более преходящие барьеры для входа, как юридические защищенные патентные права или авторские права на важную технологию.Однако см. Также записи в разделах «Входные барьеры, картель, естественная монополия и конкуренция».

А

B

С

D

E

F

G

H

I

Дж

л

M

N

O

-п.

R

S

т

U

В

Вт

Монополистическая политика 2020 - FairVote

  1. Ресурсы
  2. Монополия Политика 2020

Двухгодичный проект FairVote Monopoly Politics представляет собой углубленный анализ выборов в Палату представителей Соединенных Штатов и строгую критику системы «победитель получает все», использованной для ее избрания.Проект включает наши прогнозы относительно всех 435 мест на выборах 2020 года, сделанные за два года до дня выборов, что свидетельствует об отсутствии конкуренции на этих выборах.

ПОСЕТИТЕ НАШУ ИНТЕРАКТИВНУЮ КАРТУ ПОСМОТРЕТЬ НАШУ ИНТЕРАКТИВНУЮ ТАБЛИЦУ

Наши прогнозы с высокой степенью достоверности оказались точными более чем на 99% в течение четырех избирательных циклов. Если мы прогнозируем, что место будет выиграно с достаточно большим отрывом в год, когда в целом избиратели будут примерно поровну разделены между двумя основными партиями, то мы с большой уверенностью прогнозируем место для партии, которую мы ожидаем выиграть.Эти прогнозы могут измениться только в случае появления вакансии или выхода на пенсию, или если государство изменит район. На 2020 год мы с высокой степенью достоверности прогнозируем 358 мест (82,6% мест). Наши прогнозы с высокой степенью достоверности следующие: прокрутите вниз, чтобы увидеть, какие именно районы прогнозируются:

Демократы Республиканцы Нет проекции
173 195 67

Наши полные прогнозы для всех 435 мест зависят от двух частей информации о выборах 2020 года, которые мы не можем предсказать: насколько предпочтение отдается действующим игрокам и насколько нация склоняется к одной из двух основных партий.Добавьте эту информацию, чтобы увидеть наши прогнозы по всем 435 местам.

Насколько выборы 2020 года будут благоприятствовать действующим игрокам? Щелкните по кнопке.

Насколько выборы 2020 года будут отдавать предпочтение каждой политической партии? Переместите ползунок ниже:

Места от республиканцев: (%) Демократические места: (%)

Вот: американская политическая монополия

Комментарий: Одним словом, корпоративные монополии ужасны для потребителей.Помимо очевидного результата повышения цен, они опасны и во многих других отношениях. Ограничивая конкуренцию, они искусственно ограничивают наш выбор и уменьшают стимул поддерживать качество, потому что хорошо, если мы единственная игра в городе, «СОЛ». Подумайте о Comcast. Ограниченная конкуренция также имеет тенденцию подавлять инновации в продуктах и ​​услугах, поэтому мы вынуждены переплачивать за устаревшие продукты или технологии спустя много времени после того, как улучшенные версии появляются где-то еще. Одним из ярких примеров является более дорогая и гораздо более низкая скорость интернета, с которой мы должны жить, по сравнению с нашими европейскими аналогами.Монополии приводят к снижению удовлетворенности потребителей и дают им основания полагать, что они подвергаются издевательствам или эксплуатации.

Хотя это редко обсуждается, политические монополии также существуют и также плохо сказываются на «потребителях правительства», то есть гражданах. Это может быть новой концепцией для многих, но вполне уместно рассматривать двухпартийную политическую систему США как дуополию, то есть монополию двух партий, которые разделяют почти полный контроль над американским политическим «рынком». Национальный комитет Демократической партии и Национальный комитет Республиканской партии являются частными некоммерческими корпорациями, учрежденными в соответствии с разделом 527 Кодекса IRS.Это означает, что все получаемые ими пожертвования не облагаются налогом. По сути, они субсидируются налогоплательщиками. Схема идентична тому, что мы называем «корпоративным благосостоянием», когда частные корпорации с огромным богатством по какой-то непостижимой, но неприкасаемой причине являются бенефициарами правительства, то есть наших щедростей в виде субсидий, налоговых льгот и других творческих меры бухгалтерского учета.

Находясь в уникальном положении, когда они занимают все места в законодательном органе Америки, кроме двух, демократы и республиканцы в Конгрессе буквально могут писать законы, влияющие на деятельность их партий.За прошедшие годы, благодаря своему присутствию в Конгрессе и законодательных собраниях штатов, партии приняли закон, который формализует, защищает и поддерживает их монополию. По сути, эти законы крайне затрудняют оспаривание дуополии другим политическим партиям. RNC и DNC обладают тем, что можно считать только юридической монополией на политическую систему США. И это было сделано без учета пожеланий американского народа.

Один из самых больших успехов партий, возможно, лучше было бы мошенничество, пришелся на 1974 год, когда они приняли закон о «реформе избирательной кампании».Закон разрешил финансирование их президентских кампаний и резко укрепил их монополию. Помните маленькую отметку в вашей налоговой декларации 1040, в которой спрашивалось, согласны ли вы выделить 3 доллара из вашего возмещения на президентскую кампанию? Вот откуда деньги. В соответствии с законом был учрежден Фонд президентской избирательной кампании, который обеспечивал соответствующие фонды правомочным кандидатам только от двух партий для их первичных гонок. Затем кандидату в президенты от каждой партии был предоставлен крупный грант на проведение их всеобщих избирательных кампаний.

Государственное финансирование выборов - идея стоящая в принципе и довольно популярная. Однако когда он создается, контролируется и коррумпируется теми Сторонами, которые от него извлекают выгоду, это совсем другое дело. Кандидат в президенты от третьей партии будет иметь право на получение определенных государственных средств, если его партия набрала пять процентов голосов на предыдущих президентских выборах. Стандарт, который редко будет достигнут из-за других недружественных правил и положений. Этим двум частным организациям политических партий также будет предоставлено существенное финансирование для оплаты их съездов по выдвижению кандидатов в президенты! Государственные деньги отданы частным организациям, чтобы устраивать огромные вечеринки, на которые нас не приглашают.Более 30 лет этот поезд продолжался до тех пор, пока кандидаты не стали отказываться от государственных денег, потому что они шли со слишком большим количеством ниточек, в то время как у частных денег их не было; и потому что по нескольким причинам мы, люди, перестали ставить галочку в этой маленькой коробке.

Монополистическое совместное предприятие, известное как Комиссия по президентским дебатам, было создано DNC и RNC в 1987 году как независимая некоммерческая корпорация. CPD получает частное финансирование от фондов и корпораций, при этом подавляющая часть его денег поступает от горстки доноров.Президентские дебаты, состоявшиеся в 1976, 1980 и 1984 годах, спонсировались Лигой женщин-избирательниц.

«В 1988 году Лига женщин-избирательниц отказалась от спонсорства президентских дебатов после того, как кампании Джорджа Буша и Майкла Дукакиса тайно согласились подписать« меморандум о взаимопонимании », в котором будет решаться, какие кандидаты могут участвовать в дебатах, какие лица будут быть участниками дискуссии (и, следовательно, иметь возможность задавать вопросы), а также высотой кафедр. Лига отклонила требования и выпустила заявление, в котором говорилось, что она отказывается от поддержки дебатов, потому что «требования двух предвыборных организаций приведут к обману американского избирателя."https://en.wikipedia.org/wiki/Commission_on_Presidential_Debates

Дуополия совершает это мошенничество с тех пор.

Взять под контроль президентские дебаты от организации, которая пыталась сохранить справедливость и объективность, было явным шагом, демонстрирующим сотрудничество между партиями с целью дальнейшего исключения кандидатов от других партий в дебатах. Не может быть более явных признаков сговора между демократами и республиканцами, партиями, которые высокомерно продолжают притворяться соперниками.Чтобы еще больше усилить общий контроль над процессом выдвижения кандидатур, в 2000 году CPD ввел правило, согласно которому кандидат должен получить 15% -ную поддержку населения в пяти общенациональных опросах, чтобы быть включенным в национальные президентские дебаты. Действительно высокая планка. Суть в том, что эти запретительные методы не позволяют людям с новыми и творческими идеями попасть в правительство.

Случайно ли, что каждая по-своему подавила голосование в ходе избирательного цикла 2016 года? Республиканцы - через законы о мошенничестве и удостоверении личности избирателей, демократы - через серьезные нарушения в некоторых своих государственных съездах, регистрацию и вмешательство в голосование на некоторых праймериз, а также систему суперпредставителей, аннулирующую избранных делегатов, - последние были разработаны для того, чтобы исключить Берни Сандерса из числа претендентов.В целом, поведение двух сторон тесно связано с сговором, наблюдаемым между корпорациями, когда они сговариваются с целью установить цены, контролировать рынки и сокрушить конкурентов-стартапов.

Корпорации не претендуют на звание демократических институтов. Когда правительство позволяет влиять на себя корпорациям или олигополиям (горстке предприятий, доминирующих в рыночном секторе), оно сознательно соглашается услышать политические рекомендации, несовместимые с демократическими принципами. С момента основания нашей страны в нашей политической культуре жило опасение, что чрезмерная концентрация экономической власти вызовет антидемократическое политическое давление.Каждая администрация США принимает сознательное решение о том, приветствуется ли вклад корпораций. Одним из индикаторов этого является то, насколько ревностно администрация добивается соблюдения антимонопольного законодательства. Возможно, вы уже знаете, что такое принуждение было чрезвычайно слабым со времен Рейгана.

Вы были бы правы, если бы спросили, как можно ожидать, что явно антидемократическое поведение политической монополии RNC / DNC сделает 180 и будет управлять в откровенно демократическом ключе. Будьте уверены, что они не могут.И это потому, что они работают в тесном взаимодействии с олигархами, деньги которых позволяют их монопольному положению сохраняться практически беспрепятственно. Одна рука моет другую. Американский народ давно знает, что Конгресс подкуплен и коррумпирован. Теперь им нужно знать более конкретно, что за этим стоит институциональная коррупция и сговор двух политических партий. Это точный ответ на вопрос, почему в течение 40 лет и трех демократических и трех республиканских администраций американцы не смогли избрать правительство, которое отвечало бы их потребностям.Политическая монополия просто не допустит этого. Политическая монополия просто НЕ допустит этого!

Когда правительство не поддерживает нас, какие средства у нас есть? Когда он отказал нам в нормальных каналах возмещения вреда, каковы наши варианты? В течение некоторого времени наше правительство не было нашим народом, для него или для него. Мы должны заявить о своих требованиях экономической, социальной, политической и экологической справедливости, утверждая силу своей численности. Мы должны перестать быть послушными; должны неоднократно нарушать свой обычный бизнес; должны нарушить нормальный поток своих долларов; должен стать и оставаться неуправляемым.

В истории нашей страны есть прецеденты, когда народная воля преодолевала политику правящего класса, враждебную народу. Каждый случай требовал последовательной борьбы массовых социальных движений на протяжении длительного периода. Двумя успешными примерами являются длительная борьба за избирательное право женщин и напряженная борьба ветеранов Первой мировой войны, рабочих и безработных во время Великой депрессии. От марша на Вашингтон 20 000 ветеранов и их семей в «Бонусной армии» в 1932 году до миллионов рабочих и союзников, которые участвовали во многих сотнях всеобщих и местных забастовок в последующие годы, обездоленная и голодающая общественность требовала помощи от своих правительство и Новый курс родился.

Разные времена требуют разной тактики, но нет никаких сомнений в том, что прямые действия в массовом масштабе могут и будут двигать правительство, когда ничто другое не сделает этого.

Кабала 1% / RNC-DNC оскорбляла нас достаточно долго.

(Спасибо Джозефу Ярочу за идею, которая привела к написанию этого эссе).

Демократия и монополия - Институт открытых рынков

Почти две трети американцев говорят, что богатые имеют большее влияние на избирательный процесс, чем средний гражданин.Многие считают, что способ исправить этот дисбаланс - это ввести новые ограничения на то, сколько денег богатые люди и корпорации могут внести в кампании. Многие указывают, в частности, на постановление Верховного суда Citizens United от 2010 г., которое отменило ограничения на политические расходы корпораций. Семьдесят восемь процентов взрослых американцев выступают против этого постановления.

Но попытка сдержать влияние денег на политику с помощью одной лишь реформы финансирования избирательных кампаний проблематична. Одна из причин заключается в том, что Верховный суд настаивает на том, что политические расходы являются формой защищенной свободы слова.Другой пример - изобретательность, которую всегда проявляли денежные интересы, уклоняясь от правил, от использования мягких денег в конце 90-х до современных Super PAC.

Если говорить более фундаментально, акцент на реформе финансирования избирательных кампаний не учитывает многие другие способы, с помощью которых концентрированные денежные интересы подрывают политический процесс. Крупный бизнес и богатые доноры финансируют лоббистов и аналитические центры, коррумпируют академическую науку «спонсируемыми» исследованиями и подписывают популярные публикации в средствах массовой информации и новостные сети.С помощью всех этих механизмов денежные интересы могут контролировать поток информации в публичных дебатах и ​​определять, какие вопросы становятся частью политической повестки дня страны, а какие остаются на периферии.

Предыдущие поколения американцев придерживались другого подхода к поддержанию демократического процесса. Они боролись с политической коррупцией и сохранили демократию, разрушая монополии и устанавливая рыночные правила таким образом, чтобы предотвратить накопление концентрированной экономической власти. Как объяснил столетие назад судья Верховного суда Луи Брандейс, на пике могущества железных дорог, стали и банковских баронов, таких как Дж.П. Морган: «У нас может быть демократия, или у нас может быть богатство, сосредоточенное в руках немногих… но мы не можем иметь и то, и другое».

Или, как выразился президент Вудро Вильсон, объясняя необходимость энергичных антимонопольных действий для сохранения американской демократии: «Если в этой стране есть люди, достаточно большие, чтобы владеть правительством Соединенных Штатов, они будут владеть им».

В этот период усиления корпоративной власти американцы по всему идеологическому спектру отреагировали принятием таких мер, как Антимонопольный закон Шермана, который криминализировал монополию и в конечном итоге был использован для развала Standard Oil.В 1914 году с принятием Закона Клейтона Конгресс и администрация Вильсона создали Федеральную торговую комиссию и обвинили ее в предотвращении даже «зарождающихся» монополий, предприятий, которые только начинали монополизировать рынок.

Там, где экономия от масштаба благоприятствовала крупным организациям, как, например, на железных дорогах и электроэнергетических предприятиях, американцы развернули такие учреждения, как Комиссия по торговле между штатами и бесчисленные комиссии государственных коммунальных предприятий, чтобы предотвратить ценовую дискриминацию и другие злоупотребления.И они приняли такие законы, как законы о сетевых магазинах 1920-х и 30-х годов, которые поддерживали небольшие независимые розничные торговцы. Точно так же они ограничили злоупотребления крупным бизнесом патентным законодательством, что способствовало инновациям и предпринимательству.

Эта антимонопольная система оказала глубокое влияние на американскую экономику и, что особенно важно, на американскую демократию. Хотя данные часто забывают или искажают, большинство секторов экономики стали менее концентрированными и более конкурентоспособными с 1930-х по 1980-е годы, в то время как уровни создания новых предприятий и независимого владения бизнесом на душу населения были намного выше, чем сегодня.Это означало, что за труд каждого работника конкурировало больше работодателей, что, в свою очередь, увеличивало заработную плату и помогало профсоюзам и другим прогрессивным силам проводить реформы, которые долгое время блокировались корпоративной властью. Они варьируются от прекращения детского труда и установления 40-часовой рабочей недели до победы в многолетней борьбе за социальное обеспечение, а затем и за Medicare.

Успешные усилия, предпринимавшиеся на протяжении большей части прошлого века по сдерживанию монополии, также означали, что в большинстве городов по-прежнему существовали многие местные независимые предприятия, а также банки и другие финансовые учреждения, которые активно участвовали в гражданских делах, как обычно нет.Это помогло создать и сохранить социальный капитал, который, как наблюдали такие ученые, как Роберт Патнэм, с тех пор пришел в упадок в сообществах по всей Америке. В то же время антимонопольные законы и законы о сетевых магазинах помогли сохранить класс независимых чернокожих владельцев бизнеса, которые сыграли важную роль в Движении за гражданские права именно потому, что они не были связаны с белой экономической властной структурой.

Однако, начиная с 1970-х годов, государственная политика в значительной степени отступила от этой давней антимонопольной системы.С тех пор предприятия выросли, а рынки стали более концентрированными. В то же время соответственно возросло влияние концентрированных денежных интересов на американскую политику и управление.

Чарльз и Дэвид Кох являются ярким примером. Пятьдесят лет назад они унаследовали нефтяной бизнес от своего отца и превратили его в конгломерат, который считается второй по величине частной компанией в стране. Используя стратегию слияния, которая была бы юридически ограничена, если бы не заблокирована полностью антимонопольным законодательством страны в предыдущие годы, Кохи свернули контроль над производителями чашек Дикси, бумажных полотенец Brawny, Lycra, Georgia Pacific-Lumber, Stainmaster Carpet. , асфальт, нефть, трубопроводные материалы и мясной скот, среди прочего.Более того, их контроль над тысячами миль нефтепровода дает им огромную власть над компаниями, пытающимися доставлять нефть через страну.

Кохи использовали эту огромную концентрацию экономической власти для покупки политической власти. Они сделали это не в первую очередь за счет пожертвований на избирательную кампанию, а путем создания широкой вселенной либертарианских и консервативных политических институтов. Такие группы, как «Американцы за процветание», полагаются на деньги Коха, чтобы противостоять законам о минимальной заработной плате и повышению налогов для богатых.Аналитические центры, такие как Институт Катона, используют деньги Коха для популяризации и защиты приватизации социального обеспечения и отмены законов о финансировании избирательных кампаний. Консервативные ученые руководят отделами на деньги Коха, обучая Айн Рэнд, Милтона Фридмана и других представителей либертарианских правых. А законодательные собрания штатов по всей стране принимают законопроекты, разработанные ALEC, группой разработчиков законодательства, поддерживаемой деньгами Коха. Кохи даже профинансировали свою собственную группу ветеранов, которая, как и ожидалось, лоббирует приватизацию здравоохранения ветеранов.

Кохи в значительной степени получили то, за что заплатили. Финансирование ими организаций «Чайная партия» сыграло важную роль в том, что заблокировало законодательную программу администрации Обамы и на долгие годы определило приоритеты республиканцев в Конгрессе. Миллионы, которые они направили группам, отрицающим научные данные об изменении климата, сыграли ключевую роль в уничтожении республиканской поддержки мер по контролю за выбросами углерода. Совсем недавно Кохи финансировали успешные усилия по принятию законодательства о праве на труд в Западной Вирджинии, Мичигане и Висконсине.

Между тем, концентрированные денежные интересы играли все большую и большую роль в определении повестки дня Демократической партии. Например, Alphabet, материнская компания Google, провела 427 встреч с администрацией Обамы в период с 2009 по 2016 год. Сотни людей переходили с работы в Google на должности в федеральном правительстве во время администрации Обамы. Помимо того, что Google тратит на лоббирование больше, чем любая другая технологическая компания, он оказывает огромное влияние на весь политический спектр, финансируя всевозможные исследования по техническим вопросам, а также аналитические центры и крупные конференции.

Это влияние принесло Google огромную пользу. Федеральная торговая комиссия предпочла не подавать антимонопольный иск против Google, несмотря на то, что ее сотрудники нашли доказательства нарушений конкуренции. Google избегает правил конфиденциальности, которые Федеральная комиссия по связи выдвинула против интернет-провайдеров, и была рада видеть, что комиссия встала на ее сторону в спорах с кабельными компаниями.

Очень часто крупные компании используют свое экономическое влияние, чтобы повлиять на действия правительства.В 2016 году медицинская страховая компания Aetna пригрозила выйти из системы обмена медицинскими услугами по Закону о доступном медицинском обслуживании, если правительство заблокирует ее слияние с Humana. Aetna стала достаточно большой, чтобы нанести ущерб общественным интересам - и поставить под удар администрацию Обамы PR - просто угрожая одному из действий. Uber - монополистическая компания по вызову пассажиров - использует аналогичную тактику. Компания регулярно угрожает уйти из городов, которые пытаются ее регулировать.

Президент Франклин Рузвельт резюмировал вызов, брошенный нашей демократии монополистами в речи, которую он произнес в 1938 году: «Первая истина заключается в том, что свобода демократии небезопасна, если люди терпят рост частной власти до такой степени, что он становится сильнее, чем само их демократическое государство.

Исторически сложилось так, что американцы объединялись по партийным линиям, чтобы сдерживать политическую коррупцию путем сдерживания монополий. Это урок, который нам нужно выучить снова. Антимонопольная политика, которая снижает концентрацию бизнеса, предотвращает чрезмерную концентрацию экономической власти, так что демократия и свобода могут процветать.

← НАЗАД К ОСНОВАМ АНТИМОНОПОЛИИ

Угроза, которую представляют монополии для демократии

Назвать логику сомнительной было бы милосердно, поскольку хищническое корпоративное поведение из года в год привлекает внимание заголовков.Но подход, основанный на благосостоянии потребителей, набирал популярность. «В годы правления [Джорджа У.] Буша антимонопольные положения Закона Шермана заморозились, от которых они так и не оправились», - пишет Ву. После урегулирования дела Microsoft Министерство юстиции Буша не возбудило серьезных антимонопольных дел и не заблокировало никаких крупных слияний. А с тех пор, как Microsoft - около двадцати лет назад - не было серьезных дел, «направленных на отраслевого монополиста или супермонополиста с целью распада».К 2004 году в деле Verizon против Trinko судья Антонин Скалиа мог написать в Верховный суд, что «простое обладание монопольной властью и сопутствующее установление монопольных цен не только не является незаконным; это важный элемент системы свободного рынка ». Другими словами, антимонопольное законодательство было далеко не антимонопольным по мотивам; они признавали и принимали ценность монополий.

Конечно, позиции Скалии и Борка были политическими, несмотря на их претензии на нейтралитет.Это политический выбор - отстаивать политику, которая включает одни факторы (потребительские цены) и исключает другие (размер, влияние, политическую власть). Точно так же, как это политический выбор - поставить большой палец на чашу весов в пользу слияний, против принуждения и консолидации. И это политический выбор - верить в монополистов, когда они заявляют, что просто пытаются сделать мир лучше.


Ву также стремится указать путь вперед для необрандейского подхода к антимонопольному законодательству. Проклятие величия не является ни академической книгой, ни аналитическим обзором, поэтому его рецепты - это скорее набросок повестки дня, чем план реформ. Но они включают большинство основных компонентов, которые должны сопровождать возрождение антимонопольного законодательства: реформы политики слияний, более серьезные судебные преследования, распад существующих конгломератов, отраслевые расследования и переосмысление стандарта благосостояния потребителей.

Удивляет одно упущение. По сравнению с большинством областей внутреннего регулирования антимонопольное законодательство является исключением, поскольку суды, а не регулирующие органы, являются центральными лицами, определяющими политику.В этом мало смысла, поскольку судьи не являются экспертами в области экономической политики и не должны играть ведущую роль в формировании политики в нашей конституционной системе. Отказ от судебной разработки антимонопольной политики и ее возвращение к Конгрессу и регулирующим органам также должны быть ключевой частью нео-брандейских реформ.

Влияние политической монополии правящей элиты на масштабы рынка, распределение доходов и развитие Вай-Ман Лю, Сяокай Ян :: SSRN

32 стр. Размещено: 30 мая 2001 г.

Дата написания: январь 2002 г.

Аннотация

В данной статье разрабатывается модель общего равновесия для одновременного эндогенизации уровня разделения труда, размера рынка, степени неравенства в распределении доходов и совокупной производительности.Это показывает, что хороший капитализм со свободными рынками для всех товаров, включая государственные услуги, порождает равное распределение доходов, что влечет за собой большой размер рынка. Следовательно, равновесный уровень разделения труда и совокупной производительности высок. Политическая монополия правящей элиты порождает несправедливые относительные цены на государственные услуги по сравнению с другими товарами и неэффективное неравенство в распределении доходов, что приводит к узкому рынку, создавая тем самым неэффективный равновесный уровень разделения труда и совокупной производительности.Степень неэффективного неравенства в распределении доходов, вызванного плохим капитализмом, положительно зависит от степени терпимости простых людей к несправедливому неравенству в распределении доходов. Эта степень может быть снижена за счет свободной миграции между странами и конкуренции между различными правительствами. По мере того как соперничество между суверенами и свободная миграция снижает такую ​​терпимость в стране с политической монополией элитной группы, равновесная степень неэффективного неравенства в распределении доходов уменьшается.Это подразумевает снижение ренты политической монополии. Это сокращение политической ренты приведет к хорошему капитализму без политической монополии со стороны элитной группы. История нашей модели согласуется с историческими явлениями, задокументированными экономическими историками. Эта модель может использоваться в качестве рабочей гипотезы для анализа того, что происходит в новых индустриальных экономиках.

Примечание: Ранее озаглавленный «Хороший капитализм против плохого капитализма: влияние политической монополии правящей элиты на масштабы рынка, распределение доходов и развитие»

Ключевые слова: Сетевой эффект разделения труда, специализация, размер рынка, распределение доходов, политическая монополия

Классификация JEL: D50, O12, O40, O47

Рекомендуемое цитирование: Предлагаемая ссылка