Нефтяные компании иностранные: Топ-10 крупнейших нефтегазовых компаний мира | В мире

Содержание

Топ-10 крупнейших нефтегазовых компаний мира | В мире

1. Exxon Mobile Страна: США

Рыночная капитализация: $363,3 млрд

Exxon стала одной из пяти крупных нефтегазовых компаний, вошедших в список Fortune 500, несмотря на неблагоприятную обстановку на мировом энергетическом рынке в последнее время. Причем компания занимает второе место в Fortune 500.

Компания Exxon сыграла огромную роль в области защиты нефтегазовой индустрии от нововведений, связанных с растущим беспокойством по поводу экологического ущерба, особенно в США.

Генеральный прокурор Нью-Йорка в настоящий момент ведет расследование в отношении компании Exxon и ее роли в сокрытии эффектов нефтегазовой добычи от общественности. Компания в свою очередь отрицает все обвинения.

Exxon Mobil Corp — американская компания, крупнейшая частная нефтяная компания в мире, одна из крупнейших корпораций в мире по размеру рыночной капитализации.

Компания ведет добычу нефти в различных регионах мира, включая США, Канаду, Ближний Восток и др.

ExxonMobil имеет долю в 45 НПЗ в 25 странах, располагает сетью АЗС более чем в 100 странах. Доказанные запасы — 22,4 млрд баррелей нефтяного эквивалента

2. PetroChina Страна: Китай

Рыночная капитализация: $203,8 млрд

PetroChina стала второй крупнейшей компанией в мире, несмотря на то что она приходит в себя от сильных финансовых потрясений, связанных с ростом производственных затрат, а также с непростой ситуацией на мировом рынке.

PetroChina Co Ltd — китайская нефтегазовая компания. PetroChina была создана как часть китайской государственной CNPC в ноябре 1999 г.

В ходе реструктуризации CNPC в состав PetroChina были переведены активы по добыче, переработке, нефтехимии и природному газу.

Организационно-правовая форма PetroChina — акционерная компания. Контрольный пакет акций PetroChina принадлежит CNPC.

Компания занимается разведкой, разработкой и добычей нефти и природного газа, а также переработкой, транспортировкой и распределением нефти и нефтепродуктов, продуктов нефтехимии и продажей природного газа.

3. Chevron Страна: США

Рыночная капитализация: $192,3 млрд

Chevron Corporation — вторая после Exxon Mobil интегрированная энергетическая компания США, одна из крупнейших корпораций в мире.

Компания ведет добычу нефти в различных регионах мира. Ей принадлежит ряд нефтеперерабатывающих предприятий, а также обширная сеть АЗС. Доказанные запасы нефти Chevron — 13 млрд баррелей.

Сферы интересов Chevron распространяются на все аспекты нефтегазовой промышленности, включая геологоразведку, добычу, транспортировку и производство нефтепродуктов, продажу и научно-исследовательскую деятельность.

4. Total Страна: Франция

Рыночная капитализация: $121,9 млрд

Французская компания Total стола одной из компаний, стремящихся к созданию прогрессивных стандартов в нефтегазовой индустрии.

Это связано прежде всего с тем, что в конце прошлого года в Париже прошел саммит с участием глав 195 стран, главной темой которого стали вопросы экологии.

5. Sinopec Страна: Китай

Рыночная капитализация: $89,9 млрд

Эта китайская компания за последние месяцы пережила серьезные финансовые потери: падение прибыли составило 50%.

Это вторая по объемам добычи нефтегазовая компания страны (после PetroChina).

6. Royal Dutch Shell Страна: Нидерланды

Рыночная капитализация: $210 млрд

Royal Dutch Shell Plc — нидерландско-британская нефтегазовая компания.

Shell ведет геологическую разведку и добычу нефти и газа в более чем 80 странах мира.

Также Shell полностью или частично владеет более 30 нефтеперерабатывающими заводами.

Shell принадлежит крупнейшая в мире сеть АЗС, которая насчитывает более 43 тыс. станций.

Помимо этого Shell принадлежит значительное количество химических предприятий, а также производств солнечных батарей и иных альтернативных источников энергии.

7. «Газпром» Страна: Россия

Рыночная капитализация: $57,1 млрд

«Газпром» — российская транснациональная корпорация, занимающаяся геологоразведкой, добычей, транспортировкой, хранением, переработкой и реализацией газа, газового конденсата и нефти, а также производством и сбытом тепло- и электроэнергии.

«Газпром» располагает самыми богатыми в мире запасами природного газа. Его доля в мировых запасах газа составляет 17%, в российских — 72%.

На «Газпром» приходится 11% мировой и 66% российской добычи газа.

В настоящее время компания активно реализует масштабные проекты по освоению газовых ресурсов полуострова Ямал, арктического шельфа, Восточной Сибири и Дальнего Востока, а также ряд проектов по разведке и добыче углеводородов за рубежом.

8. «Роснефть» Страна: Россия

Рыночная капитализация: $51,1 млрд

«Роснефть» — лидер российской нефтяной отрасли и крупнейшая публичная нефтегазовая корпорация мира.

Основными видами деятельности ОАО «НК «Роснефть» являются поиск и разведка месторождений углеводородов, добыча нефти, газа, газового конденсата, реализация проектов по освоению морских месторождений, переработка добытого сырья, реализация нефти, газа и продуктов их переработки на территории России и за ее пределами.

9. Reliance Industries Страна: Индия

Рыночная капитализация: $50,6 млрд

Reliance Industries Ltd — индийская компания, крупнейший холдинг страны. Штаб-квартира компании расположена в Нави Мумбаи, городе-спутнике Мумбаи.

Основной бизнес компании сконцентрирован в области добычи нефти и газа, а также нефтепереработки (ей принадлежит крупный нефтеперерабатывающий комплекс в Джамнагаре, штат Гуджарат) — этими отраслями занимается дочерняя компания Reliance Petroleum.

Помимо этого Reliance Industries владеет крупными нефтехимическими мощностями, а также заметной на индийском рынке розничной сетью (по торговле продуктами, электроникой и мн. др.).

10. «ЛУКойл» Страна: Россия

Рыночная капитализация: $36,8 млрд

«ЛУКойл» — российская нефтяная компания. Основные виды деятельности компании — операции по разведке, добыче и переработке нефти и природного газа, реализации нефти и нефтепродуктов.

Более половины запасов нефти «ЛУКойла» сконцентрировано в Западной Сибири (основным оператором добычи является ООО «ЛУКойл-Западная Сибирь» (расположено в Ханты-Мансийском автономном округе), 100% акций которого принадлежит ОАО «ЛУКойл» и является крупнейшим активом «ЛУКойла»).

ИНОСТРАННЫЕ НЕФТЯНЫЕ КОМПАНИИ В АЗЕРБАЙДЖАНЕ – Огонек № 19 (4450) от 13.05.1996

Страсти вокруг проекта освоения каспийских нефтяных месторождений c помощью нескольких транснациональных нефтяных компаний, инициатором которого в 1994 году стал Азербайджан, то утихают, то вспыхивают с новой силой

Экономика

КОНТРАКТ ВЕКА: ТРЕЗВЫЙ РАСЧЕТ ПРОТИВ АМБИЦИЙ

Причин тому множество. Однако главная из них кроется в объективной реальности: Каспий долгие годы считался зоной совместных политических и экономических интересов Ирана и Советского Союза, и после развала последнего права на его богатства, главным из которых, безусловно, является нефть, заявили сразу несколько государств. Впрочем, правильнее было бы сказать «попытались заявить», причем в разное время и с разной степенью активности.

В то время, когда остальные искали аргументы для формального обоснования собственных претензий (в первую очередь, конечно, Россия), Азербайджанская Республика действовала.

По словам президента Государственной нефтяной компании Азербайджанской Республики (ГНКАР) Натика Алиева, ускоренное развитие нефтегазовой отрасли на основе привлечения иностранных инвестиций было единственным шансом для республики выйти из полосы затянувшегося экономического кризиса. Не воспользоваться им означало бы обречь экономику страны на бесконечное латание дыр, что в свою очередь привело бы к отсрочке в реализации социальных программ, которых в воюющем Азербайджане нынче предостаточно.

Сегодня процесс освоения новых нефтяных месторождений и политические консультации по статусу Каспийского моря идут параллельно. Насколько такой подход руководства Азербайджана был необходим и оправдан, вряд ли кто-нибудь сегодня рассудит объективно и беспристрастно. Разве что истории это под силу…

Кому-то нужна истина, кому-то — нефть

Идея разработки месторождений каспийского шельфа не так нова, как это может показаться людям неискушенным. Еще до распада Советского Союза правительство СССР объявило тендер на азербайджанские месторождения, и именно тогда на горизонте впервые появились крупнейшие мировые нефтяные компании, такие как «Бритиш петролеум», «Амоко», «Пеннзойл», «Рэмко», «Экссон» и другие.

После распада СССР Азербайджан два года самостоятельно вел разведку и освоение месторождений. Претензии со стороны России появились позже, когда уже договор о создании международного консорциума находился на стадии подписания. Кстати, тот первый тендер выиграла американская компания «Амоко», которая сегодня по праву имеет самую высокую, 17-процентную долю в консорциуме наравне с английской «Бритиш петролеум».

Между тем с приходом к власти в Азербайджане Народного фронта переговоры по созданию консорциума были фактически заморожены. И возобновились лишь тогда, когда вчера еще опальный Гейдар Алиев вновь встал во главе государства.

Все это время Россия, озабоченная собственными внутренними проблемами, не слишком внимательно следила за развитием событий вокруг «новой азербайджанской нефти».

Сегодня, задним числом, можно сетовать, что установлением морских границ между постсоветскими государствами, соседями по Каспию, никто не занимался, пока Азербайджан не ввел в одностороннем порядке в международную практику понятие «сектор Каспийского моря такой-то страны», тем самым создав прецедент. Но, похоже, российские власти тоже были заинтересованы в том, чтобы именно Азербайджан начал процесс освоения каспийских нефтяных месторождений, не дожидаясь «команды» Москвы.

Поначалу российская сторона настаивала на том, чтобы все природные богатства Каспийского моря находились в общем владении всех государств, границы которых выходят на побережье. На уровне российских МИДа, Минтопэнерго и Роскомнедра был даже подготовлен и разослан во все прикаспийские республики документ, по которому предлагалось за каждой из заинтересованных стран сохранить 12-мильную зону, а морские пространства за ее пределами считать общим достоянием. Должен быть создан коллективный орган, который выдавал бы лицензии всем нефтедобывающим компаниям в соответствии с их техническими возможностями и с учетом экологической обстановки. Азербайджан проект этого документа не поддержал.

После визита в Москву президента Азербайджана Гейдара Алиева и его переговоров с Борисом Ельциным и премьером Виктором Черномырдиным стало вдруг очевидно, что Россия уже не столь активно возражает против создания международного нефтяного консорциума. Таким образом, де-факто существование «азербайджанского сектора Каспийского моря» северным соседом было признано.

Среди аналитиков существует множество версий относительно того, почему Москва кардинально поменяла точку зрения на порядок разработки каспийских нефтяных месторождений. Дело в том, что в это же время ГНКАР переуступила 10 процентов из своей 30-процентной доли участия в проекте крупнейшей нефтяной компании России — АО «ЛУКойл». Некоторые склонны искать в этом шаге «карабахский» мотив: пообещав народу возвратить захваченные Арменией в ходе военного конфликта исконно азербайджанские земли, Гейдар Алиев якобы вынужден был косвенно подключить и Москву к решению этой насущной проблемы. Еще одна версия связана с азербайджанским происхождением нынешнего руководителя компании «ЛУКойл» Вагита Алекперова.

Интересно, что сын президента Азербайджана Ильхам Алиев, занимающий ныне высокий пост вице-президента ГНКАР (круг его должностных интересов — международные связи компании), объясняет неожиданное появление в консорциуме «ЛУКойла» только тем, что с уходом с политической арены Народного фронта Азербайджана, не очень благоволившего России и всему, что с ней было связано, появилась реальная возможность включить в проект наиболее динамично развивающуюся в последнее время российскую компанию. В этом, и только в этом смысле, добавил он, включение АО «ЛУКойл» в проект можно считать моментом политическим.

Выигрывают все

По признанию директора департамента «Морнефть» акционерного общества «Роснефть» Ивана Чернова, в любом случае участие «ЛУКойла» в освоении месторождений Азери, Чираг и Гюнешли следует расценивать как несомненный успех российской фирмы. Более того, было бы неплохо, если бы в освоение новых нефтяных месторождений на Каспии постарались включиться и другие российские компании. Но, как известно, одного желания российских фирм участвовать в проекте, сулящем безусловные выгоды, мало. Вопрос упирается в финансовые возможности каждой из них.

Что касается АО «ЛУКойл», то, по словам Вагита Алекперова, российская компания полностью отвечает по обязательствам финансирования проекта в размере 10 процентов от общей стоимости. Кроме того, специалисты «ЛУКойла» работают над системой перевозки по России и странам СНГ грузов, необходимых для деятельности консорциума. Предметом особой заботы «ЛУКойла» стала собственная социальная программа в Азербайджане, которая включает в себя помощь русской общине республики, организацию выступлений ведущих российских артистов в Баку, широкую и многогранную издательскую деятельность. Вступив позже остальных, более именитых собратьев, в борьбу за каспийские нефтяные миллионы, «ЛУКойл» тем не менее успела уже «отметить» свое участие в проекте чисто внешними признаками: открыв в Баку сеть фирменных автозаправочных станций, пользующихся у населения невероятной популярностью, компания «ЛУКойл» сняла попутно для себя и проблему рекламы.

По Соглашению о совместной разработке и долевом разделе добычи, которое было подписано 20 сентября 1994 года в Баку, каждая из иностранных нефтяных компаний получит свою долю прибыли и каждая будет нести ответственность за выплату налогов согласно законам Азербайджана.

Условия контракта весьма благоприятны и для самого Азербайджана. Он получит в общей сложности 80 процентов всей добытой нефти. С учетом налогов на прибыль, стоимости долей, принадлежащих ГНКАР и правительству Азербайджана, реализация проекта может принести в государственную казну до 80 миллиардов долларов. К тому же проект по мере развития предполагает создание большого числа рабочих мест для квалифицированных азербайджанских специалистов. Еще на стадии общего согласования проекта ГНКАР удалось добиться существенного для республики преимущества: весь попутный газ достанется ей бесплатно, тогда как поначалу предполагалось, что его придется выкупать. Так что выгоды от контракта века очевидны для всех его участников.

Задачка из школьного учебника

Как известно, добыча нефти — только часть программы освоения месторождений каспийского шельфа, суммарные запасы которых составляют примерно один миллиард тонн. Проблема транспортировки нефти в последнее время тоже приобрела ярко выраженную политическую окраску.

Россия отстаивает «северный вариант», согласно которому ранняя нефть должна пойти через Дагестан и Чечню на Новороссийск. В пользу этого способа транспортировки говорит относительная дешевизна работ по окончательной подготовке существующего нефтепровода. Российская компания «Транснефть» в феврале нынешнего года подтвердила гарантии безопасности трубопровода, несмотря на то, что военные действия в Чечне ведутся до сих пор. До 60 миллионов долларов до середины 1997 года готова вложить в реконструкцию нефтепровода компания «Транснефть».

«Западная труба» (Баку — Батуми) будет стоить примерно 230 — 240 миллионов долларов, и для ее реконструкции потребуется создание специального консорциума, о возможном участии в котором, впрочем, уже заявили несколько западных компаний. Безусловным преимуществом «западного» маршрута является то, что он пройдет по относительно спокойным в военном отношении районам.

У вице-президента ГНКАР Ильхама Алиева нет сомнений в том, что республика не должна в случае с транспортировкой нефти становиться заложницей политических пристрастий. По его словам, интерес Азербайджана, как и в случае с освоением месторождений, должен заключаться в минимальном риске, по возможности коротких сроках подготовки трубопроводов и максимальной прибыли.

Ожидается, что все-таки «российская труба» будет готова быстрее, несмотря на то, что в последние несколько недель повышенную активность проявляет Турция, желающая заполучить (пусть даже за большие деньги) азербайджанскую нефть аккурат в нефтеналивном порту Джейхан, который уже сегодня технически готов осваивать до 120 миллионов тонн нефти в год.

* * *

— Разрабатывая документы по контракту века, — подчеркнул Ильхам Алиев, — мы постарались свести экономический и финансовый риск практически к нулю. Скажем, если даже на не до конца разведанном пока месторождении Карабах «сухими» окажутся все скважины, мы не потеряем на этом ни цента. В случае же успеха 70 процентов нефти будут принадлежать Азербайджану. У нас нет ни времени, ни средств, чтобы рисковать.

Реализация проекта позволит в максимально короткие сроки увеличить добычу нефти с сегодняшних 9 миллионов тонн в год до 17 — 20 миллионов уже через пять-шесть лет, практически ничего не вкладывая. Если учесть, что нефтяная отрасль дает сегодня 40 процентов доходной части бюджета, становится понятно, какие нас могут ждать перспективы.

Михаил ПЕТРОВ
(В публикации использованы материалы журналов «Каспий» и «Trend»)
Такого представительства известных и не очень западных компаний не знал еще ни один проект из осуществляемых нынче на территориях бывших советских республик

Первой к контракту века «успела» британская компания «Рэмко», однако до недавнего времени дела у нее шли не совсем успешно. Она довольствовалась весьма скромной долей участия в проекте разработки месторождений «Азери», «Чираг» и «Гюнешли» и долгое время вела безрезультатные переговоры с ГНКАР о разработках месторождения на суше «Мурадханлы». Тем не менее в начале 1996 года ей удалось создать вместе с ГНКАР совместное предприятие.

Американская компания «Пеннзойл» (доля в контракте века — 9,8 процента) совместно с «Рэмко» к лету 1995 года закончила работу по строительству станции сжатия и переработки попутного газа на месторождении «Гюнешли» и прокладке 120-километрового трубопровода от газокомпрессорной станции до газоконденсатного завода в Карадаге.

Заключение «второго» нефтяного контракта по освоению структуры «Карабах» явилось проверкой состоятельности и инвестиционной активности сразу нескольких иностранных компаний. Российская «ЛУКойл» и итальянская «Аджип» сумели создать СП и теперь в сумме имеют больше половины процентной стоимости контракта. «Пеннзойл» неожиданно оказался на вторых ролях и старается компенсировать это демонстрацией жесткой позиции по отношению к партнерам.

«ЛУКойл», как бы наверстывая упущенное, старается играть первую скрипку и в проекте разработки не менее перспективной газовой структуры «Шах-Дениз».

Задействованные по самому крупному счету в контракте века американские компании «Амоко» и «Юнокал», кроме того, активно работают еще на двух месторождениях.

60 процентов долевого участия в новом консорциуме «Шах-Дениз» будет принадлежать тройному альянсу, организованному английской «Бритиш петролеум», норвежской компанией «Статойл» и турецкой «ТПАО».

В последнее время активность стала проявлять и крупнейшая американская компания «Мобил», интересующаяся новыми, не охваченными пока разработкой участками морского шельфа.

Национальная буровая компания Ирана, которой не удалось в свое время получить желанные 5 процентов в контракте века, надеется на создание в ближайшее время азербайджано-иранского СП.

По последним сведениям, до одного миллиарда долларов готова вложить в нефтяную отрасль Азербайджана и японская «Мицуи Корпорейшн». Ее заинтересовало строительство газокомпрессорной станции на месторождении «Баха».


Разделение прибыли по нефтяному контракту

75,00 % — Azerbaijan Royalties
05,00 % — SOCAR
04,28 % — BP
04,25 % — Amoco
02,50 % — ЛУКойл
02,46 % — Pennzoil
02,38 % — Unocal
02,14 % — Statoil
00,61 % — McDermott
00,52 % — Ramco
00,44 % — Turkish State Oil Co.
00,42 % — Delta-Nimir

Обсудить

Западные компании через 15 лет вычерпают всю нефть

МОСКВА, 12 мая — ПРАЙМ, Андрей Карабьянц.  Инвестиции не входящих в ОПЕК стран в 2020 году упали до самого низкого уровня за последние 15 лет, составив 311 млрд, говорится в майском отчете ОПЕК. Ожидается, что в 2021 году увеличения инвестиций не произойдет. Многие эксперты считают, что инвестиции больше никогда не достигнут уровня 2014 года, когда нефтяные компания вложили в геологоразведку и разработку новых месторождений углеводородов рекордную сумму – 718 млрд. 

В ответ на требования инвесторов обеспечить свободный денежный поток независимые компании, добывающие сланцевую нефть, еще в конце 2019 года начали сокращать расходы на геологоразведку и добычу. В 2020 году из-за пандемии коронавируса упал спрос на энергоносители, и нефтяные компании были вынуждены значительно сократить затраты на разведочное и эксплуатационное бурение, а также на услуги нефтесервисных компаний – в первую очередь на операции по проведению гидроразрыва пласта. Сокращение инвестиций в геологоразведку ведет к сокращению запасов. При сохранении существующего уровня добычи у Big Oil – пяти крупнейших западных компаний – запасов осталось не более, чем на 15 лет.

Снова 90-е. Когда цена нефти рухнет в 10 раз

«ЗЕЛЕНЫЙ КУРС» БАЙДЕНА 

После победы Джо Байдена на президентских выборах положение американских сланцевых компаний ухудшилось. Несмотря на восстановление цен на энергоносители, нефтяники практически лишились возможности получить кредиты, необходимые для проведения геологоразведочных работ и разработки новых месторождений. 

В течение первых ста дней нахождения в Белом доме Байден присоединился к Парижскому соглашению о климате, из которого Вашингтон вышел при Дональде Трампе, приостановил выдачу лицензий на добычу ископаемых видов топлива на федеральных землях, предложил беспрецедентные инвестиции в производство «чистой энергии», а также начал пересматривать многие льготы, предоставленные предыдущей администрацией. 

На саммите по проблемам климата, который проходил в режиме видеоконференции, Байден раскрыл амбициозный план сокращения выбросов парниковых газов в течение ближайших десяти лет. Согласно этому плану, США должны сократить эмиссию парниковых газов на 50%-52% к 2030 году – почти в два раза больше, чем обещал бывший президент Барак Обама, подписавший Парижское соглашение в 2015 году. 

Многие западные банки, инвестиционные фонды и управляющие компании – в том числе такие монстры, как Black Rock и Vanguard – частично или полностью прекратили кредитование нефтегазовых компаний. Более того, предоставление кредитов обуславливалось соблюдением жестких экологических требований, направленных на сокращение выбросов парниковых газов. 

Отказ в предоставлении кредитов ведет к сокращению запасов крупнейших нефтяных компаний, без которых нефтяные компании не могут поддерживать добычу и получить средства, необходимые для перехода к ВИЭ. 

Китай становится ареной спора нефтяных держав

BIG OIL ТЕРЯЕТ ЗАПАСЫ 

Согласно оценкам норвежской консалтинговой компании Rystad Energy, крупнейшие нефтегазовые компании мира – ExxonMobil, Chevron, Total, Eni, Shell и BP или так называемые Big Oil – исчерпают свои резервы менее, чем через 15 лет, поскольку добываемые объемы не замещаются полностью за счет новых месторождений.   

Из-за массовых списаний запасы Big Oil сократились на 13 млрд барр. н. э. (баррели нефтяного эквивалента) – примерно на 15% — в прошлом году. Основная причина сокращения — недостаток инвестиций в геологоразведку и разработку месторождений. 

По оценке британского издания Financial Times, в 2020 году из-за обвального падения цен на нефть добывающие активы Big Oil могли обесцениться на 900 млрд – почти на треть от их совокупной капитализации.

В прошлом году Big Oil были вынуждены сократить капитальные затраты на 34%. В начале этого года сокращения продолжились, что негативно отразилось на результатах геологоразведки. В первом квартале были обнаружены месторождения с суммарными запасами 1,2 млрд барр. н. э. – самый низкий показатель за последние 7 лет, сообщает Rystad Energy. 

Доказанные запасы ExxonMobil сократились на 7 млрд барр. н. э. в 2020 году – на 30% по сравнению с годом ранее – в основном из-за списания активов в США и Канаде, где добываются сланцевый газ и битуминозная нефть.  

В прошлом году доказанные запасы Shell снизились на 20% — до 9 млн барр. н. э. В следствие списаний Chevron потерял 2 млрд барр. н. э. доказанных запасов, ВР – 1 млрд барр. н. э. Снижение запасов этих компаний также произошло в связи со списаниями активов в Северной Америке. 

Только французская Total и итальянская Eni в течение последнего десятилетия не сократили доказанные запасы. Для европейских компаний, которые стремятся ускорить переход к ВИЭ, нефть и газ по-прежнему остаются основными источниками дохода.

Поддерживать добычу для Big Oil становится непосильной задачей, поскольку объемы добычи полностью не восполняются за счет открытых месторождений, что может привести к сокращению выручки и не позволит профинансировать переход от ископаемого топлива к ВИЭ.  

В настоящее время ни МЭА, ни ОПЕК не прогнозируют достижение пика спроса на нефть в течение ближайших десяти лет. Существует разные мнения по поводу сроков восстановления спроса после пандемии, но обе организации ожидают, что потребуется дополнительно 27-30 млн барр. н. э. к 2022 году, чтобы возместить снижение добычи на зрелых месторождениях и обеспечить растущий спрос после пандемии. 

«Способность Big Oil генерировать прибыль в будущем зависит от объемов нефти и газа, которые компании способны продать. Если запасов недостаточно для поддержания добычи на соответствующем уровне, то возникнут проблемы с финансированием проектов перехода к ВИЭ. В результате, реализация планов по производству «чистой энергии» замедлится», — считает Парул Чопра, вице-президент исследовательского подразделения Rystad Energy в области геологоразведки и добычи.

Изнанка коронакризиса. Куда утекают мировые запасы нефти

УГЛЕВОДОРОДНЫЕ ЗАКРОМА РОССИИ 

«Обеспеченность всех запасов нефти при существующей добыче составляет 59 лет, природного газа — 103 года. Но мы же понимаем, что это общий баланс по больнице», — полагает глава Минприроды РФ Александр Козлов. 

Несмотря на наличие огромных запасов углеводородов министр уверен в необходимости осуществлять геологоразведку, в том числе в удаленных труднодоступных регионах, откуда вывозить углеводороды возможно по Северному морскому пути.  

Кроме того, Козлов указал на трудности, связанные с невозможностью использовать определенные технологии из-за санкций со стороны западных стран. Это повышает затраты на разработку месторождений, где велики запасы трудноизвлекаемой нефти. 

Ранее глава Роснедр Евгений Киселев сообщил представителям СМИ, что прошедшая инвентаризация показала, что извлекаемых запасов нефти России хватит на 58 лет, рентабельных – всего на 19 лет. Запасами газа Россия обеспечена более чем на 60 лет. 

По результатам аудита компании DeGolyer & MacNaughton доказанные запасы углеводородов крупнейшей российской нефтяной компании «Роснефть» составили на конец 2020 года 39 млрд барр. н. э. (5,3 млрд т н. э.). При существующем уровне добычи – свыше 5 млн барр. н. э/сут. – «Роснефть» обеспечена доказанными запасами более чем на 15 лет. Органический коэффициент замещения доказанных запасов в 2020 году достиг 151%. 

В конце прошлого года «Роснефть» приступила к реализации грандиозного проекта «Восток Ойл». В рамках проекта будут разрабатываться ряд месторождений на севере Красноярского края, совокупная ресурсная база которых достигает 6 млрд тонн жидких углеводородов (нефти и газового конденсата). 

Крупнейшая российская газовая компания «Газпром» обладает самыми большими запасами природного газа в мире. По данным аудита, проведенного также DeGolyer & MacNauton доказанные и вероятные запасы (2Р по классификации PRMS) газа (без учета жидких углеводородов) на 31 декабря 2019 года составили 24,4 трлн газа. В 2019 году – до пандемии коронавируса – добыча «Газпрома» составила 500,1 млрд куб. м. При таком уровне добычи обеспеченность запасами превышает 48 лет. По официальным данным «Газпрома», в 2020 году прирост запасов компании шестнадцатый год подряд превышает объемы добычи. 

Нефтяные компании ближнего и дальнего востока и других стран мира

Помимо крупных частных компаний мира на территории ряда государств функционирует ряд национальных нефтегазовых компаний с определенным участием частных фирм Запада. Их отличает:

—       высокий удельный вес в экономике страны и высокие налоговые поступления;

—       подкрепление политической независимости государства развитой нефтегазовой отраслью и ее высокими доходами;

—       значительные объемы добычи и экспорта нефти, и низкая себестоимость ее добычи позволяет этим странам состоять в ОПЕК и влиять на формирование как объемов экспорта, так и уровня мировых цен.

Видное место среди нефтяных компаний мира занимает корпорация «Саудиш Арамко». Объем добычи нефти превышает 392 млн. т в год. Компания работает в сотрудничестве с американскими и английскими фирмами, приобретая у них лицензии на новые технологии и новые виды оборудования. Фирма обладает относительно небольшим фондом высокодебитных скважин, который позволяет получать фонтанным способом нефть высокой кондиции и при этом низкой себестоимости.

Среди других неамериканских нефтяных фирм мира второе место занимает государственная нефтяная компания Венесуэлы «Петровен». Объем добычи нефти составляет 148 млн. т в год. Нефть является основным богатством этого государства. Помощь в организации разбуривания и эксплуатации нефтяных месторождений оказывают иностранные фирмы (корпорация «Шелл»).

Третье место среди неамериканских компаний мира занимает «Национальная Иранская компания». Первоначально добыча нефти в этом регионе осуществлялась американскими и английскими фирмами. После революции 1978 года Иран национализировал нефтяную промышленность.

«Индонезийская государственная НК». Длительное время добычей нефти занимались голландские и английские колонизаторы. Лишь по окончании Второй мировой войны Индонезия стала самостоятельной и нефть заняла видное место в структуре ее доходов.

Алжирская государственная нефтяная компания «Сонтра». Продолжительное время добыча нефти была в руках французских колонизаторов, и, лишь после приобретения независимости в 1962 году нефть стала собственностью Алжирской республики.

Учитывая возрастающую роль государственных компаний в развитии мировой нефтяной промышленности, следует более подробно остановиться на отдельных тенденциях их развития.

Значительные исследования в этой области осуществлены рядом авторов, в т.ч. Н.М. Байковым. Результаты его исследований по этой проблеме опубликованы в «Нефтяном хозяйстве» №7 за 2001 г. Основные направления этого процесса он сводит, прежде всего, к констатации явлений, ставших импульсом к значительному росту капвложений. Он определяет следующие группы факторов, характерных для развития нефтяной и газовой промышленности мира:

1.Всевозрастающие трудности по открытию новых запасов для возмещения добычи нефти в регионах с падающей добычей.

2.Концентрация основных мировых запасов нефти в небольшой группе нефтяных компаний, принадлежащих отдельным государствам, которые постепенно превращаются в жизнеспособных конкурентов.

3.Распространение новых технологий в развивающиеся страны.

4.Снятие контроля над энергетическими рынками. Можно уже говорить о некоторых предсказуемых последствиях. Одним из них является то, что крупные компании в перспективе будут уступать свои позиции в осуществлении международных проектов. Это происходит из-за более жесткой конкуренции со стороны набирающих силу государственных нефтяных компаний.

Другие важные перемены в развитии нефтегазовой промышленности связаны с изменениями ее организационной структуры, обусловленными слияниями компаний. За последние три года корпорацией ВР были поглощены корпорации Aмосо и Atlantic Richfield; корпорацией Exxon – корпорация Mobil, корпорацией Total SA – компания Petrofina SA и Elf Aquitaine SA. Наибольшие слияния произошли между региональными «дочерними» компаниями Shell Oil Co и Texaco Inc. Большинство этих корпораций представляют собой исторически сложившиеся интегрированные компании.

Это отличается стремлением сократить издержки производства и повысить конкурентоспособность. При этом корпорации отказываются от деятельности в таких областях, как химия и нефтепереработка. Основными направлениями деятельности становятся разведка на нефть и газ и их добыча.

В период 1950-2000 открыто много месторождений с низкими издержками производства и большая часть из них в значительной степени уже истощена. Разведку на нефть и газ приходится вести в труднодоступных регионах с высокими издержками производства, о чем уже упоминалось выше. Новые месторождения, расположенные в регионах с дорогостоящей добычей, должны восполнить добычу нефти из месторождений с падающей добычей. Бурение скважин в этих районах осложнено и требует использования дорогостоящего оборудования.

За последние 4-5 десятилетий в США произошло постепенное, но долгосрочное на перспективу увеличение глубин бурения скважин и соответственно удорожание буровых работ.

Новые технологии, особенно внедрение трехмерной сейсморазведки и горизонтального бурения, в определенной степени снизили затраты на бурение и риск для конкретной скважины. Однако общая тенденция удорожания проектов сохраняется, что связано в основном с бурением более глубоких скважин. Кроме того, для нефтяных компаний США возрастает политический риск, что связано с их ориентацией на осуществление разведочных работ и за рубежом.

При возрастающих глубинах бурения и затратах на разведку, при осуществлении отдельных проектов более привлекательно нескольким компаниям объединяться для проведения совместных операций. При этом риски распределяются между его участниками, снижая таким образом негативные последствия от допущенных ошибок на отдельную компанию.

Это требует достоверности предусматривающих взаимную и предсказуемую сбалансированность обязательств и вознаграждений для ее участников.

< Предыдущая   Следующая >

Ставка на нефть — Журнал «Сибирская нефть» — №162 (июнь 2019)

Несмотря на рыночные перипетии, нефтяная отрасль всегда была интересна инвесторам. И хотя цены на нефть могут в любой момент внести свои коррективы в инвестиционные планы, в отрасли всегда найдутся опции, в которые имеет смысл вкладывать средства. В рамках круглого стола «Сибирская нефть» расспросила экспертов о том, насколько российская нефтяная отрасль сегодня интересна инвесторам и какие проекты они считают самыми перспективными

Интерес есть

— Насколько российская нефтяная отрасль сегодня интересна инвесторам, в том числе иностранным?

Виктор Мартынов: Нефтяная отрасль всегда была интересна инвесторам, так как является одной из самых высокоприбыльных и стабильных. Вопрос только лишь в цене на нефть. Сейчас цена достаточно высока, что сказывается и на интересе инвесторов. Еще один важный фактор — геологические и инфраструктурные условия разработки. Поэтому интерес всегда будет больше к странам бассейна Персидского залива, где наиболее сладкие куски пирога, и меньше к регионам, где себестоимость добычи велика, например к Арктике. Основные же проекты в России занимают среднюю нишу.

Николай Иванов: Нефтяная отрасль всегда интересна инвесторам, в том числе иностранным. Россия здесь не исключение. Вопрос заключается в другом: заинтересованы ли российские компании в иностранных инвестициях в традиционные проекты? Трудноизвлекаемые запасы — это другое дело, но они требуют современных технологий, а в условиях санкций доступ таких проектов к технологиям ограничен.

Владимир Голиневич: В целом нефтяная отрасль России всегда была и будет интересна иностранным инвесторам, так как Россия — ведущий игрок мирового рынка энергоресурсов и объем денежных средств, аккумулируемый и распределяемый нефтянкой, оставляет позади любые классические отрасли. По объему добычи Россия стабильно входит в тройку ведущих стран наряду с Соединенными Штатами и Саудовской Аравией, и у иностранных инвесторов есть желание поучаствовать в распределении нефтяных доходов. Присутствие иностранных инвесторов мы видим в капитале всех крупных российских нефтяных компаний, в том числе «Роснефти», «Татнефти», «Лукойла».

Касательно интереса иностранного капитала к российским нефтяным активам, мы с уверенностью можем говорить об интересе как прямых (стратегических) инвесторов, так и портфельных — крупнейших индексных фондов, инвестирующих капитал сообразно внутренним рассчитанным индексам российского рынка, львиную долю которого как раз и составляют акции нефтяных компаний.

Георгий Ващенко: Как правило, иностранные игроки работают в России совместно с крупными партнерами, не пытаясь осваивать рынок самостоятельно. Фактически российские игроки ищут инвестора для крупного проекта, иностранные — подходящий проект. Инвестиции привлекательны тем, что позволяют получить прибыль от продажи углеводородов даже при обесценивании рубля. Себестоимость добычи нефти в России может быть конкурентоспособна на мировом рынке, а для проектов СПГ она заметно выигрывает у мировых конкурентов.

Эрджан Энгин: Российский рынок нефти вызывает большой интерес и пользуется немалым спросом у иностранных инвесторов. Страна имеет огромные запасы нефти. Слишком много нефти еще только предстоит добыть из пока не освоенных месторождений. Это и интересно иностранным инвесторам. Россия — это большой рынок с большим количеством новых возможностей.

Самые вкусные проекты

— Какие опции должна предлагать нефтяная компания, чтобы заинтересовать рынок?

Виктор Мартынов: В таких проектах должна быть создана разведочная часть инфраструктуры, проведены обязательные первичные работы на месторождениях, должны иметься утвержденные запасы сырья, близко расположенные центры снабжения. То есть это проекты, в которые нет необходимости инвестировать с нуля.

Николай Иванов: Инвесторам в первую очередь интересны экспортные проекты. Поэтому главным направлением привлечения иностранных инвесторов в условиях санкций выступают проекты по экспорту СПГ. Это направление развития рынка сейчас на подъеме. А кроме того, экспортные проекты СПГ не подпадают под режим санкций.

Владимир Голиневич: На мой взгляд, для того чтобы заинтересовать стратегических инвесторов, в первую очередь сама нефтяная компания должна обладать инвестиционной репутацией — быть лояльной к иностранным инвесторам, уважать частную собственность (исключать недобросовестные практики по перехвату и удержанию контроля на предприятии), вести прозрачную политику в части финансирования развития своих проектов. Также были бы интересны инициативы соинвестирования, организованные целевыми российскими фондами, например Российским фондом прямых инвестиций и Фондом развития промышленности Минпромторга.

Что же касается портфельных инвесторов, то желание размещать денежные средства через покупку миноритарных пакетов акций нефтяных компаний возникает при соблюдении нескольких факторов. В частности, это прозрачность ведения бизнеса и понятная дивидендная политика для получения возврата на инвестиции.

Виктор
Мартынов

ректор РГУ нефти и газа им. И. М. Губкина, профессор, член-корреспондент РАО

Николай
Иванов

к. э. н., заведующий сектором «Энергетические рынки» Института энергетики и финансов

Владимир
Голиневич

независимый инвестиционный эксперт «БКС Брокер»

Георгий
Ващенко

начальник управления операций на российском фондовом рынке ИК «Фридом Финанс»

Эрджан
Энгин

владелец и президент группы компаний Enpetrol (Турция)

Георгий Ващенко: Иностранным инвесторам интересны понятные механизмы гарантий возврата инвестиций. Можно работать через СРП — особый вид договора об учреждении совместного предприятия. Договор о разделе природных ресурсов, заключенный между зарубежной добывающей компанией и государственной стороной, уполномочивающей подрядчика проводить работы в соответствии с условиями соглашения. или без такового, когда инвестор просто входит в капитал российской компании. Каждый проект рассматривается отдельно, типовых решений нет. При инвестициях в капитал нет строгих гарантий возврата инвестиций. Но акции, как правило, можно продать на рынке или партнерам. У СРП такой возможности нет, но зато есть операционный денежный поток, а также режим налоговых льгот и решение споров по иностранному праву. Но СРП регулируются на государственном уровне (может просто не быть возможности заключить соглашение), и тогда останется только механизм портфельных инвестиций (это распространенный сейчас способ инвестиций в нефтегазовой сфере).

Нет дела без риска

— Какие препятствия и риски видят инвесторы на российском рынке, насколько они критичны и преодолимы?

Николай Иванов: Главное препятствие — распространение санкций на проекты добычи трудноизвлекаемых и арктических шельфовых запасов. Компании не хотят рисковать. Возможно привлечение поставщиков оборудования, например, из Китая, но в целом ситуация не выглядит обнадеживающей.

Владимир Голиневич: Если мы будем говорить о рисках, которые видят инвесторы при инвестициях в нефтяную отрасль, то риски эти давно известны как самим инвесторам, так и менеджменту компаний и обусловлены в первую очередь спецификой ведения бизнеса в России. Так, например, инвесторов отпугивают непрозрачные цепочки владения нефтяными активами. Сильны риски, связанные с накалом санкционной риторики США в отношении России и крупнейшего бизнеса. Инвестиционное сообщество опасается попасть под санкции за сотрудничество с российскими компаниями, как это происходило в Иране и Венесуэле. Отдельные вопросы вызывает эффективность бизнеса, которая в России зачастую хромает.

Георгий Ващенко: Среди значимых рисков — санкционный. Его реализация затруднит осуществление проекта. Отчасти санкционные риски нейтрализуются за счет импортозамещения оборудования и технологий — порядка 70% оборудования сегодня можно купить у российских поставщиков. Однако в сегменте высокотехнологичной продукции этот процент меньше.

Также есть риск изменения налоговых режимов для месторождений, хотя после налогового маневра пока серьезных преобразований не предвидится.

Эрджан Энгин: Каждое препятствие — это возможность оценить ситуацию с другой стороны и подобрать правильное решение для устранения проблемы. Важно учитывать все риски и находить альтернативные решения. Одним из важнейших рисков для российского нефтяного рынка является нынешний политический кризис между Западом и Россией. С другой стороны, это может быть возможностью для других стран, других рынков, таких как Турция, Иран и Китай.

Кризис — это новые возможности

— Как кризис низких цен на нефть повлиял на проекты и инвесторов? Выправилась ли ситуация?

Виктор Мартынов: Говорить о том, что ситуация выправилась, пока рано, так как цены на нефть еще далеки от $120 за баррель. Изначально были надежды, что интенсивно пойдут проекты по освоению Арктики, подводная добыча, но сейчас многие из них отложены. Самый яркий пример — Штокмановский проект. Он был рассчитан на экспорт газа в США, но со временем США увеличили собственную добычу газа и сейчас пытаются наладить экспорт. Себестоимость добычи на Штокмановском месторождении была рассчитана на цифры выше $100 за баррель. Поэтому этот проект был отложен.

Николай Иванов: Ситуация с ценами не является препятствием для инвесторов — цены всегда колеблются. Сейчас ситуация усугубляется тем, что на мировом рынке появился новый балансирующий поставщик — США. Американская сланцевая нефть способна восполнять дефицит легкой нефти на мировом рынке при достаточно низких ценах. По оценкам Rystad Energy — при цене выше $50 за баррель Brent. При повышении мировых цен поставки американской нефти будут увеличиваться. Не стоит верить тем, кто предрекает скорое завершение американской сланцевой революции, — они уже много раз ошибались. Предпосылок для снижения американской добычи нет. Для России это означает, что необходимо повышать эффективность применяемых технологий, снижать себестоимость добычи, сокращать непроизводственные издержки.

Правильным способом реагирования на волатильность цен будет поиск возможностей привлечения иностранных инвесторов в проекты внедрения современных технологий добычи, включая цифровизацию процессов.

Владимир Голиневич: Естественно, что кризис низких цен ударил в первую очередь по добыче сланцевой нефти как обладающей наиболее высокой себестоимостью, а также нанесен удар по разработкам на шельфе. Но рынок находится в постоянном гомеостазе — динамическом равновесии, и низкие цены неизбежно привели к сокращению предложения, а затем выравниванию рынка. По сути, был сброшен излишний перегрев цен, который позволил американским сланцевикам начать массовый ввод в эксплуатацию новых мощностей с более высокой себестоимостью добычи, и рынок очистился от этого дорогого производства.

Урок был вынесен сообществом ОПЕК, в которое входит и Россия, в том числе рыночная конъюнктура стала более манипулируема словесными интервенциями стран — членов ОПЕК. Члены ОПЕК стараются не допустить излишних перекосов цен на нефть как в одну, так и в другую сторону, что позволяет предсказуемо управлять бюджетами стран и нефтяных компаний, не прибегая к дорогому хеджированию цен поставки.

Эрджан Энгин: Низкие цены на нефть сильно ударили по нефтяной промышленности во всем мире. Однако это стало хорошим уроком инвесторам. Многие из них пересмотрели свои стратегии в пользу диверсификации вложений в энергетику: сегодня инвесторы интересуются не только традиционными источниками энергии, но и возобновляемыми. В этом смысле кризис цен пошел на пользу альтернативной энергетике.

Первый ESG Рэнкинг нефтегазовых компаний России

ESG для нефтегаза – почему это стало важно

Аббревиатура ESG (Environmental, Social and Governance – Экология, Социальная сфера и Качество управления) в 2020 году окончательно перестала быть «терра инкогнито» для крупного бизнеса России. Еще летом 2020 года, когда нефтяной рынок только восстанавливался после весеннего провала, глава Еврокомиссии отметила, что «восстановление ЕС будет «зеленым». Этим заявлением была поставлена точка в дискуссии относительно важности экологической политики для нефтегазовых компаний, для которых ЕС – основной рынок сбыта продукции. Европейский потребитель будет постепенно отказываться от углеводородов. За ним скорее всего последует и Китай, который принял свой план по климатической нейтральности, и США, которые после ухода Дональда Трампа, вернутся в мировую климатическую повестку. Для российских нефтегазовых компаний это означает постепенное сокращение спроса на их продукцию. А из тех, кто останется на этом рынке, преимущество получат компании, которые сокращают выбросы CO2, вредных веществ и в целом заботятся об экологии.

Наряду с правительствами стран-импортеров, стимулы для перехода к экологичному производству создают финансовые инвесторы, которые держат бумаги российских нефтегазовых компаний. Один из недавних примеров – Пенсионный фонд штата Нью-Йорк, третий по величине пенсионный фонд США, с активами на $226 млрд, объявил в декабре 2020 года, что предъявит экологические требования нефтяным и газовым компаниям. Если в ближайшие четыре года они не будут выполнены, фонд избавится от их ценных бумаг. В его портфеле, по данным на 31 марта (конец 2020 финансового года), находились расписки «Новатэка», «Роснефти», «Сургутнефтегаза» и «Татнефти». Фонд будет оценивать компании с точки зрения «их будущей способности обеспечивать инвестиционные доходы в свете глобального консенсуса по вопросу изменения климата; те, что не будут соответствовать минимальным стандартам, могут быть исключены из портфеля».

Также в декабре 2020 года 30 крупнейших управляющих компаний мира с активами стоимостью в $9 трлн выступили с инициативой Net Zero Asset Managers. В рамках этого соглашения они обязались к 2050 году сделать свои портфели полностью нейтральными с точки зрения парниковых газов, что также означает частичный «выход» из нефтегазового сектора.

Все эти события являются продолжением глобального тренда на ответственные и зеленые инвестиции. Например, Норвежский суверенный фонд заявил об отказе от инвестиций в традиционную энергетику; Европейский Банк Развития (EIB) прекратил все вложения в нефтяную, газовую и угольную отрасли, а также запланировал выход из текущих инвестиционных проектов в этих отраслях; а крупнейший управляющий активами в мире – Black Rock – решил прекратить инвестиции в компании и проекты традиционной энергетики.

ESG Рэнкинг – история создания

Наблюдая эти тенденции на финансовых рынках, особенно в ЕС, независимое европейское Рейтинговое Агентство RAEX-Europe еще в 2018 году составило ESG-рэнкинг крупнейших российских компаний, в том числе нефтегазовых. В 2020 году произошло существенное увеличение числа российских компаний, которые стали публиковать свою нефинансовую отчетность по стандартам GRI (Global Reporting Initiative), а также раскрывать свои данные по экологическим и социальным индикаторам в стандартизированной и сопоставимой форме. Это позволило нам расширить число индикаторов до более чем 200 , а также начать рассчитывать среднеотраслевые значения ключевых ESG индикаторов.

Многие компании критиковали наш первый рэнкинг за то, что он многоотраслевой и в него одновременно входили такие компании как «Лукойл» и «Росатом» с принципиально разными технологическими процессами и, следовательно, разными показателями, например, водо- и энергопотребления. Данную проблему мы решили с помощью введения плавающих коэффициентов риска для всех блоков оценки. Например, по таким секциям как «использование водных ресурсов» или «производство отходов» коэффициент риска для нефтегазового сектора в 3 раза выше, чем для телекоммуникационной сферы или банков.

Экологические катастрофы 2019-2020 годов, в том числе авария на объекте «Норникеля», показали, что даже компании с безупречной отчетностью, заверенной по международным стандартам, могут скрывать реальное положение дел. Для того, чтобы оперативно реагировать на такие события для каждого блока нашей методики мы ввели возможность штрафа за спорные ситуации и аварии (controversies).

Наконец, изменилась сама процедура составления рэнкинга. Во-первых, компаниям предоставляется возможность прокомментировать предварительные результаты оценки и предоставить дополнительные источники информации. Во-вторых, с 2020 года рэнкинг привязан к базе отчетов и обновляется на ежемесячной основе.

Представленный в данной статье Рэнкинг нефтегазовых компаний представляет собой анализ 13 крупнейших компаний этого сектора России по объему реализации продукции за 2019 год (см Врезку 2) и с учетом политик, процедур и спорных ситуаций на конец 2020 года. В следующем году в Рэнкинг войдет еще больше компаний нефтегазового сектора России, а также компании из стран СНГ. Кроме того, будут учтены данные за 2020 год.

Чемпионы и аутсайдеры

Со значительным отрывом по набранным баллам, лидером Рэнкинга 2020 стала компания «Лукойл», которая заняла также первые места по экологической составляющей, качеству корпоративного управления и 2-е место по социальным рискам (см. таблицу №1). Лидирующие позиции компании обеспечили детальные политики и отчетность практически по всем составляющим ESG. Вопросы устойчивого развития интегрированы в Стратегию и все сферы корпоративного управления. Например, при Совете директоров компании функционируют три комитета, функции каждого из которых затрагивают разные аспекты устойчивого развития, а в 2020 году был определен ответственный за климат член Совета. Подобные инициативы в основном связаны с тем, что акции и обязательства компании торгуются на международных рынках, а среди инвесторов и партнеров компании много иностранных структур.

Занимающая 2-е место компания Сахалин Энерджи – оператор проекта «Сахалин-2» – также реализует свои политики и процедуры, отвечая на запрос своих иностранных акционеров – концерна «Шелл»; групп «Мицуи» и «Мицубиси». Особенностью компании является фокусировка на вопросах управления природными ресурсами, в том числе биоразнообразием, так как проект располагается в экологически уязвимой зоне шельфа полуострова Сахалин, также компания лидирует в вопросах взаимодействия с местными сообществами.

Газпром, который располагается на третьем месте, лидирует в работе с цепочкой поставщиков. Также компания – один из лидеров климатической повестки. При этом характерно, что государственный концерн занимает только 6-е место по качеству корпоративного управления.

В целом первый Рэнкинг фиксирует относительно равномерное распределение крупнейших нефтегазовых компаний по рейтинговым классам . По три компании попали в классы А и ВВВ[1], две – в класс ВВ, пять компаний располагаются в классах B и ниже (средние и низкие оценки). По предварительным данным, по мере расширения выборки и включения в нее небольших компаний группа с низкими оценками будет расширяться.

Если говорить о среднеотраслевых оценках, то корпоративное управление является сильной стороной сектора – здесь средний по выборке балл составляет 63 из 100, в то время как социальная и экологическая составляющая были оценены только в 42 и 38 балла соответственно. При этом в вопросах окружающей среды ключевой недостаток – это климатическая повестка (27 баллов из 100), в том числе вопросы адаптации к изменениям климата и развития возобновляемой энергетики. Четыре компании в выборке вообще не имеют политик и отчетности по этому направлению.

В части анализа конкретных индикаторов мы отмечаем явный недостаток отчетности о загрязнении водных объектов, разливах нефти при транспортировке и слабую отчетность о воздействии на биоразнообразие. По выбросам загрязняющих веществ в атмосферу у всех компаний традиционно достаточно полная отчетность и позитивная динамика, а вот средний по выборке процент утилизации попутных нефтяных газов несколько снизился по итогам 2019 года. Долгосрочная динамика удельных выбросов парниковых газов по Scope 1 по отчитывающимся компаниям – позитивная, но по отдельным компаниям выбросы резко росли в отдельные годы . В части социальных индикаторов заметно увеличение текучести персонала в 2018-2019 годах после нескольких лет снижения и планомерное снижение числа случаев травматизма на 1 тыс. сотрудников, в то время как доля женщин в штате компаний в среднем остаётся стабильной на уровне 33%.

В ближайший год мы ожидаем существенного роста полноты нефинансовой отчетности нефтегазовых компаний, особенно по климатическим рискам; постепенного снижения показателей негативного воздействия на окружающую среду, а также в целом увеличения числа компаний, которые готовят нефинансовую отчетность. К этому их будут подталкивать инициативы европейских партнеров – прежде всего введение трансграничного углеродного налога, а также ряд инициатив российских властей по публичному раскрытию ESG индикаторов.



[1] По аналогии с кредитными рейтингами все компании в зависимости от полученного балла попадают в один из рейтинговых классов – от AAA (максимальный) до С (минимальный).

Нефтяная промышленность ОАЭ | AMADLAW

Специалисты оценивают разведанные запасы нефти ОАЭ в 98 млрд. баррелей, то есть примерно 1/10 мировых запасов.

Лидирующее положение в отрасли занимает Национальная Нефтяная Компания Абу Даби (ADNOC), образованная в 1971 году. В последнее время особое внимание уделяется разведке новых месторождений, разработке вновь найденных, нефтегазовому маркетингу. На второй план постепенно отходят нефтепереработка, распределение и маркетинг нефтепродуктов и сжиженного газа. ADNOC владеет двумя действующими в городах Умм аль Нар и Рувейс нефтеперерабатывающими заводами, газоперерабатывающим заводом в городе Хабшан, сетью газораспределительных станций на газопроводах, заводом по производству хлора в Умм аль Нар.

Группа компаний ADNOC работает во всех секторах газовой и нефтяной индустрии, включая добывающую (бурение на суше и в море), техническое обеспечение работ в Заливе, транспортировку танкерами, распределение нефти и нефтепродуктов, производство удобрений.

Группа компаний ADNOC состоит из трёх головных компаний, занятых в основном нефтью (Abu Dhabi Company for Onshore Oil Operations — ADCO, Abu Dhabi Marine Operating Company — ADMA-OPCO, Zakum Development Company — ZADCO), пяти сервисных компаний, специализирующихся на оказании услуг для газовой и нефтяной индустрии, трёх совместных предприятий для полного использования полученного газа, двух судоходных компаний для транспортировки сырой нефти и продуктов переработки и компании по распределению готовой продукции.

Abu Dhabi Company for Onshore Oil Operations (ADCO) — крупнейшая в северной части Персидского Залива нефтедобывающая компания. В сфере её деятельности — поиск, бурение, добыча и экспортные операции в эмирате Абу Даби и на мелководье.

Abu Dhabi Marine Operating Company (ADMA-OPCO) занимается разведкой, разработкой и добычей нефти и газа на шельфе эмирата Абу Даби и на месторождениях Умм Шайф и Закум. Весь объём добываемых нефти и газа транспортируется на остров Дас, где находится газо- и нефтехранилище компании, для дальнейшей переработки, складирования и экспорта: на острове оборудован современный терминал.

Zakum Development Company (ZADCO)  основана в 1977 году. Занимается разработкой крупнейшего в мире месторождения Верхний Закум, месторождений в Умм аль-Дальх и Сатах. Добыча осуществляется совместно с ADNOC и Japan Oil Development Company (JODCO).

6 июня 1966 года в эмирате Дубай было открыто первое крупное месторождение нефти в местечке Фатех, а уже через два с половиной месяца начались экспортные поставки. Добычей нефти в зоне Фатех, Рашид и Фалех занимается Dubai Petroleum Company (DPC) . Объём добычи — 170.000 баррелей в день (б/д).

С 1982 года сфера деятельности АРСО International Oil & Gas Company (ARCO) — газ и газовый конденсат месторождения Магхам. Дневная производительность — около 6000 баррелей конденсата.

В Шардже добычей нефти и газа занимается BP Amoco Sharjah Oil Company . Дневная производительность — 40.000-45.000 баррелей нефти и 700 кубических футов газа. Основные месторождения — Саджа, Мовейеид, Кафаиф и шельф Мубарак.

 

Нефтеперерабатывающие заводы

Первый нефтеперерабатывающий завод мощностью 15.000 б/д был открыт в 1976 году на острове Умм аль Нар в эмирате Абу-Даби. Завод обеспечивал потребности местного рынка. В 1983 году завод производил 75.000 б/д лигроина, бензина, керосина, дизельного топлива и мазута. В 1981 году крупный перерабатывающий завод производительностью 120.000 б/д был открыт в городе Руваис, эмират Абу-Даби. К 1995 дневная производительность выросла на 10%. Выпускаются те же нефтепродукты, что и на заводе в Умм аль Нар и дополнительно — дизельное топливо для судов и серу. Производится сжиженный газ для дальнейшей переработки компанией GASCO .

Заводы в Умм аль Нар и Руваис перерабатывают десятую часть нефти, добываемой в Абу-Даби, и являются самыми рентабельными предприятиями: им нет равных в мире по такому показателю, как срок окупаемости вложенных капиталов. В 1999 году принадлежащая правительству эмирата Дубай компания ENOC открыла в Джебель Али газоконденсатный завод с суточной производительностью 120.000 баррелей бензина, лигроина, авиационного и дизельного топлива.
Компания SOR Ltd в сотрудничестве с Fal Group продолжают строительство в порту Хамрия нефтеперерабатывающего завода с проектной мощностью 60.000 б/д.

В 1996 году в Фуджейре был открыт нефтеперерабатывающий завод, принадлежащий греческой компании Metro Oil Corporation, производительностью 35.000 б/д. Через некоторое время он был закрыт из-за возникших финансовых трудностей, но уже в 2000 году при поддержке правительства эмирата возобновил свою работу как Fujairah Rafinery Company, увеличив производительность до 60. 000 б/д. Завод производит керосин, бензин, авиационное топливо, моторные масла. Акционерами компании являются Ван Оммерен, ENOC и правительство эмирата Фуджейра.

Напомним, что порт Фуджейра занимает третье место в мире (после Роттердама и Сингапура) по объёму экспорта нефтепродуктов. Только моторных масел отсюда вывозится от 600.000 до 800.000 тонн ежемесячно.

Таким образом, ОАЭ практически полностью обеспечивает свои потребности в продуктах нефтепереработки. В настоящее время страны Совета по сотрудничеству в Персидском заливе (GCC) перерабатывают около 15% добываемой ими нефти. К 2007 году этот показатель планируется увеличить до 21% (EIB Journal, September 1997).

 

Производство сжиженного газа

В недавнем прошлом при добыче нефти попутные газы просто сжигались, но после скачка цен на нефть в 1973 году резко возрос интерес к газу. В 1974 году ОАЭ добывалось около 500 млн. куб.футов газа, 1,5% из которых использовалось нефтяными компаниями, 1,5% расходовалось в Абу-Даби на производство электроэнергии и опреснение морской воды, а 93% попросту сжигались. К 1980 г. более половины добываемого газа экспортировалось или использовалось на месте, а уже в 1983 году показатель рационального расходования попутного нефтяного газа в эмирате Абу-Даби достиг 92%!

Специалисты оценивают мировые запасы газа в 150 триллионов кубических метров. 4% от этой величины (6 трлн.куб.м) находятся на территории ОАЭ: 92% — в эмирате Абу-Даби, 5% — в Шардже и 2% — в Дубай. В настоящее время около 55% добываемого газа находит применение в стране, а остальной — экспортируется в сжиженном виде. Компания ADNOC осуществляет ряд внушительных газовых проектов совместно с Abu-Dhabi Gas Liquefaction Co (ADGAS) и Abu-Dhabi Gas Industries (GASCO) .

ADGAS с 1973 года реализует проект по сжижению газа. В 1977 году начал работу завод на острове Дас, ежегодно производящий 2,3 млн.тонн сжиженного природного газа и 1,4 млн.тонн сжиженного попутного нефтяного газа.

GASCO — одна из крупнейших в мире газоперерабатывающих компаний. Образована в 1981 году и с тех пор занимается переработкой природного и попутного нефтяного газа. С месторождений в Руваис и Абу-Даби поставляет газ для электростанций и для нужд нефтехимической промышленности. Однако большая часть газа всё же экспортируется.

Dubai Gas Company (DUGAS) создана в 1980 году в СЭЗ Джебель Али. Занимается переработкой попутного нефтяного газа, бутана и пропана в основном для экспорта, сбором газового конденсата; метан и этан предназначены для выработки электроэнергии и опреснения воды, выплавки алюминия.

Компания SHALCO образована в 1986 году в Шардже для добычи, сжижения и экспорта газа. Часть газа используется для выработки электроэнергии и опреснения воды в городе. Кроме того, ежедневно около 95 млн.куб.футов газа направляется в г.Дубай, в DUGAS.

В 1980 году в Руваис построен завод по производству минеральных удобрений (FERTIL ), являющийся совместной компанией ADNOC и Total.

Важное место в планах развития нефтяной отрасли ОАЭ занимает проект Dolphin Project, предусматривающий дальнейшее углубление связей с газовой инфраструктурой Катара и Омана, а в недалёком будущем — Пакистана. Заявление об основных пунктах проекта был подписан в марте 1999 года между Qatar General Petroleum Corporation и UAE Offsets Group (UOG). Это позволит экспортировать газ из богатого месторождения North Dome в Катаре. Стоимость проекта оценивается в 8 — 10 млрд. долларов. Срок его реализации — шесть-семь лет. На первом этапе, к концу 2002 года, проложенный по дну моря газопровод будет перекачивать 1200 млн. куб. футов природного газа. В дальнейшем планируется довести этот показатель до 3000 млн.куб.футов. Проект Dolphin — первая программа подобного размаха: в стоимостном выражении это — 10% мировых поставок газа.

Газопровод Абу-Даби — Дубай находится в стадии завершения строительства. После ввода в строй Дубай будет получать 800 миллионов кубических футов газа с месторождения Аль Бахуш (Абу-Даби) — через опреснительную станцию и электростанцию в Джебель Али. Со временем эта ветка будет подключена к проекту Dolphin.

В то время как западные нефтяные гиганты сокращают добычу, государственные компании активизируются

В прошлом месяце Кувейт объявил, что планирует инвестировать более 6 миллиардов долларов в разведку в течение следующих пяти лет, чтобы увеличить добычу до четырех миллионов баррелей в день с 2,4 миллиона в настоящее время. .

В этом месяце Объединенные Арабские Эмираты, крупный член ОПЕК, добывающий четыре миллиона баррелей нефти в день, стали первым государством Персидского залива, взявшим на себя обязательство достичь нулевых выбросов углерода к 2050 году. Но только в прошлом году ADNOC, США .Национальная нефтяная компания AE объявила, что инвестирует 122 миллиарда долларов в новые нефтегазовые проекты.

Ирак, второй по величине производитель ОПЕК после Саудовской Аравии, в последние годы инвестировал значительные средства в увеличение добычи нефти, стремясь увеличить добычу до восьми миллионов баррелей в день к 2027 году с пяти миллионов в настоящее время. Страна страдает от политических беспорядков, нехватки электроэнергии и неадекватных портов, но правительство заключило несколько крупных сделок с иностранными нефтяными компаниями, чтобы помочь государственной энергетической компании разрабатывать новые месторождения и улучшать добычу на старых.

Даже в Ливии, где враждующие группировки годами мешают нефтяной промышленности, добыча растет. В последние месяцы он производил 1,3 миллиона баррелей в день, что является девятилетним максимумом. Правительство стремится увеличить это количество до 2,5 миллионов в течение шести лет.

Национальные нефтяные компании в Бразилии, Колумбии и Аргентине также работают над увеличением добычи нефти и газа, чтобы повысить доходы своих правительств до того, как спрос на нефть упадет, поскольку более богатые страны сокращают использование ископаемого топлива.

После многих лет разочаровывающих разочарований добыча на нефтегазовом месторождении Вака Муэрта, или Мертвая корова, в Аргентине в этом году подскочила. По данным Rystad Energy, исследовательской и консалтинговой фирмы, месторождение никогда не поставляло более 120 000 баррелей нефти в день, но теперь ожидается, что к концу года будет добываться 200 000 баррелей в день. Правительство, которое считается лидером в области климата в Латинской Америке, предложило закон, который будет стимулировать еще большее производство.

«Аргентина обеспокоена изменением климата, но они не считают это в первую очередь своей обязанностью», — сказала Лиза Висциди, эксперт по энергетике Межамериканского диалога, вашингтонской исследовательской организации. Описывая точку зрения Аргентины, она добавила: «Остальной мир во всем мире должен сократить добычу нефти, но это не означает, что нам нужно изменить свое поведение».

5 самых многообещающих иностранных нефтяных компаний

Поскольку энергетические компании США переживают очередной жаркий год, акции иностранных нефтяных компаний становятся все более привлекательными для местных инвесторов.

Один из их главных плюсов: многие неамериканские энергетические компании, как правило, больше подвержены влиянию быстрорастущих регионов перспективного бурения, таких как Ближний Восток, Азиатско-Тихоокеанский регион и Африка, чем их американские собратья, не говоря уже о том, что некоторые из них щедро выплачивают дивиденды. плательщики тоже.

Одними из лучших покупателей в этом секторе являются нефтяные гиганты с рыночной капитализацией, близкой или превышающей 100 миллиардов долларов, потому что они извлекают выгоду из глубоких карманов, необходимых для исследования слаборазработанных бассейнов, а также из-за превосходной географической диверсификации.

Многие из этих акций находятся в пределах досягаемости среднего американского инвестора, поскольку они также котируются на американских биржах, а остальными можно торговать с использованием американских депозитарных расписок (АДР).

Вот наши Топ-5 иностранных нефтяных акций, смешивая очевидное с потенциально выгодными покупками, о которых вы, возможно, и не думали: 

#1 BP Plc (NYSE:BP, LON:BP)

Рыночная капитализация: $132.75B

Коэффициент P/E: 27,85

Доходность акций с начала года: 0,6%

Дивидендная доходность: 6,29%

BP Plc — британская многонациональная нефтегазовая компания со штаб-квартирой в Лондоне, Великобритания. Акции BP котируются как на Нью-Йоркской фондовой бирже, так и на Лондонской фондовой бирже.

Как и многие крупные нефтяные компании, BP переживает трудные времена из-за низких цен на энергоносители. В течение последнего квартала (Q3) компания сообщила о выручке в размере 69,29 млрд долларов, что, хотя и на 2,42 млрд долларов лучше консенсус-прогноза Уолл-стрит, все же составляет 14. 2-процентное падение в годовом исчислении.

Базовая прибыль компании по затратам на замещение (показатель чистой прибыли) снизилась на 41 процент до 2,3 миллиарда долларов, при этом компания сослалась на низкие цены на нефть, снижение доходов от добычи и влияние погодных условий.

Акции оказались под давлением с тех пор, как правительство Великобритании приказало полностью заморозить все операции по гидроразрыву пласта из соображений общественной безопасности после серии землетрясений в стране.

Более того, дочерняя компания компании, BP Midstream Partners (NYSE:BPMP), планирует значительно расширить свой нефтепровод Mars для размещения новых морских объемов.Трубопровод Mars может похвастаться пропускной способностью 400 тыс. баррелей в сутки.

#2 Total S.A. (NYSE:TOT, EPA:FP)

Рыночная капитализация: $141,65 млрд

Коэффициент P/E: 15,18

Доходность акций с начала года: 6%

Дивидендная доходность: 5,35%

Total S. A., одна из семи крупнейших нефтяных компаний мира, является многонациональной интегрированной нефтегазовой компанией, базирующейся во Франции. Как и ее британский коллега, Total S.A. котируется на двух биржах: Нью-Йоркской фондовой бирже и Парижской фондовой бирже.

Что касается прибыли за третий квартал, Total сообщила о выручке в размере 48,6 млрд долларов, что хорошо для роста на -11,2% в годовом исчислении и на 860 млн долларов выше консенсуса аналитиков, в то время как прибыль на акцию по GAAP в размере 1,04 доллара превзошла на 0,03 доллара.

Несмотря на разочаровывающие доходы, TOT сообщила, что производство в третьем квартале выросло на 8,4% в годовом исчислении до 3,04 млн бнэ/день, при этом компания намерена увеличить производство на 9% за весь год.

Рост производства был обеспечен запуском и выходом на проектную мощность новых проектов, таких как Ichthys в Австралии, Ямал СПГ в России, Culzean в Великобритании, Egina в Нигерии и Kaombo в Анголе.Однако компания объявила, что ее проект по добыче 230 тыс. баррелей в сутки в Уганде столкнулся с задержками из-за проблем с властями Уганды.

# 3 Petroleo Brasileiro SA (NYSE: PBR, BVMF: Petr4)

Крышка на рынке: $ 98.51B

P / E Соотношение: 12.47

YTD Доля дохода: 11,6%

Доходность дивиденды: 1,75%

Petroleo Brasileiro SA (Petrobras) — полугосударственная бразильская многонациональная нефтяная компания со штаб-квартирой в Рио-де-Жанейро и самая ценная компания Бразилии.Компания имеет двойной листинг на NYSE и Бразильской фондовой бирже (Bovespa). Компания работает в нефтяной, газовой и энергетической отраслях, реализуя обширную программу морского бурения.

Petrobras постигла та же участь, что и ее европейские коллеги: выручка за третий квартал составила 19,42 млрд долларов, что на 13,9% меньше, чем в предыдущем году, несмотря на рост на 190 млн долларов. Прибыль на акцию по GAAP в размере 0,18 доллара сильно отстала на 0,21 доллара. Компании удалось добыть 3,04 млн баррелей нефтяного эквивалента в сутки. Аукцион прошел без оспаривания: компании предложили 23,24 процента — минимальную прибыльную нефть, разрешенную для этого блока.

Вот кое-что о Petrobras: до недавнего времени это были не очень привлекательные акции. Акции долгое время разочаровывали и отставали. Но это вот-вот изменится, потому что компания намерена удвоить объем нефти, который она перерабатывала в течение десятилетия, и она будет просто добывать эту нефть, не выполняя всю дорогостоящую работу. Это откровение привело к тому, что акции недавно подскочили.

Почему именно? Рынок не отреагировал на новый блок, который он получил с CNOOC. Это было ответом на тот факт, что значительная часть нефти из всех тех огромных нефтяных запасов, которые вот-вот будут эксплуатироваться, будет находиться в руках Petrobras. Не все уловили это, и рынок все еще балуется. Petrobras — дешевая акция, но это вполне может стать ее переломным моментом.

#4 Royal Dutch Shell Plc (NYSE:RDS. A, LON:RDSA)

Рыночная капитализация: 215 долларов.05B

Коэффициент P/E: 12,01

Доходность акций с начала года: 5,0%

Дивидендная доходность: 6,13%

Royal Dutch Shell PLC, более известная многим как просто Shell, является англо-голландской нефтегазовой компанией. в Великобритании со штаб-квартирой в Нидерландах. Shell котируется на NYSE и Лондонской фондовой бирже.

Выручка Shell в последнем квартале составила 86,59 млрд долларов (-13,5% г/г), но на 7,75 млрд долларов больше, а прибыль на акцию по GAAP в размере 0,73 доллара больше, чем на 0,19 доллара.Чистая прибыль, приходящаяся на акционеров, упала на 15 процентов, и, что неудивительно, компания возложила вину на более низкие цены на нефть и газ и маржу на химикаты.

Shell является чемпионом по обратному выкупу с огромной программой на 25 миллиардов долларов; однако в последнее время компания подверглась критике после того, как ее руководство объявило, что отложит покупку следующего транша на сумму 2,75 млрд долларов.

#5 OMV AG (OTCPK:OMVKY)

Рыночная капитализация: $17,57,65 млрд

Коэффициент P/E: 9,12

Доходность акций с начала года: 36.3%

Дивидендная доходность: 3,28%

OMV является интегрированной нефтегазовой компанией со штаб-квартирой в Вене, Австрия. Хотя рыночная капитализация компании не превышает 100 миллиардов долларов, мы включили OMV в этот список из-за ее образцовой деятельности: акции выросли почти на 150 процентов за последние пять лет и на 36,3 процента в этом году.

Еще одно отличие: OMV по-прежнему увеличивает свои доходы и прибыль, несмотря на сложную макросреду.

За третий квартал OMV сообщила о выручке в размере 5 евро.95B (+6,1% г/г) и прибыль на акцию по GAAP в размере 1,30 евро. Рост выручки компании за год на 13,35% значительно превышает средний показатель по отрасли в 3,66%. Между тем, денежный поток увеличился до 3,3 млрд евро в течение квартала, в то время как многие из его современников изо всех сил пытаются сохранить этот показатель на плаву. Компания заявляет, что ее высокая прибыль от нефтепереработки и нефтехимии помогает ей компенсировать снижение цен на нефть и газ.

Сильный баланс и денежная позиция OMV делают ее одной из энергетических компаний, которая лучше подготовлена ​​к тому, чтобы выдержать непрекращающийся шторм.

Автор: Alex Kimani для Oilprice.com очевидно одно: какими бы ни были темпы экономического развития, Китай должен удовлетворять свои быстрорастущие потребности в природной энергии и ресурсах. Нефть будет в верхней части этого списка.Хотя энергетический баланс Китая по-прежнему будет основываться на угле, а на нефть будет приходиться лишь около 20-25% его общего потребления первичной энергии, поставки этого стратегического топлива по-прежнему будут иметь решающее значение для безопасности Китая.

Помимо очевидных причин его важности, следует упомянуть два фактора. Во-первых, нефть на какое-то время станет единственным возможным первичным топливом, способным удовлетворить стремительно растущие потребности китайского транспорта и промышленности — наиболее быстро растущего сектора энергетических потребностей всех развивающихся экономик. Во-вторых, из-за финансовых, экологических и технологических ограничений более продвинутые процессы производства энергии (такие как гидроэнергетика и атомная энергетика), по-видимому, будут продолжать играть второстепенную роль в энергетическом балансе Китая.

В 1993 году Китай стал нетто-импортером нефти, и, по большинству оценок, его импорт продолжит расти в ближайшее десятилетие. Этот импорт, какими бы ни были окончательные объемы, окажет большое влияние на траектории глобальных энергетических, торговых и финансовых потоков в ближайшем будущем и будет иметь серьезные последствия для безопасности и внешней политики.

Основываясь на этом выборе, каковы могут быть последствия для внешней политики Китая и его основных региональных соседей? К каким новым внешнеполитическим тенденциям, связям и противоречиям может привести этот выбор?

Раздел 1: Основные тенденции спроса и предложения на нефть

Западные оценки будущего спроса и предложения нефти в Китае демонстрируют относительное соответствие.

Эти оценки основаны на среднем темпе экономического роста в 7 процентов и исключают экстремальные сценарии экономической политики и показателей.В ближайшее десятилетие темпы роста разрыва между спросом Китая и внутренним предложением будут продолжать увеличиваться. Зависимость Китая от импорта нефти может вырасти до 30-35% от общего ее потребления в 2005 г., достигнув почти 45% в 2010 г.

Специалисты Института государственной политики имени Джеймса Бейкера III оценили будущий спрос на нефть в Китае в соответствии с тремя возможными сценариями развития экономики. Их вывод состоит в том, что даже в самом консервативном из этих сценариев — при среднем росте ВВП всего в 2,5 раза.5% произойдет в ближайшее десятилетие — Китаю потребуется значительный импорт нефти. Неспособность выполнить эти требования «всегда прерывает процесс разработки».

Нельзя считать Китай страной-неимушкой по запасам нефти. В 1980-х годах он был умеренным экспортером нефти, но сейчас считается, что три его основные нефтедобывающие зоны — Дацин, Шэнли и Ляохэ, расположенные в северной и северо-восточной частях страны, — приближаются к истощению и могут поддерживать свои запасы. текущий уровень производства только при дополнительных надежных инвестициях.Рост внутреннего предложения нефти в первую очередь связан с разработкой месторождений в провинции Синьцзян на западе Китая и эксплуатацией морских нефтяных полигонов в Восточно-Китайском море. По большинству оценок, оба этих источника — хотя они, вероятно, увеличат производство в ближайшие годы — не смогут удовлетворить растущий спрос. В бассейнах Синьцзяна — Таримском, Джунгарском и Ту-Ха — основной проблемой считается сложное геологическое строение месторождений и необходимость сложной технологии добычи нефти.Эти факторы делают как инвестиционный риск, так и себестоимость нефти очень высокими. Вообще говоря, запасы и потенциальные мощности этих бассейнов и всех месторождений нефти на суше Китая в настоящее время оцениваются более скромно, чем в конце 1970-х годов, когда их иногда сравнивали с месторождениями Саудовской Аравии.

Возможности по добыче нефти на шельфе Восточно-Китайского моря, добыча которой намного дороже, чем любая наземная нефть, также ниже ожиданий. Морская добыча нефти составляет менее 7% от общего объема добычи в Китае.

До недавнего времени китайское правительство фактически исключало возможность такой растущей зависимости от импортируемой энергии из своих стратегических соображений и соображений безопасности. Эта ориентация основывалась на предпосылке, что из-за огромных потребностей в энергии Китай вряд ли может позволить себе не полагаться на собственные силы. Однако в отношении нефти и газа, потенциальные запасы которых не столь велики, как угля, и не смогут удовлетворить растущий спрос в самое ближайшее время, ситуация явно меняется.Развитие «нефти» заставило многих китайских экспертов признать, что усиление зависимости от импорта нефти становится «неизбежным». Столкнувшись с реальной возможностью импортировать почти половину своей потребности в нефти — почти 3 миллиона баррелей в день в 2010 году — эксперты начали настаивать на том, чтобы правительство разработало концепцию и развило «нефтяную экономику, ориентированную вовне».

В 1997 году, через четыре года после того, как Китай стал импортером нефти, Ли Пэн, сам эксперт по энергетике, явно способствовал изменению подхода правительства.В своей статье он указал, что «по мере развития экономики и повышения уровня жизни людей спрос на нефть и газ, несомненно, значительно возрастет. Стремясь разрабатывать собственные ресурсы сырой нефти и природного газа, мы должны использовать некоторые иностранные ресурсы».

За последние несколько лет некоторые индикаторы начали показывать, что нефтяная стратегия Китая движется в этом направлении.

Статистика импорта — первый и самый убедительный признак. Начиная с 1993 года импорт сырой нефти в Китай рос в среднем в 9 раз.1% годовых. Хотя импорт значительно сократился в 1998 г., предположительно в результате азиатского экономического кризиса, общий объем импорта в 1998 г. составил 27 млн ​​т (520 тыс. баррелей в день).

Это составило более 15% от общего потребления Китая в 1998 г. В последние годы (1993-1998 гг. ) основными партнерами Китая по импорту нефти были Оман, Йемен, Иран, Саудовская Аравия, Россия, Индонезия и Ангола.

На основании экономических соображений растущую зависимость Китая от мирового рынка нефти можно считать отражением текущей нецелесообразности внутреннего производства.Средняя себестоимость добычи ближневосточной нефти по-прежнему ниже 2 долларов за баррель.

Сообщается, что средняя себестоимость добычи китайской нефти на суше составляет от 9 до 23 долларов за баррель в зависимости от месторождения.

Учитывая временные низкие цены на нефть и прогнозы, что эти цены не будут резко расти в ближайшие пять лет, китайские инвестиции в проблемные отечественные нефтяные месторождения экономически нецелесообразны.

Другими показателями изменения нефтяной стратегии были серьезные перестройки в нефтяной промышленности и реформа внутренних цен на нефть, имевшая место в период с 1994 по 1996 год.Одной из целей этих преобразований было создание финансово устойчивых, сильных и гибких нефтяных компаний, способных проводить агрессивную импортную политику и осуществлять зарубежные инвестиции. В результате таких мер три ведущие китайские государственные нефтяные компании — Китайская национальная нефтяная корпорация (CNPC), Китайская национальная морская нефтяная корпорация (CNOOC) и Китайская национальная нефтехимическая корпорация (Sinopec) — были повышены до уровня министров и переданы в подчинение. Государственная торгово-экономическая комиссия. Наряду с этим продвижением компаниям было делегировано право приобретать права на эксплуатацию и аренду за границей, а также создавать дочерние компании для разведки нефти за рубежом.Правительство также постепенно увеличивало контролируемые государством цены на сырую нефть и, таким образом, обеспечивало нефтедобывающие компании значительными финансовыми ресурсами для разведки и разработки за рубежом.

Начиная с этого периода зарубежная деятельность китайских нефтяных компаний стала очень заметной. Относительно быстрыми темпами они приобрели малые и средние нефтяные месторождения в Канаде и Перу и участвовали в проектах в Индии, Индонезии, Папуа-Новой Гвинее, России и Венесуэле. В 1995 году ведущая нефтяная компания Китая — CNPC — подписала соглашение с японской корпорацией Marubeni о создании совместных предприятий в третьих странах.

В том же году CNPC создала совместное предприятие с американским партнером и купила 98 старых нефтяных скважин в Техасе. Наиболее плодотворным для китайских закупок нефти стал 1997 год. За короткий срок Китай объявил о заключении крупных сделок по разработке месторождений с Казахстаном, Венесуэлой и Ираком на общую сумму 5,6 млрд долларов. Хотя все три нефтяных месторождения считались потенциально очень богатыми и соответствовали серьезным географическим приоритетам нефтяной стратегии Китая, сделка с Казахстаном считалась наиболее важной и наиболее перспективной.

Раздел 2: Геополитика нефтяной безопасности: вызовы и выбор

Какие проблемы безопасности могут возникнуть перед Китаем после того, как он станет менее самостоятельным с точки зрения поставок нефти? Возможно, что еще более важно, какие геополитические решения сейчас рассматриваются в качестве средства устранения этих уязвимостей?

Существуют две основные тенденции, которые имеют первостепенное значение. Во-первых, это явно растущая относительная важность Ближнего Востока как основного производителя нефти в мире.В ближайшее десятилетие не будет другого существенного притока нефти на мировой рынок, сравнимого с потоками с Ближнего Востока.

Для Ближнего Востока (плюс Венесуэла) общая доля мировой добычи нефти прогнозируется на уровне 45,4 % в 2010 году.

Второй важной тенденцией является существенное увеличение потока нефти с Ближнего Востока в Азиатско-Тихоокеанский регион, основными потребителями которого являются Китай, Япония и Корея. Согласно диаграмме, почти каждый второй баррель сырой нефти, добытой на Ближнем Востоке в 2010 г., будет направлен потребителям по другую сторону Малаккского пролива.

В результате этих тенденций доля Ближнего Востока в импорте нефти Китаем, колеблющаяся примерно на уровне 50%, предположительно может возрасти до 80% или более в 2010 году. Отныне, при такой сильной зависимости от нефти Ближнего Востока, Стратегическое господство США над всем регионом, включая всю полосу морских коммуникаций от Ормузского пролива, будет восприниматься как главная уязвимость энергоснабжения Китая. Не будет преувеличением сказать, что ключевой целью нефтяной стратегии Китая будет предотвращение этой стратегической уязвимости.

Говоря об этом многогранном понятии «уязвимости», эксперты по энергетической безопасности часто указывают на одно из очень важных его измерений — способность государства аккумулировать необходимые ресурсы для оплаты импортируемой энергии.

В случае с экспортоориентированной экономикой Китая это означает, что Китай будет уверен в своей энергетической безопасности только в том случае, если будет иметь неограниченный доступ в качестве экспортера на мировой рынок. Не следует недооценивать эту взаимозависимость позиций Китая на мировых рынках энергии и мировой торговли.Даже при нынешних низких ценах на нефть расходы Китая на электроэнергию в 2010 году могут составить примерно 20 миллиардов долларов.

С этой точки зрения трения Китая с Западом по поводу выхода на мировой рынок и его неприсоединение к ВТО вполне логично могли быть восприняты его руководством как посягательство на его энергетическую безопасность.

Еще одной проблемой, с которой сталкивается Китай при выходе на мировой рынок нефти в качестве импортера, является растущая региональная конкуренция между странами Восточной Азии за сырую нефть.Ситуация на мировом рынке нефти сейчас достаточно благоприятна для потребителей. Это результат низких цен, вызванных обилием нефти из-за очевидного избытка производственных мощностей среди производителей Ближнего Востока, а также инвестиций и технологий, используемых для удовлетворения растущего спроса. В то же время остается вполне реальная возможность того, что количество нефти, поступающей на мировой рынок, постепенно будет опережать растущий спрос, особенно в странах Восточной Азии. Эта тенденция будет продолжать развиваться, учитывая явно низкие темпы, с которыми такие страны, как Китай, смогут реструктурировать свои энергетические структуры.В период, когда предложение нефти будет быстро сокращаться, существует вполне реальная и политически значимая возможность того, что Япония и Китай, как крупнейшие потребители нефти в Восточной Азии, станут конкурентами.

Это заставляет Японию серьезно задуматься об энергетическом будущем Китая. В определенной степени его собственная политическая и энергетическая безопасность тесно связана с тем, будет ли Китай удовлетворен или будет вести себя агрессивно с точки зрения энергетики. Следовательно, понимание Японии закладывает основу для общих интересов энергетических стратегий обеих стран.

Есть еще один фактор, который также может обострить конкуренцию за нефть между Китаем и другими государствами Восточной Азии. Китайские нефтеперерабатывающие заводы в основном настроены на переработку нефти с низким и средним содержанием серы. Поскольку объем этого вида нефти на мировом рынке постепенно сокращается, конкуренция Китая с Японией, Индонезией и Южной Кореей усиливается. Столкнувшись с необходимостью приспособиться к растущему объему ближневосточной нефти с высоким содержанием серы, Китаю нужны серьезные инвестиции в свой нефтеперерабатывающий сектор.Оба эти фактора оказывают дополнительное давление на энергетическую отрасль Китая.

При анализе разрабатываемой нефтяной стратегии Китая — выбора географического положения и безопасности — следует учитывать, что эта стратегия еще не разработана, не созрела и не концептуализирована. Многие другие будущие экономические и политические неопределенности затемняют энергетические приоритеты Китая.

Однако некоторые приоритеты вполне просматриваются и вполне понятны. В том числе:

Использование «особых отношений» и торговли оружием в качестве рычага для получения нефтяных концессий и преимущественно низких цен.

Географический охват контрактов на разработку нефти в Китае значительно расширился после 1995 года. Он расширился за счет включения потенциально богатых нефтяных месторождений в Ираке и Венесуэле, а также месторождений средней и малой мощности в Перу, Канаде и США

Однако, учитывая масштаб спроса Китая на нефть и соображения безопасности, решение проблемы зависимости Китая от ближневосточной нефти можно найти в двух возможных местах — России и Центральной Азии. Есть много оснований прогнозировать, что многие серьезные разработки в области энергетики Китая будут ориентированы на эти два направления.

Россия в качестве поставщика

Россия занимает третье место в мире по добыче нефти и обладает крупнейшими запасами природного газа. Учитывая сходство двух стран в их ориентированных на свободный рынок реформах и, тем более, в подходах к глобальным делам, для России кажется вполне естественным стать стабильным, если не основным, энергетическим донором Китая. Хотя с политической точки зрения части головоломки, кажется, складываются, экономический аспект гораздо менее обнадеживает.Нефтяная отрасль России в настоящее время переживает глубокую депрессию. За последние десять лет она испытала почти 50-процентный спад, что в сочетании со снижением цен на нефть послужило одной из основных причин дефолта России в 1997 г. Более того, кризис в российской нефтяной отрасли следует рассматривать как системный, а не системный. просто как симптом текущих переходных трудностей. Это связано в первую очередь с тем, что большинство нефтяных скважин в европейской части страны и Западной Сибири эксплуатируются с начала 1970-х годов и в настоящее время существенно истощены.Они требуют серьезного и дорогостоящего технологического обновления, чтобы возобновить выпуск на прежнем уровне. По западным оценкам, в середине 1990-х годов России потребуются первоначальные инвестиции в размере 25 миллиардов долларов и ежегодные вливания в размере от 6 до 7 миллиардов долларов, если она хочет восстановить прежние уровни добычи.

Другим серьезным препятствием является отсутствие у российской нефтегазовой отрасли, традиционно ориентированной на западный рынок страны, необходимой транспортной и нефтеперерабатывающей инфраструктуры в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке России.Вызванные этим узкие места приводят к дефициту электроэнергии на Дальнем Востоке России. Между тем, многие эксперты считают себестоимость новых месторождений в Сибири, а именно Западно-Саха, намного выше любого разумного уровня. С учетом всех этих соображений можно предположить, что Россия не может быть серьезным фактором в плане поставок нефти Китаю в ближайшем будущем. Кроме того, китайские инвестиции в российские нефтяные месторождения маловероятны.

Однако есть и другое не менее важное, а может быть, даже более важное соображение, которое не позволяет Китаю ориентироваться — как в финансовом, так и в стратегическом плане — на российскую энергетическую базу.Дело в том, что Китай не хочет добавлять энергетическую зависимость к своим уже существующим политическим связям и связям в сфере безопасности с Россией.

В настоящее время Россия и Китай рассматривают только одну существенную энергетическую сделку — добычу и транспортировку газа с Ковыткинского газового месторождения в Иркутской области Восточной Сибири. Проект включает планы по строительству 3000-километрового трубопровода, проходящего через Монголию до восточного побережья китайской провинции Шаньдун. В проекте газопровода предполагалось участие японских и корейских фирм в качестве инвесторов, с конечным пунктом трубопровода в Японии и Корее. Хотя в последнее время не было достигнуто существенного прогресса в области инвестиций, проект должен обеспечить почти 40 процентов общей потребности Китая в природном газе. Несмотря на эту значительную долю, этот план можно считать стратегически безопасным, учитывая относительно небольшую долю природного газа в общем потреблении энергии в Китае.

Поставки из Центральной Азии

По сравнению с Россией нефтяные ресурсы Центральной Азии кажутся Китаю более перспективными. Предполагаемые запасы нефти в Каспийском бассейне довольно значительны — возможно, до 200 миллиардов баррелей, хотя большинство отраслевых аналитиков придерживаются более консервативной оценки в 90 миллиардов баррелей.

Сделка Китая с Казахстаном, в которой CNPC превзошла российских и американских конкурентов, включая Texaco и Amoco, примечательна во многих отношениях. По условиям контракта Китай получит право на разработку двух нефтяных месторождений (Актуйбинское и Узень) в обмен на обязательство построить 3000-километровый трубопровод от месторождений до китайской провинции Синьцзян и 250-километровый трубопровод до граница Ирана (через Туркмению).

Многие эксперты размышляют об истинных намерениях китайцев участвовать в этих газопроводных проектах.Основными причинами таких спекуляций являются неопределенность в отношении реальной мощности казахстанских месторождений, а также колоссальная стоимость проекта, которая оценивается в $9 млрд.

Недавняя информация о планах Китая относительно этого проекта весьма обнадеживает. По словам Ву Яовэня, вице-президента CNPC, внутренний участок казахстанского трубопровода протяженностью 482 км — от Корлы до Шаньшаня в Синьцзяне — уже завершен. Кроме того, полным ходом идет строительство трубопровода от Шаньшаня до Лояна в провинции Хэнань и Пэнчжоу в провинции Сычуань.Представитель CNPC также сказал: «После завершения через восемь лет трубопровод, как ожидается, будет ежегодно транспортировать 25 млн тонн (480 кг баррелей в день) сырой нефти из Казахстана в Китай».

Однако о ходе строительства стратегически важной части газопровода — участка от Шаньшаня до границы с Казахстаном — пока не сообщается.

При рассмотрении в долгосрочной перспективе признаки того, что Китай придает приоритетное значение завершению этого проекта с Казахстаном, вполне очевидны.Во-первых, проектируемый трубопровод в Казахстан хорошо сочетается с долгожданной сетью трубопроводов, которая будет построена внутри Китая. Есть надежда, что эта сеть поможет решить хронические узкие места инфраструктуры в энергетической системе Китая — в первую очередь разрыв между синьцзянскими нефтегазовыми базами на западе Китая и основными потребителями в восточных и приморских провинциях страны.

Энергетики указывают и на другое, еще более надуманное соображение, касающееся участия Китая в казахстанском проекте.Ключевой геополитической трудностью с поставщиками из Центральной Азии является создание стабильной транспортной системы для доставки энергии в конечные пункты назначения на Ближнем Востоке и в Европе. Хотя в настоящее время используются разные подходы, рано или поздно Россия, Турция, Иран и другие заинтересованные стороны решат транспортную проблему. Подключившись в ближайшем будущем к транспортной системе Центральной Азии, Китай в конечном итоге получит стратегический континентальный доступ к Ближнему Востоку через будущие центральноазиатские сети.

Имея эти два основных соединения с Ближнего Востока в Центральную Азию и из Центральной Азии в Китай, Китай может занять место в центре «паназиатского глобального энергетического моста», который соединит существующих и потенциальных поставщиков с Азией (т.е. Ближний Восток, Центральная Азия и Россия) с ключевыми азиатскими потребителями (Китай, Япония и Корея).

Китай, безусловно, мог бы извлечь выгоду из такого ключевого геостратегического положения. Прежде всего, благодаря тому, что все возможные поставщики будут связаны между собой на континентальной основе, будет повышена стабильность и разнообразие поставок нефти из Китая.Во-вторых, Китай достаточно уверен, что его участие в международной трубопроводной сети будет способствовать японским и корейским инвестициям во внутренние трубопроводы Китая. Эти трубопроводы, соединяющие Синьцзян с восточными провинциями, в конечном итоге станут важным звеном в общей цепи. В-третьих, положение Китая в центре «Паназиатского глобального энергетического моста» обеспечит очень важное преимущество в процессе переработки, поскольку прибрежные районы Китая служат связующим звеном между переработкой сырой нефти Ближнего Востока и Центральной Азии, а Азиатско- Тихоокеанские рынки.

Само собой разумеется, что построение такой взаимозависимости в структуре международных потоков энергии представляется идеальным решением энергетической уязвимости Китая. Конечно, идею «энергетического моста» можно рассматривать только как долгосрочный сценарий будущего с множеством экономических и политических «если» на этом пути. С узкой точки зрения, ориентированной на энергетику, паназиатская сеть такого типа потребует огромных инвестиций в трубопроводную инфраструктуру и прибрежные нефтеперерабатывающие заводы Китая.

Раздел 3: Значение для внешней политики Китая

В общих рамках растущих потребностей Китая в энергии нефтяная стратегия по-прежнему сталкивается со многими внутренними и внешними факторами неопределенности. Внутри страны эти неопределенности связаны в первую очередь с будущими экономическими показателями Китая — реальным объемом совокупного спроса на энергоносители и нефть, достаточными технологическими возможностями, позволяющими осуществить значительные сдвиги в структуре энергетического баланса Китая, ростом потребительских тенденций, которые могут спровоцировать увеличение индивидуальное энергопотребление и изменения в экологической ситуации.Внешне на эти неопределенности влияют возможные тенденции будущего энергетического рынка, цены на нефть и газ, общий климат международных отношений, господствующие тенденции конфронтации или взаимозависимости в мире, уровень интеграции Китая в мир. экономика.

Китай как чистый потребитель энергии также действует в условиях неопределенности и турбулентности геополитического контекста. Ближний Восток остается нестабильным, с постоянным риском прерывания потоков энергии.В то же время государства Центральной Азии, в том числе главный партнер Китая Казахстан, продолжают искать свою национальную идентичность, оставляя неясным потенциальную добычу его запасов нефти и газа. Россия охвачена экономической депрессией и политическими потрясениями, что делает инвестиции в ее обширные сибирские энергетические ресурсы очень рискованными.

Учитывая все эти неопределенности, очевидно, что Китай должен отложить принятие любых долгосрочных решений по энергетической стратегии. В конечном счете, эти важные решения будут касаться уровня зависимости Китая от иностранного энергетического рынка и, следовательно, объема инвестиций в добычу нефти внутри страны, выбора долгосрочных поставщиков нефти и целесообразности центральноазиатского трубопровода.Ожидаются также важные решения, касающиеся модернизации китайских нефтеперерабатывающих мощностей и инфраструктуры транспортировки и хранения нефти. Предположительно, Китай еще не готов к существенным долгосрочным инвестициям и коммерческим обязательствам на Ближнем Востоке, в Центральной Азии или в России — трех глобальных энергетических базах, которые потенциально могли бы удовлетворить его долгосрочные потребности в энергии. Однако тем временем китайское правительство обеспечивает будущий доступ ко всем трем зонам на то время, когда инвестиции в конечном итоге станут возможными.Кроме того, в расширении текущей добычи нефти Китаем за рубежом пока нет необходимости, поскольку эти проекты по-прежнему способны удовлетворить относительно небольшой текущий совокупный спрос на нефть в Китае. Однако многие из них, например месторождения нефти в Венесуэле, носят разведочный характер и, скорее всего, будут расширены в будущем.

Что касается внешней политики, то Китай заинтересован в создании необходимого политического климата для таких вариантов будущего. Для этого используются различные дипломатические инструменты во взаимодействии Китая с его «энергетическими» партнерами.Эти инструменты включают общую политическую и дипломатическую поддержку таких стран, как Ирак и Иран, чья позиция серьезно расходится с позицией крупных держав. Китай использует свое положение и влияние в международных организациях для лоббирования интересов таких государств. Роль Пекина в Совете Безопасности ООН, а также его позиция в органах ООН, занимающихся санкциями, имели исключительное значение для прогресса в его энергетических сделках с Ираком.

Другим инструментом, используемым для создания необходимой политической атмосферы для ее «энергетических» связей, является продажа оружия.Многие государства, продающие нефть или нефтяные концессии Китаю, — Ирак, Иран, Судан, Ангола и Нигерия — являются покупателями китайского оружия. Закупка оружия этими странами рассматривается Пекином не только как построение тесных «особых» связей с государствами, но и как инструмент снижения затрат на импорт энергоресурсов.

Проявления нефтяных интересов Китая проявились в его активной поддержке акцентированных шагов Казахстана по демонстрации и укреплению своей азиатской идентичности.Компромиссно-примиренческий подход Пекина к урегулированию пограничных споров с Казахстаном также явно диктовался энергетическими приоритетами.

Другой очевидный пример подобных мотивов можно увидеть в отношениях Китая с Анголой и Суданом. Китай поддерживал оба режима в политическом и военном отношении во время их конфликтов с африканскими соседями.

Текущая ситуация с нефтью в Китае, характеризующаяся отсутствием значительных зарубежных инвестиций в добычу нефти и растущими потоками импорта с Ближнего Востока, благоприятствует текущим тенденциям на энергетическом рынке.В настоящее время относительно низкая цена на ближневосточную нефть делает нецелесообразными огромные инвестиции в разработку как внутренних, так и зарубежных нефтяных месторождений за пределами Ближнего Востока. Однако такая ситуация не продлится долго. По оценкам, поддержание стабильных поставок нефти объемом выше двух миллионов баррелей в сутки невозможно без долгосрочных торговых обязательств и доступа к добыче нефти. Китай, скорее всего, преодолеет этот барьер в два миллиона баррелей в ближайшие пять лет.

Принятие таких долгосрочных обязательств является серьезным геостратегическим соображением для Китая.Есть много признаков того, что его выбор в конечном итоге будет благоприятствовать Центральной Азии, которая, вероятно, является основным направлением китайских инвестиций в добычу и транспортировку нефти. Большая часть нефти Китая по-прежнему будет поступать с Ближнего Востока, но, учитывая ограниченные возможности китайского флота, а также относительную географическую близость и доступность центральноазиатской нефти по наземному транспорту, Центральная Азия представляется наиболее естественным выбором Китая в качестве источника энергии. поставщик. Что еще более важно, инвестируя в Центральную Азию, Китай избежит опасности попасть в энергетическую зависимость от России или США.Последнее будет иметь место, если Пекин продолжит сильно зависеть от импорта нефти с Ближнего Востока.

На самом деле вероятность любого серьезного финансового участия Китая в разведке и разработке нефти на Ближнем Востоке или в России намного ниже. Что касается Ближнего Востока, западные и ближневосточные нефтяные компании уже жестко контролируют эти нефтяные месторождения за пределами Ирана и Ирака, а именно в Саудовской Аравии, Кувейте и Объединенных Арабских Эмиратах. Выход Китая на открытую конкуренцию за разработку перспективных нефтяных месторождений в этих странах маловероятен. В случае с Россией, учитывая наиболее вероятный вариант Китая с месторождениями Западной и Северной Сахи, затраты на добычу и транспортировку останутся экономически невыгодными.

Выбрав Среднюю Азию в качестве основного региона для долгосрочных инвестиций в энергетику, Китай, безусловно, будет и впредь проявлять большой интерес к разработке нефтяных месторождений в Иране и Ираке. Эти две страны будут по-прежнему получать особое внимание со стороны Китая, потому что возможная отмена нефтяного эмбарго в отношении Ирака вернет его нефть на мировой рынок, фактически превратив этих двух энергетических партнеров в своего рода страховую меру.Эта страховка будет необходима, если фактическая добыча среднеазиатской нефти окажется не выше минимально ожидаемого уровня. Тем не менее, если бы это было так, огромные инвестиции в трубопроводные сети в Среднюю Азию не считались бы провалом. Их простое расширение на Иран континентально свяжет Китай с Ближним Востоком.

Короткий трубопровод из Казахстана в Иран, часть китайского пакета разведки нефти с Казахстаном, является очевидным компонентом общей стратегии Китая. Еще одним подтверждением китайских намерений являются усилия Китая по расширению своего участия в иранской энергетической инфраструктуре. Согласно информации, циркулирующей среди западных экспертов по энергетике, хотя китайцам по-прежнему закрыт доступ к иранским нефтяным месторождениям, китайские строительные компании в настоящее время участвуют в торгах по предлагаемому иранскому трубопроводу от Каспийского моря до Тегерана. Их шансы на получение контракта на этот так называемый «трубопровод Nekka» считаются очень высокими.

На самом деле, Китай заинтересован в получении трубопровода от Каспия до Ближнего Востока через Иран.Учитывая проблемы, с которыми Китай будет продолжать сталкиваться в отношении своего энергоснабжения, это решение в соответствии с концепцией «Паназиатского глобального энергетического моста» представляется наиболее выгодным для общих энергетических интересов страны. Это оставит Китай в наименее уязвимом положении как в отношении истощения запасов нефти, так и в отношении транспортных рисков.

С политической точки зрения, этот новый маршрут столь значительного потока энергии может оказать существенное влияние на международные отношения в Азии.Резко переместив самую важную и загруженную энергетическую артерию в мире с Малаккского пролива на линию, проходящую через материковый Китай, создание новых геополитических тенденций внутри Азии стало бы неизбежным.

Одной из возможных тенденций может быть растущее экономическое сотрудничество и сотрудничество в сфере безопасности между Китаем, Японией и Кореей. Ясно, что все три страны имеют сильную стратегическую заинтересованность в преимуществах континентального доступа к энергетическим запасам Ближнего Востока и Центральной Азии. Совместимость интересов всех трех стран в этом энергомаршруте очевидна.Это уже побудило японские компании — несмотря на их опасения по поводу транспортной зависимости от Китая — совместно с китайцами участвовать в энергетических проектах в Центральной Азии. С китайской стороны весьма заметен восторженный интерес к финансовому участию Японии и Кореи в дорогостоящих трубопроводных проектах. Необходимость такого сотрудничества оправдывает преодоление наследия прошлого и подозрений в региональной гегемонии.

Другим возможным результатом этих событий, а также уменьшением важности морских путей в Индийском и Тихом океанах может стать возможное изменение основных договоренностей о безопасности между Соединенными Штатами и Японией.Япония, чувствуя, что морские пути Азиатско-Тихоокеанского региона менее уязвимы, но в большей степени полагаясь на стабильность своих связей с Китаем, могла бы быть заинтересована в менее обязывающем наборе военных обязательств в своем союзе с Соединенными Штатами.

Как заявил Икуро Сугавара, ведущий японский стратег, работающий в Японской национальной нефтяной корпорации (JNOC), «новые азиатские игроки, в том числе такие страны, как Индия и Китай, будут жестко конкурировать за стабильные поставки нефти и могут настаивать на иных взглядах». от тех, которые разделяют Соединенные Штаты и Япония.Япония, которая является неотъемлемой частью азиатского рынка и так же зависит от нефти, как и ее соседи на Ближнем Востоке, не сможет так же точно следовать линии США, как это было в прошлом».

Строительство такой разветвленной трансрегиональной энергосистемы — газопровода Центральная Азия — Ближний Восток — в качестве одного из вероятных результатов приведет к сдерживанию двустороннего и многостороннего соперничества в регионе в долгосрочной перспективе. Огромные многосторонние инвестиции, которые будут неизбежны для успеха такого плана, долгосрочные политические гарантии, которые неизбежны при таких инвестициях, и тенденция к растущей взаимозависимости между участниками могут в конечном итоге привести к гораздо менее конфронтационным интересам безопасности между ними.Этот сценарий представляется весьма вероятным, если Китаю удастся реализовать свои долгосрочные планы в отношении Центральной Азии.

Какими бы успешными ни были системные подходы Китая к своим энергетическим проблемам и инвестициям в Центральную Азию, растущая зависимость Китая от импорта нефти также приведет к более сложным и диверсифицированным отношениям между Китаем и другими крупными державами. Среди них отношения Китая с Соединенными Штатами и Россией имеют решающее значение, поскольку эти две страны являются не только ключевыми партнерами Китая с точки зрения отношений в области безопасности, но и государствами, оказывающими наиболее заметное влияние на состояние мировой энергетики. дела.

Влияние на отношения с США

Есть несколько причин растущего значения энергетических отношений между Соединенными Штатами и Китаем. Во-первых, в военном и технологическом отношении Соединенные Штаты являются самым могущественным государством в мире. Влияние политики безопасности США на любую страну мира, импортирующую энергоресурсы, неоспоримо. Обсуждения США безопасности на Ближнем Востоке, в Центральной Азии, Юго-Восточной Азии, на путях Индийского океана, Тихого океана и Южно-Китайского моря имеют первостепенное значение для энергетического планирования Китая.Соединенные Штаты также являются крупнейшим потребителем нефти и третьим по величине производителем нефти в мире. Он также поглощает наибольшую долю ближневосточной нефти и во всех этих емкостях оказывает преобладающее влияние на мировой рынок нефти. Учитывая растущую в настоящее время зависимость Китая от ближневосточной нефти, роль США остается очень важной. Ведущие нефтяные компании мира — способные к стратегически обоснованным зарубежным инвестициям и обладающие современными технологиями нефтедобычи, при этом добывающие наибольшую долю мировой нефти — это либо U.S. компании или многонациональные компании, в которых доминирует американский капитал. Их роль в формировании мирового рынка нефти, а также в инвестициях в китайский энергетический сектор очевидна.

С точки зрения общей безопасности ясно, что, рассматривая Соединенные Штаты как конкурента, а не как партнера, Китай считает Соединенные Штаты основным препятствием для выхода на свободный рынок нефти. Это понимание глубоко укоренилось в китайском мировоззрении и, скорее всего, останется в нем на несколько лет вперед.Поскольку нефтяная блокада была основным вариантом для НАТО во время недавнего военного вмешательства США в Косово, Китай получил четкое представление о влиянии США в отношении потоков энергии. Таким образом, понимание Китаем вариантов и альтернатив глобального импорта энергии может быть лучше всего определено с точки зрения соображений безопасности, а не экономической целесообразности.

С американской точки зрения, общая неопределенность и непоследовательность, которые доминировали в политике США и Китая в течение последнего десятилетия, наряду с постоянным сдвигом между «вовлечением» и «сдерживанием», оставили и, скорее всего, продолжат оставлять неизбежный отпечаток. о взаимодействии двух стран в сфере энергетики.

Принципу «вовлеченности» соответствует четкое понимание Соединенными Штатами того, что растущее участие Китая в мировом энергетическом рынке и усиление зависимости от импорта нефти будут благоприятствовать интересам США. Поэтому Соединенным Штатам следует предотвращать китайскую «энергетическую воинственность» и поддерживать китайское «энергетическое взаимодействие» в любой форме — будь то путем стимулирования стабильности поставок нефти в Китай или путем поощрения инвестиций в китайский энергетический сектор и предоставления гарантий безопасности для энергетического сектора. коммуникации.

Однако такие аспекты энергетической политики США в отношении Китая стали недействительными с возрождением страстных настроений «сдерживания» в Америке. Негативные события в китайско-американских отношениях в 1999 г. со всей очевидностью продемонстрировали, что мотивы «сдерживания» глубоко укоренились в США и не могут быть объяснены избирательным циклом или текущими противоречиями в американской политической элите. Пекин мог бы разумно рассматривать блокирование доступа к своим энергоресурсам как возможную будущую фазу политики «сдерживания».Разрыв в восприятии США и Китая, скорее всего, продолжит расти в ближайшие годы.

Для Пекина, безусловно, будет возрастать значение взаимодействия с США по Ближнему Востоку, учитывая, что зависимость Китая от импортируемой нефти также будет расти.

В определенной степени у двух стран есть общие интересы в регионе. Обе стремятся к стабильности на Ближнем Востоке, которая позволила бы обеспечить постоянный и непрерывный поток нефти из региона. Однако, поскольку у обеих стран разные «близкие» партнеры в этой области, а также разные возможности, у них также разное понимание силовых инструментов, которые следует использовать для достижения такой стабильности.

Видны их противоречивые взгляды. Ближайшие партнеры Китая, Иран и Ирак, могут рассматриваться как основной путь доступа Китая к ближневосточным энергоресурсам, и в то же время они считаются наименее доступной зоной для США. Понимая ограниченность своей демонстрации силы, китайцы традиционно были вынуждены использовать дипломатические маневры с русскими как наиболее заметный противовес роли США в регионе до конца холодной войны.Однако, поскольку у Москвы сейчас нет никакого интереса к ближневосточной нефти как таковой, сходство китайского и российского подходов является лишь частичным. Ориентируясь на сдерживание власти США и одновременно поддерживая регулирующую роль ООН, обе страны не достигли единства во многих критических вопросах.

Позиции Москвы и Пекина в отношении войны в Персидском заливе служат хорошей иллюстрацией их разногласий. В 1991 году Китай поддержал все десять резолюций Совета Безопасности ООН, которые вводили политические, военные и экономические санкции против Ирака.Однако Китай воздержался при критическом голосовании по резолюции 678, санкционирующей применение силы. Таким образом, Китай идет по средней дороге между своим союзником и потенциальным поставщиком нефти — Ираком — и Соединенными Штатами.

Китайцы (как и русские) явно заинтересованы в сохранении режима Саддама и скорейшей отмене экономических санкций с Ирака. Иракское нефтяное месторождение, права на разработку которого Китай получил в 1997 году, а также другие нефтяные месторождения, в получении которых заинтересован Китай, не могут начать добычу до тех пор, пока не будут сняты санкции.Заинтересованность Китая в сохранении своей энергетической безопасности останется серьезной разделительной линией между китайской и американской стратегиями в регионе. Растущая солидарность между Москвой и Пекином в их опасениях растущей «гегемонии» США после войны 1999 года в Югославии сделает преодоление этих разногласий еще более трудным. Китай, скорее всего, продолжит использовать свое членство в Совете Безопасности ООН, а также свое положение в других органах и подкомитетах ООН, чтобы противостоять США.политику в отношении Ирака.

Для Китая Иран даже важнее Ирака, так как он географически близок к Китаю, и доступ к его энергоносителям не блокируется режимом международных санкций. Возможность доступа к иранской нефти и газу через континентальный «паназиатский глобальный энергетический мост» делает роль Ирана в глазах Пекина еще более значимой. Другим фактором, привлекавшим внимание Китая к Тегерану, было то, что из-за серьезной конфронтации с США Тегеран до недавнего времени сохранял видимую дипломатическую дистанцию ​​с Москвой.Это равноудаление усилило стратегическую и политическую ценность его связей с Китаем — относительно отдаленной и менее влиятельной в военном отношении державой, чем Соединенные Штаты или Россия. Иранские лидеры охарактеризовали свои отношения с Китаем как «фундаментальные» и «стратегические».

Китайские официальные лица категорически не одобряют присутствие иностранных вооруженных сил в Персидском заливе. Они характеризуют военное вмешательство США как вмешательство. Кроме того, они подозревают, что Соединенные Штаты стремятся доминировать в регионе, чтобы осуществлять контроль над энергетическими ресурсами Персидского залива.

Имея лишь ограниченные возможности с точки зрения проецирования силы в этом районе, Пекин рассматривает продажу оружия Ирану как важнейший элемент своей региональной политики. С одной стороны, эти продажи вооружений, в том числе элементов сложных ядерных и других технологий «двойного назначения», дают Китаю возможность закрепиться в регионе и наладить долгосрочные стратегические связи для защиты своих растущих энергетических интересов. С другой стороны, в коммерческом отношении продажа оружия дает Китаю возможность существенно снизить стоимость импорта энергоресурсов с Ближнего Востока.Это будет особенно ценно для Китая в будущем, учитывая ожидаемый рост объемов китайского импорта энергоносителей наряду с ростом рыночной цены нефти.

В октябре 1997 г. во время визита президента Цзян Цзэминя в Вашингтон Китай дал письменное обязательство воздерживаться от участия в «новом ядерном сотрудничестве любого рода с Ираном». и согласился прекратить продажу Ирану некоторых противокорабельных крылатых ракет.

Хотя это китайское обязательство оставило открытыми значительные лазейки, особенно в отношении разграничения «новых» и «старых» контрактов, оно стало важным шагом в уступке Соединенным Штатам.В качестве услуги за услугу Соединенные Штаты сняли юридические препятствия для возобновления китайско-американской ядерной торговли в соответствии с соглашением о сотрудничестве между США и Китаем в ядерной области. Это соглашение фактически открыло путь американским фирмам для участия в атомной энергетике Китая.

Компромисс стал важным событием в китайско-американском диалоге. Ее следует рассматривать не только с точки зрения общей эволюции американо-китайских отношений, но и с точки зрения американо-китайских взаимодействий в той области, в которой энергетические соображения Китая играют все более важную роль. Среди других мотивов Пекина эта акция, очевидно, была направлена ​​на ослабление напряженности в отношениях между США, Китаем и Ираном, которые становились все более непродуктивными для всех вовлеченных сторон. Также очевидным было ожидание Пекином растущего значения Ирана как долгосрочного энергетического партнера, а также ожидание той или иной формы неизбежного сближения между Тегераном и Вашингтоном. Учитывая это, было определенно не в интересах Китая поддерживать высокий уровень враждебности на американо-китайской оси общих трехсторонних отношений между тремя странами.Если какие-либо планы по долгосрочным китайско-иранским энергетическим обязательствам осуществятся, связанные с этим значительные китайские инвестиции в Иран будут менее осуществимы, если конфронтация с Соединенными Штатами по поводу поставок оружия и других деликатных вопросов обострится. Компромисс может также проложить путь к возможному сотрудничеству между энергетическими компаниями США и их китайскими коллегами по энергетическим проектам внутри Ирана. Стремясь к такому сотрудничеству в других регионах Ближнего Востока, Китай считает этот вариант дипломатически продуктивным для своих долгосрочных региональных энергетических интересов.

Влияние на отношения с Россией

Интерес России к нефтяной стратегии Китая весьма неоднозначен. Основная мотивация Москвы — сориентировать Китай на российскую энергетическую базу и таким образом «энергетически» укрепить их «доверительное стратегическое партнерство». Москва все больше заинтересована в таком партнерстве, учитывая ее постоянно слабеющую позицию в области военной безопасности и очевидное прямое и косвенное давление, которое она испытывает со стороны Запада, а расширение НАТО и югославские кризисы служат явным признаком этого давления.Второстепенная мотивация Москвы связана с очень узким спектром экономических связей, которые она поддерживает с Китаем. Россия заинтересована в расширении этого спектра как в коммерческом, так и в политическом смысле.

Россия также занимается политиканством в связи с опасениями Японии по поводу того, что Китай использует российские энергетические ресурсы. Хотя в настоящее время Япония лишь в незначительной степени интересуется энергетическими вариантами в Восточной Сибири, Токио стремится избежать маргинализации Китая на российском энергетическом рынке, и в этом случае он потенциально может столкнуться с всесторонне связанным российско-китайским альянсом.Русские заинтересованы в привлечении японского капитала к сибирскому энергетическому проекту, стремясь «освоить» глубоко депрессивные дальневосточные территории России, существенно улучшив общий климат российско-японских отношений. Этот климат остается неудовлетворительным в результате неурегулированного территориального спора о так называемых «северных территориях». Долгосрочный приоритет России — вовлечь и Китай, и Японию в экономическое развитие дальневосточных территорий, не теряя при этом полностью своего политического и административного влияния на них.Со временем Россия надеется превратить часть этой зоны, особенно Приморский и Хабаровский края, в зону, посредством которой Россия свяжется с Азиатско-Тихоокеанской экономической сетью.

Однако возможности России удовлетворить растущий аппетит Китая к нефти ограничены. Таким образом, Москва должна столкнуться с реальностью нынешнего экономического и возможного политического проникновения Китая в бывшую зону доминирования России в Центральной Азии. В коммерческом плане любой прогресс в эксплуатации ресурсов Центральной Азии нанесет ущерб интересам России.Каждый баррель нефти, добываемый на нефтяных месторождениях Каспийского бассейна, будет напрямую конкурировать с российской нефтью на мировом рынке, удерживая цены на низком уровне. Поскольку торговля нефтью остается доминирующей частью доходов от внешней торговли, из-за упомянутых выше низких цен Россия постоянно теряет большое количество крайне необходимой валюты. Экономическая угроза, исходящая от нефтяных рынков Центральной Азии, побуждает Россию предпринимать усилия, чтобы воспрепятствовать любым трубопроводным решениям, неблагоприятным для ее коммерческих интересов и интересов безопасности.

Хотя Москва воспринимает такое развитие событий как неблагоприятное для своих интересов, она явно не считает нанесенный ущерб ужасным. Это связано с разумным пониманием того, что любая сеть энергоснабжения с конечным пунктом назначения в Китае вряд ли могла бы реализоваться без участия России. Кроме того, полное исключение России из списка потенциальных поставщиков энергоресурсов не отвечает геополитическим интересам Китая. Если возникнет какой-либо вариант «паназиатского глобального энергетического моста», он не может быть стратегически или экономически целесообразным без — как минимум — согласия России.

Россия также обладает эффективными рычагами воздействия как на Пекин, так и на Алматы, что делает невозможным для обеих столиц игнорирование Москвы при обсуждении центральноазиатских дел. Влияние России на Китай основано на широком спектре их общих интересов в рамках «доверительного стратегического партнерства». Дружественная граница, глубокое военное сближение, последовательная и безоговорочная поддержка Китая в тайваньском вопросе, которую Москва предлагает Пекину, являются очень ценными аспектами российско-китайских отношений. Сомнительно, чтобы Китай поставил все это под угрозу из-за Центральной Азии. Что касается Казахстана, то в Казахстане проживает шестимиллионная русская община, фактор, который, при всех плюсах и минусах для Москвы, нельзя сбрасывать со счетов просто как незначительный политический актив.

Поведение России и Китая по отношению друг к другу в Центральной Азии, скорее всего, будет носить компромиссный характер и характеризоваться набором видимых ограничений. Не в интересах ни одного из региональных гигантов создавать новую сферу геополитического противостояния в Центральной Азии.

Россия считает аффилированную с НАТО Турцию своей главной угрозой своим энергетическим интересам и интересам безопасности в Каспийском и Центральноазиатском регионах. Понимая свои слабости и неспособность эффективно противостоять конкурентам, Москва склонна рассматривать китайское присутствие в Казахстане как самую минимальную угрозу. В этом смысле переход Китая на Ближний Восток с конечной целью заключения долгосрочной «сделки» с Соединенными Штатами по вопросам энергетической безопасности был бы гораздо более пагубным для интересов России.

Другое соображение заключается в том, что, учитывая нежелание Китая признать растущее проникновение государств-членов НАТО вблизи своих границ, Пекин разделяет интересы Москвы в противодействии этому проникновению на энергетические маршруты Каспийского и Центральноазиатского регионов. Это было одним из ключевых мотивов, побудивших Китай решительно поддержать усилия России по противодействию расширению НАТО в 1996-1997 годах. (После мая 1997 года китайцы даже неофициально продемонстрировали свое разочарование в связи с возможным подписанием Москвой Акта Россия-НАТО.) Антинатовские настроения Китая и России сильно усилились в результате косовского кризиса и последовавшего за ним обстрела китайского посольства в Белграде. Китайцы понимают, что относительно сильным противовесом НАТО, который сейчас есть у россиян, является консолидация СНГ. В этих условиях противодействие Китая российскому присутствию в Казахстане противоречило бы их общей стратегии и многополярному мировоззрению.

Внутриполитические тенденции как в России, так и в Китае также выступают против любого ослабления уз «доверительного стратегического партнерства» между двумя странами.Учитывая нарастающее ухудшение социально-экономической ситуации в России и угрожающее поведение НАТО в условиях мировых кризисов, видимые антизападные настроения стали жизненно важным элементом шаткой базы власти Ельцина. В Китае серьезные осложнения в отношениях Пекина с Вашингтоном — тупиковая ситуация с ВТО, цепь связанных с Китаем скандалов внутри США и взрыв посольства — вызвали схожие настроения. Цзян Цзэминь и Чжу Жунцзи постоянно подвергаются критике со стороны своих противников за то, что они были слишком мягкими и примирительными по отношению к президенту Клинтону во время их контактов в течение последних двух лет.26 Все эти внутренние тенденции делают любой спор между Россией и Китаем по делам Центральной Азии политически неразумным для обоих правительств.

Такие мотивы, очевидно, привели к осторожному трехстороннему уравновешиванию в сочетании с большой дозой взаимной сдержанности. Алматы пытается сохранять подчеркнутый нейтралитет в своем отношении как к Новороссийскому, так и к Синьцзянскому трубопроводным проектам, а президент Казахстана неоднократно подчеркивал одинаково высокий приоритет, придаваемый обоим проектам.Другим признаком такой сдержанности в Китае считают постепенное развитие российско-китайского Ковыткинского газового проекта. Многие наблюдатели рассматривают этот проект как своего рода китайскую «плату» русским за участие Пекина в делах Казахстана. Чтобы не раздражать Москву, китайское правительство также воздержалось от прямого участия в соглашении о «Шелковом пути» — соглашении, которое формировало транспортный маршрут из Европы в Среднюю Азию, но в обход территории России. Это соглашение подписали 12 стран Европы и Азии.

Заключение

Трудно детально прогнозировать тенденции, которые будут определять глобальную энергетическую стратегию Китая в ближайшем будущем. Сложность их энергетической политики, среди прочего, ее геологические, экономические, социальные и экологические аспекты, а также турбулентность международных изменений, которые мы сейчас наблюдаем, делают такие прогнозы недоступными для любого аналитика.

Однако очевидно, что в энергетической сфере Китай меняет свои связи с внешним миром.Стимулы для этого изменения, вытекающие из естественных экономических потребностей самого густонаселенного общества в мире, определенно будут продолжать расти. Нет никаких сомнений в том, что традиционная политика опоры на нефть, когда нефть является важнейшим источником энергии для нового этапа экономической модернизации, ушла в историю. Есть много причин полагать, что растущее участие Китая в мировом энергетическом рынке и его участие в сетях транспортировки энергоносителей — независимо от того, какую форму могут принять окончательные геополитические решения и транспортные траектории — скорее всего, стабилизирует и смягчит внешнюю политику Китая.

Собираются ли иностранные нефтяные компании вернуться в Венесуэлу? | Ригзон

(Блумберг) — В шикарном холле нефтяные лоббисты и руководители компаний общаются плечом к плечу, а в холлах можно услышать испанский, французский и итальянский языки. Это не бутик-отель ZaZa в Хьюстоне, где любят останавливаться руководители мировых энергетических компаний. Это отель Cayena в столице Венесуэлы Каракасе.

Вдохновленные обещаниями приватизации и большей автономии для использования крупнейших в мире запасов сырой нефти, они встречаются с режимом Николаса Мадуро и государственной компанией Petroleos de Venezuela SA, чтобы занять наилучшие позиции, когда ведение бизнеса там снова станет возможным.Крупные производители, такие как Chevron Corp., французская Total SE и итальянская Eni SpA, вероятно, подождут, пока будут сняты санкции США, но более мелкие игроки могут начать работу, как только вступят в силу новые правила, открывающие отрасль для частного предпринимательства.

«Я хочу сказать инвесторам из США и всего мира, что двери Венесуэлы открыты для инвестиций в нефть», — сказал Мадуро в недавнем телеобращении.

Это решающий момент для обедневшей нации, у которой заканчивается топливо для перевозки еды и наличных денег для оплаты импорта предметов первой необходимости. Удастся ли Мадуро привлечь какие-то инвестиции, пока неясно. Но одно можно сказать наверняка: у нефтяных компаний никогда не было такого рычага воздействия на него, чтобы договориться о части более чем 300 миллиардов баррелей сырой нефти в стране.

«Существует некоторый легкий потенциал для увеличения добычи, если соблюдение санкций снизится», — сказал Франсиско Мональди, венесуэльский американец, преподаватель экономики энергетики в Институте государственной политики Бейкера при Университете Райса и эксперт по нефтяной промышленности Венесуэлы.«После этого вам потребуются значительные инвестиции».

Преемник покойного Уго Чавеса, печально известного захватившего активы Exxon Mobil Corp. и ConocoPhillips, обещает принять закон, который официально положит конец нефтяной монополии в руках PDVSA, известной как разорившаяся нефтяная дойная корова страны.

Руководители, представляющие нефтяные компании, проводят встречи, чтобы обсудить условия, которые будут в соответствии с новым законодательством, по словам людей, знакомых с переговорами, которые просили не называть их имен, потому что они не уполномочены комментировать их публично.

Chevron, например, даже связывается с подрядчиками, чтобы оценить, как быстро они могут помочь компании из Сан-Рамона, штат Калифорния, возобновить работу в южноамериканской стране, сказал один человек.

Chevron и Total не ответили на запросы о комментариях, равно как и Министерство информации Мадуро, Министерство нефти и PDVSA. Eni заявила, что ни один из ее руководителей не посещал Каракас.

Правительство Мадуро заявляет, что только его новый закон об энергетике позволит нефтяным компаниям вернуться к работе, когда они получат контроль над венесуэльскими активами.Это потому, что США запрещают вести дела только с PDVSA, режимом и теми, кто ему помогает. Нефтяным предприятиям, управляемым независимыми нефтяными компаниями, теоретически не будет запрещено разрабатывать запасы сырой нефти в стране.

Крупные нефтяные компании, вероятно, все равно будут ждать отмены санкций, но другие могут вмешаться, как только смогут заявить, что действуют независимо от PDVSA и режима Мадуро и, следовательно, не подпадают под действие санкций.

Есть люди, близкие к правительству, «стремящиеся заполучить нефтяные месторождения; Я ожидаю, что будут какие-то приватизации», — сказал Мональди.«Они попытаются инвестировать в скважины, которые проще всего подключить».

Уилмер Руперти, судоходный магнат венесуэльского происхождения, является одним из менее известных предпринимателей, которые в прошлом стремились вести дела с PDVSA, несмотря на санкции. Руперти не ответил на просьбы прокомментировать потенциальные инвестиции в соответствии с предложенными новыми правилами.

Для восстановления былой славы нефтяной промышленности Венесуэлы, вероятно, потребуются десятки миллиардов долларов, и это может никогда не произойти, но любая деловая активность поможет стране.

Некогда преуспевающий член-основатель ОПЕК, производивший более 3 миллионов баррелей сырой нефти в день, сейчас страна добывает менее полумиллиона.

Министр нефти Тарек Эль-Айссами недавно пообещал увеличить добычу до 1,5 млн в этом году, и этого было бы трудно добиться без посторонней помощи. Monaldi оценивает более чем в 100 миллиардов долларов, и потребуется десятилетие работы, чтобы довести добычу выше 2 миллионов баррелей в день.

«Это означает, что вам нужна масса частных инвестиций», — сказал он.

Увеличение добычи нефти не только поддержит экономику, но и привлечет капитал, чтобы в конечном итоге расплатиться с кредиторами, имеющими дефолтные обязательства примерно на 60 миллиардов долларов.

Таким образом, руководители нефтяной промышленности и рынков капитала также отстаивали свои интересы перед официальными лицами в Вашингтоне, сообщили люди, знакомые с этими дискуссиями. Их послание: если другие собираются играть в мяч, давайте тоже будем действовать.

«Большой вопрос заключается в том, достаточно ли у нефтяных компаний политического влияния для ослабления санкций», — сказал Рауль Гальегос, директор международной консалтинговой фирмы Control Risks из Боготы.«Они заинтересованы в гибкости, которую предлагает Мадуро».

Управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США, которое обеспечивает соблюдение санкций, не сразу ответило на запросы о комментариях.

Администрация президента США Джо Байдена еще не сделала существенного поворота от стратегии президента Дональда Трампа в отношении Венесуэлы, поскольку необходимо решить более серьезные проблемы, от коронавируса до напряженности в отношениях с Россией и торговли с Китаем. Правительство США официально признает лидера оппозиции Хуана Гуайдо временным президентом Венесуэлы до проведения свободных и честных выборов.

Если новое правительство США хотя бы предпримет шаги, чтобы разрешить компаниям возобновить обмен дизельного топлива на венесуэльскую нефть, это поможет стране предотвратить крах. Топливо необходимо грузовикам для перевозки импортных продуктов питания, лекарств и других товаров из портов в города, а также для перевозки товаров с ферм и заводов.

Однако без инвестиций в разрушающуюся энергетическую инфраструктуру страны это было бы лишь временным решением.

— При содействии Питера Милларда, Патриции Лайи, Франсуа де Бопюи и Кевина Кроули.

Связаться с авторами этой истории:
Фабиола Зерпа из Каракаса по адресу [email protected]
Бен Бартенштейн в Дубае: [email protected]

© 2021 Bloomberg L.P.

Белый дом просит нефтегазовые компании США помочь снизить затраты на топливо – источники

, 13 окт (Рейтер) – В последние дни Белый дом говорил с производителями нефти и газа США о том, как помочь снизить растущие цены на топливо, по словам двух источников, знакомых с этим вопросом.

Затраты на энергию растут во всем мире, что в некоторых случаях приводит к нехватке энергии в крупных странах, таких как Китай и Индия. По данным Министерства энергетики США, в Соединенных Штатах средняя розничная стоимость галлона газа находится на семилетнем максимуме, и ожидается, что цены на топливо зимой вырастут. Добыча нефти и газа остается ниже национального пика, достигнутого в 2019 году.

Переговоры с энергетическими компаниями затронули несколько вопросов, в том числе цены, по словам третьего лица, знакомого с дискуссиями.В последние месяцы администрация ведет переговоры с нефтяной промышленностью об ограничении выбросов метана.

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters.com

Зарегистрируйтесь

«Мы внимательно следим за стоимостью нефти и стоимостью газа, которую американцы платят на заправке. -конкурентные практики на американских и мировых энергетических рынках для обеспечения надежных и стабильных энергетических рынков», — сказал представитель Белого дома.

Стоимость сырой нефти в США недавно впервые за семь лет достигла 80 долларов за баррель, поскольку Организация стран-экспортеров нефти и их союзники, известные как ОПЕК+, ограничивают добычу. В последние недели Белый дом обсуждал рост цен с ведущим производителем ОПЕК Саудовской Аравией. читать далее

Средняя розничная цена галлона бензина выросла до $3,29, согласно данным ААА. Министерство энергетики США заявило в среду, что ожидается, что расходы на отопление домашних хозяйств резко вырастут этой зимой для всех видов топлива, но особенно для мазута и пропана.[nL1N2R916Z]

Добыча нефти в США медленно восстанавливалась с 2020 года, когда добыча упала во время вспышки коронавируса. В конце 2019 года добыча достигла рекордного уровня — почти 13 миллионов баррелей в сутки, но Министерство энергетики США заявило в среду, что в 2021 году добыча составит в среднем лишь 11 миллионов баррелей в сутки, а в 2022 году — 11,7 миллионов баррелей в сутки.

Цены на природный газ резко вырос в этом году в результате нехватки предложения и более сильного, чем ожидалось, спроса в Европе и Азии.

У.Сланцевые производители Юга, которые несут ответственность за бум добычи сырой нефти в последние 10 лет, были менее склонны бурить добычу нефти после многих лет слабых финансовых показателей и вместо этого сосредоточились на сокращении расходов, чтобы повысить доходность для инвесторов.

На бурение и обустройство новой скважины и вывод нефти и газа на рынок может уйти шесть месяцев. Любой призыв Белого дома к увеличению добычи в США, скорее всего, останется без внимания, по словам одного руководителя нефтяной компании, который не хотел, чтобы его имя критиковало этот подход.Промышленность также была недовольна некоторыми из предыдущих действий президента Джо Байдена, в том числе временной остановкой бурения на федеральных землях, которые они рассматривают как нападение на отрасль.

«Проводя политику, которая ограничивает поставки и затрудняет добычу нефти и природного газа здесь, в Америке, американцам придется платить больше за свою энергию», — сказала Энн Брэдбери, главный исполнительный директор Американского совета по разведке и добыче, который лобби независимых производителей нефти и газа.

Администрация Байдена ведет внутренние обсуждения по поводу роста цен на топливо, добавил один из двух источников.

По словам аналитиков, до сих пор Соединенные Штаты были изолированы от дефицита природного газа в Азии и Европе из-за ограниченных возможностей страны по экспорту сжиженного природного газа. Ориентировочные цены на природный газ в США в настоящее время составляют 5,68 доллара за миллион британских тепловых единиц, но цены за рубежом были в пределах 30 долларов.

«Я не думаю, что фундаментальные показатели поддерживают эти огромные цифры», — сказал Роберт Яугер, директор по фьючерсам на энергию в Mizuho.

Белый дом пытается решить проблемы с поставками, которые привели к росту цен на различные товары, от мяса до полупроводников. В среду официальные лица заявили, что администрация работает с крупными портами в Лос-Анджелесе и Лонг-Бич, а также с судоходными гигантами UPS и FedEx, чтобы уменьшить заторы, замедляющие доставку. читать дальше

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters.
com

Зарегистрируйтесь

Отчеты Джарретта Реншоу, Рона Буссо и Дэвида Френча; Под редакцией Андреа Риччи и Алистера Белла

Наши стандарты: Принципы доверия Thomson Reuters.

15 крупнейших нефтяных компаний мира — Zippia

Сказать, что мировая нефтяная промышленность огромна, было бы преуменьшением.

Одна только нефтяная промышленность, которая стоит почти 400 миллиардов долларов, составляет 3,8% мировой экономики. В Соединенных Штатах нефтяные компании ежегодно получают чуть более 180 миллиардов долларов дохода и нанимают 9,8 миллиона рабочих, что составляет 5,6% всей занятости в США.

Эта отрасль также связана почти со всеми другими отраслями, обеспечивая производство энергии для производства товаров.

В этой статье мы расскажем о 15 крупнейших нефтяных компаниях мира и предоставим обзор их деятельности.

  • Китайская нефтехимическая корпорация

    Штаб-квартира: Пекин, Китай
    Биржевой код: SNPMF
    Выручка: 355,8 млрд долларов
    Рыночная капитализация: 53,9 млрд долларов
    Чистая прибыль: 10,8 млрд долларов

    China Petroleum Chemical Corp, также известная как Sinopec, занимается разведкой и переработкой нефти и природного газа, а также производством и сбытом нефти и нефтехимических продуктов.

    Основной продукцией компании являются бензин, керосин и дизельное топливо. Они также продают такие товары, как клейкие смолы, реактивное топливо и синтетический каучук.

    Хотя Sinopec производит лишь вчетверо меньше сырой нефти, чем ее основной китайский конкурент PetroChina, она производит на 60% больше нефтепродуктов в год.

    Компания владеет крупными пакетами акций крупных нефтегазовых компаний по всему миру, например, 33% акций египетской корпорации Apache.

    Материнская компания Sinopec, Sinopec Group, является крупнейшим нефтегазовым и нефтехимическим конгломератом в мире.

  • Петрочайна общество с ограниченной ответственностью.

    Штаб-квартира: Пекин, Китай
    Биржевой код: PTR
    Рыночная капитализация: 59,5 млрд долларов
    Выручка: 320 млрд долларов
    Чистая прибыль: -1,8 млрд долларов

    PetroChina — один из крупнейших производителей нефти и газа в мире. Основная продукция компании включает сырую нефть, нефтепродукты и различные нефтехимические товары.

    Помимо разработки и производства нефтепродуктов, PetroChina также занимается разведкой нефти.

    Недавно в 2019 году компания обнаружила более 358 миллиардов тонн нефти в бассейне Ордос. Позже в том же году PetroChina также обнаружила 740 971 миллион кубических метров сланцевого газа в Сычуаньском бассейне.

    PetroChina — это просто зарегистрированный на бирже филиал гораздо более крупного китайского государственного нефтяного конгломерата China National Petroleum Corporation.

    В компании работает более полумиллиона человек.

  • Арамко

    Штаб-квартира: Дхаран, Саудовская Аравия
    Биржевой код: Tadawul:2222
    Рыночная капитализация: 1,9 триллиона долларов
    Выручка: 286,9 миллиарда долларов
    Чистая прибыль: 64,5 миллиарда долларов

    Saudi Arabian Oil Co, которую часто называют просто Saudi Aramco, стала публичной в 2019 году и быстро стала крупнейшей компанией в мире по рыночной капитализации.

    Компания настолько велика, что превосходит вторую по величине рыночную капитализацию нефтяную компанию Exxon Mobil в соотношении 10:1.

    Основными видами деятельности Saudi Aramco являются добыча и переработка сырой нефти. Однако он также занимается многими другими аспектами нефтяной промышленности, такими как производство нефтехимических продуктов и других нефтепродуктов.

    Компания владеет вторыми по величине доказанными запасами сырой нефти в мире в 270 миллиардов баррелей. Она также перерабатывает больше нефти, чем любая другая компания, со скоростью 5,4 миллиона баррелей в день.

    Раньше компания Saudi Aramco поставляла собственную нефть через дочернюю компанию Vela International Marine.Однако в настоящее время для управления этими операциями в основном используются независимые танкерные компании.

    В 2019 и 2020 годах компания значительно расширила свой уровень глобальных инвестиций и инфраструктуры, не связанной с нефтегазовой отраслью.

    В 2019 году Saudi Aramco заплатила 1,24 миллиарда долларов за приобретение 13% южнокорейского нефтеперерабатывающего завода Hyundai Oilbank. В том же году компания подписала соглашение с PKN Orlen о купле-продаже сырой нефти.

    В 2020 году Saudi Aramco продала свой первый баррель сжиженного природного газа (СПГ) покупателю из Индии.В настоящее время компания ищет партнеров по всему миру, чтобы помочь ей расширить свои возможности по производству СПГ.

  • Найти работу Aramco рядом со мной

  • ООО «Роял Датч Шелл».

    Штаб-квартира: Гаага, Нидерланды
    Биржевой код: RDS.A
    Рыночная капитализация: 109 миллиардов долларов
    Выручка: 263 миллиарда долларов
    Чистая прибыль: -11,3 миллиарда долларов

    Royal Dutch Shell PLC базируется в Нидерландах и занимается добычей, переработкой и разведкой нефти через свои многочисленные дочерние компании.

    Помимо эксплуатации более 44 000 станций технического обслуживания по всему миру, компания также производит и продает смазочные материалы, топливо и другие нефтехимические продукты.

  • БП Америка

    Штаб-квартира: Лондон, Великобритания
    Биржевой код: BP
    Рыночная капитализация: 68,1 млрд долларов
    Выручка: 230 млрд долларов
    Чистая прибыль: -21,9 млрд долларов

    BP — крупнейшая нефтяная компания Великобритании, занимающаяся разведкой, добычей и поставкой многих нефтяных и нефтехимических продуктов.

    Некоторые из основных нефтепродуктов компании включают химические вещества, такие как этилен, полиэтилен и терефталевая кислота.

    BP также производит и продает солнечную энергию и активно инвестирует в этот аспект своего бизнеса и расширяет его.

  • Найти работу в BP America рядом со мной

  • Эксон Мобил

    Штаб-квартира: Ирвинг, штат Техас,
    Биржевой код: XOM
    Рыночная капитализация: 161,4 миллиарда долларов
    Выручка: 213 долларов.9 миллиардов
    Чистая прибыль: 7,2 миллиарда долларов

    Exxon Mobil работает практически во всех областях нефтегазовой промышленности, включая разведку, добычу, транспортировку и продажу нефтепродуктов.

    Компания была образована в результате слияния двух потомков Standard Oil, Exxon и Mobil, в 1999 году.

    Exxon Mobil производит более 3% мировых запасов нефти и 2% всей энергии в четырех основных бизнес-сегментах:

    • Восходящий поток. Разведка, добыча и отгрузка нефти составляют чуть более 70% от общего дохода компании.

      Компания ежедневно производит в среднем 4,32 миллиарда баррелей нефтяного эквивалента на своих обширных земельных владениях.

      Эти земельные владения включают 14,6 млн акров в США, 4,9 млн акров в Германии и 1,5 млн акров в Нидерландах.

    • Мидстрим. Перерабатывающие предприятия Exxon Mobil составляют небольшую часть их деятельности.

      На самом деле их почти не существовало, пока в 2019 году компания не создала совместные предприятия с различными трубопроводами для транспортировки своей добычи.

    • Ниже по течению. Большинство продуктов Exxon Mobil реализуется под торговыми марками Exxon, Mobil и Esso.

      Заправочные станции компании имеют название Mobil на западном побережье, а ее заправочные станции в остальной части Соединенных Штатов используют название Exxon.

      Exxon Mobil называет большинство своих сервисных станций за пределами США Esso.

    • Химикаты. Exxon Mobil также производит нефтехимические продукты, такие как пластификаторы, эластомеры и клейкие смолы. Компания является крупнейшим в мире производителем бутилкаучука.

    Exxon Mobil в настоящее время активно инвестирует в новый бизнес-сегмент чистой энергетики, который будет производить биотопливо из водорослей, карбонатные топливные элементы и биодизель.

    Однако эти проекты находятся на самой ранней стадии, и компания не планирует коммерциализировать их до 2030-х годов.

  • Найти работу Exxon Mobil рядом со мной

  • Всего SE.

    Штаб-квартира: Париж, Франция
    Биржевой код: TOT
    Рыночная капитализация: 99,9 млрд долларов
    Выручка: 146,1 млрд долларов
    Чистая прибыль: -2,9 млрд долларов

    Компания Total SE, базирующаяся во Франции, занимается разведкой и добычей природного газа, сырой нефти и низкоуглеродной электроэнергии для продажи по всему миру.

    Компания также производит и перерабатывает нефтехимические продукты, такие как смазочные материалы, химические удобрения и синтетические каучуки.

    Total SE управляет около 550 заправочными станциями в Северной Америке и более 1200 в Европе и Африке.

  • Шеврон

    Штаб-квартира: Сан-Рамон, Калифорния
    Биржевой индекс: CVX
    Рыночная капитализация: 147,5 млрд долларов
    Выручка: 115 млрд долларов
    Чистая прибыль: -8,7 млрд долларов

    Chevron — многонациональная энергетическая корпорация, работающая во всех областях нефтегазовой промышленности, включая разведку, переработку, маркетинг и сбыт.

    Хотя компания работает более чем в 180 странах, в основном она работает на западном побережье США, в Юго-Восточной Азии и на побережье Мексиканского залива.

    В 2019 году только в Соединенных Штатах Chevron ежедневно добывала в среднем 823 000 баррелей нефти. Они также производят широкий спектр нефтепродуктов, таких как смазочные материалы и присадки.

    Компания эксплуатирует более 11 000 нефтяных и газовых скважин в Пермском бассейне, что делает ее четвертой по величине добычей в регионе.

    Еще одним крупным активом в области разведки и добычи, принадлежащим Chevron, является 40-процентная доля в 13 концессиях вблизи дельты Нигера, которую она получила через совместное предприятие с Нигерийской национальной нефтяной корпорацией.

    Chevron в настоящее время не владеет крупными нефтяными и газовыми активами. Компания пыталась купить Anadarko Petroleum в 2019 году, но проиграла заявку Occidental Petroleum.

  • Найти работу Chevron рядом со мной

  • Марафон Петролеум

    Штаб-квартира: Финдли, Огайо
    Биржевой код: MPC
    Рыночная капитализация: 21 миллиард долларов
    Доход: 102 доллара.4 миллиарда
    Чистая прибыль: -7,7 миллиарда долларов

    Marathon занимается переработкой, транспортировкой, поставкой и продажей нефтепродуктов по всему миру.

    Компания в основном работает в Соединенных Штатах, где она владеет или арендует многие тысячи миль нефтепроводов.

    Marathon также владел Speedway до августа 2020 года, когда он продал компанию и сопутствующие ей 4000 заправочных станций японскому розничному гиганту Seven i Holdings.

  • Найти работу в Marathon Petroleum рядом со мной

  • ПАО «Лукойл».

    Штаб-квартира: Москва, Россия
    Биржевой код: ЛУКОЙ
    Рыночная капитализация: 40,3 млрд долларов США
    Выручка: 99,1 млрд долларов США
    Чистая прибыль: 3,9 млрд долларов США

    ПАО «Лукойл» — российский нефтегазовый гигант, в основном осуществляющий разведку, добычу и переработку в сибирском регионе.

    Компания продает нефть и нефтепродукты по всему миру, но в основном покупателям из России и США.

  • Валеро Энерджи

    Штаб-квартира: Сан-Антонио, Техас
    Биржевой код:
    Рыночная капитализация:
    Выручка: 64,9 млрд долларов
    Чистая прибыль: 3,4 млрд долларов

    Valero производит, продает и продает транспортное топливо и другие нефтехимические товары.

    Компания владеет и управляет 15 нефтеперерабатывающими заводами в США и Канаде и одним в Уэльсе. В совокупности они производят в среднем 3 миллиона баррелей нефти каждый день.

    Valero также управляет 11 заводами по производству этанола, производящими 1,2 миллиарда галлонов этанола в год, а также ветровой электростанцией мощностью 50 мегаватт.

    В 2013 году компания выделила свои розничные операции в новую компанию под названием CST brands. В настоящее время Valero поставляет топливо компании CST Brands, которая затем продает его розничным клиентам через свои 7400 заправочных станций.

    Несмотря на то, что эти заправочные станции принадлежат CST Brands, они по-прежнему обычно имеют название Valero.

    Валеро также ежегодно получает несколько сотен миллионов долларов дохода благодаря своим оборонным контрактам с Агентством оборонного снабжения США по энергетике (DLA Energy).

    Большинство из этих контрактов заключаются с Валеро на производство и поставку топлива JP-8 в Центр энергетической поддержки обороны США (DESC).

  • Найти работу Valero Energy рядом со мной

  • Кувейт Петролеум Корпорейшн

    Штаб-квартира: Кувейт, Кувейт

    Kuwait Petroleum Corp — полностью интегрированная нефтяная компания, занимающаяся разведкой, переработкой, маркетингом и транспортировкой нефти.

    Компания производит в среднем четыре миллиона баррелей сырой нефти каждый день, или примерно 7% всех мировых запасов.

    Kuwait Petroleum начала быстро расширять свои операции с природным газом после того, как в январе 2020 года подписала 15-летнее соглашение о купле-продаже с Qatar Petroleum.

    Соглашение обязывает правительство Кувейта закупать три миллиона тонн СПГ у Kuwait Petroleum ежегодно в течение 15 лет, начиная с 2022 года.

    Кувейт также продает свою нефть и нефтехимическую продукцию по всему миру через дочернюю компанию под названием Q8.

    Q8 владеет и управляет более чем 4600 сервисными станциями по всей Европе.Примерно треть из них — беспилотные станции под названием Q8 Easy.

  • Газпром.

    Штаб-квартира: Санкт-Петербург, Россия
    Биржевой код: MCX: GAZP
    Рыночная капитализация: $80,6 млрд
    Выручка: $118 млрд
    Чистая прибыль: $19,6

    «Газпром» — российская энергетическая компания с частичным участием государства, базирующаяся в Санкт-Петербурге.

    Компания образовалась в 1989 году после того, как Министерство газовой промышленности СССР было переименовано в Государственный газовый концерн «Газпром» и стало государственным юридическим лицом.

    После распада СССР в 1991 году «Газпром» завладел более чем половиной активов газовой отрасли страны и обеспечил монополию своего газового сектора.

    В 1993 году компания стала акционерным обществом. В 2020 году 62% акций «Газпрома» принадлежало государственным акционерам, а остальные 38% остались за государством.

    Вертикально интегрированная компания, участвующая практически во всех аспектах нефтегазовой отрасли. Помимо разведки и добычи, «Газпром» также занимается переработкой, транспортировкой, маркетингом и распределением нефти и продуктов нефтехимии.

    В 2020 году «Газпром» добыл 512,7 млрд кубометров природного газа, что составляет более 12% мировых поставок.

    Дочерняя компания «Газпром нефть» в том же году добыла 41 млн тонн нефти.

    «Газпром» строит и владеет тысячами миль трубопроводов, которые он использует для распределения природного газа по Европе для продажи. Два ярких примера из них включают «Северный поток» и «Турецкий поток».

  • Филлипс 66

    Штаб-квартира: Хьюстон, Техас
    Биржевой код: PSX
    Рыночная капитализация:
    Выручка: 78 миллиардов долларов
    Чистая прибыль: -2 доллара.4 миллиарда

    Phillips 66 была образована в 2012 году как независимая компания после того, как ConocoPhillips выделила свои активы в области переработки и сбыта.

    Основной продукцией компании являются различные нефтехимические продукты и сжиженный природный газ, которые она продает в 65 странах мира.

    В дополнение к одной четвертой доле Dakota Access Pipeline, Phillips 66 также владеет 13 заводами по переработке сырой нефти и 50% акций Chevron Phillips Chemical Co.

    Во всех своих дочерних компаниях компания производит приблизительно 2.2 миллиона баррелей нефти каждый день.

    В Соединенных Штатах компания Phillips 66 в основном работает только на Юго-Западе и Среднем Западе. Тем не менее, компания постепенно расширяется в район метро Нью-Йорка благодаря лицензионному соглашению в 2016 году с Motiva Enterprises.

    Phillips 66 продает свою продукцию через сервисные станции Conoco, Phillips 66 и 76 в США. В Австрии, Германии и Великобритании их сервисные станции обозначены как Jet.

  • Найдите 66 вакансий Phillips рядом со мной

  • Эквинор АСА.

    Штаб-квартира: Стравангер, Норвегия
    Биржевой код: EQNR
    Рыночная капитализация: 39,9 млрд долларов США
    Выручка: 61,2 млрд долларов США
    Чистая прибыль: 4,6 млрд долларов США

    Equinor ASA — норвежская государственная многонациональная энергетическая компания. Хотя основные операции сосредоточены на разведке, переработке и распределении нефти и нефтепродуктов, компания также управляет растущим сегментом возобновляемых источников энергии.

    Компания была создана в 2007 году в результате слияния нефтегазового подразделения Norsk Hydro и Statoil. Общественность владеет коллективной долей в 33% компании, а государству принадлежат оставшиеся 67%.

    Equinor — крупнейший оператор разведки нефти на норвежском континентальном шельфе, на долю которого приходится 60% всей добычи. Компания также разрабатывает нефтяные и газовые месторождения в крупных странах, таких как Канада, Бразилия и США.

    Компания владеет небольшими пакетами акций многих крупных нефтепроводов по всей Европе, таких как Europipe I II, Statpipe и Franpipe.

    Equinor также получает доход через свои офисы по торговле сырьевыми товарами в Коннектикуте, Сингапуре и Лондоне.

    В настоящее время компания владеет интеллектуальной фермой мощностью 30 МВт в Шотландии и частичной долей в пяти крупных ветряных электростанциях в Польше, Германии и Великобритании.

  • Масляная зависимость — опасная привычка

    Скачать памятку (pdf)

    Недавний отчет о дефиците торгового баланса США за ноябрь 2009 года показал, что рост импорта нефти увеличил наш дефицит, увеличив разрыв между нашим импортом и экспортом. Это всего лишь один пример того, что восстановление нашей экономики и долгосрочный рост неразрывно связаны с нашей зависимостью от иностранной нефти. Соединенные Штаты тратят примерно 1 миллиард долларов в день на нефть за границей вместо того, чтобы инвестировать средства дома, где наша экономика остро нуждается в них. Сжигание нефти, усугубляющее глобальное потепление, также представляет серьезную угрозу нашей национальной безопасности и безопасности в мире. По этим причинам нам нужно избавиться от нефтяной зависимости, инвестируя в реформу экологически чистой энергии, чтобы снизить спрос на нефть, и при этом принять меры для сдерживания глобального потепления.

    В 2008 году Соединенные Штаты импортировали нефть из 10 стран, которые в настоящее время входят в Список предупреждений о поездках Государственного департамента, в котором перечислены страны с «долгосрочными, затяжными условиями, которые делают страну опасной или нестабильной». Эти страны включают Алжир, Чад, Колумбию, Демократическую Республику Конго, Ирак, Мавританию, Нигерию, Пакистан, Саудовскую Аравию и Сирию. Наша зависимость от нефти из этих стран может иметь серьезные последствия для нашей национальной безопасности, экономики и окружающей среды.

    Нефть импортирует топливо «опасным или нестабильным» правительствам

    Соединенные Штаты импортировали 4 миллиона баррелей нефти в день — или всего 1,5 миллиарда баррелей — из «опасных или нестабильных» стран в 2008 году на сумму около 150 миллиардов долларов. Эта оценка не включает Венесуэлу, которая не входит в список «опасных или нестабильных» Госдепартамента, но придерживается явно антиамериканской внешней и энергетической политики. Венесуэла входит в пятерку крупнейших экспортеров нефти в США, и в 2008 году мы импортировали из них 435 миллионов баррелей нефти.

    В качестве основного источника мирового спроса на нефть Соединенные Штаты платят за финансирование и поддержку недружественных режимов. Наш спрос приводит к росту цен на нефть на мировом рынке, что часто выгодно нефтедобывающим странам, которые не продают нам нефть. Центр американского прогресса находит в «Обеспечение будущего Америки: укрепление нашей национальной безопасности за счет снижения зависимости от нефти и ущерба окружающей среде», что «из-за этого антизападные страны, такие как Иран, с которыми Соединенные Штаты по закону не могут торговать или покупать нефть — выгода вне зависимости от того, кто является конечным покупателем топлива.

    Кроме того, режимы и элиты, получающие экономическую выгоду от богатых энергоресурсов, редко делятся нефтяными доходами со своим народом, что усугубляет экономическое неравенство в странах и временами создает напряженность и кризисы, вызванные ресурсами. Государственный департамент называет насилие, связанное с нефтью, особой опасностью в Нигерии, где с января 2008 года более 54 национальных нефтяников или бизнесменов были похищены на объектах, связанных с нефтью, и в других объектах инфраструктуры.С. военные и гражданские лица продолжают представлять опасность в Ираке.

    Нашу нефтяную зависимость также будет все труднее и опаснее удовлетворять. В 2008 году Соединенные Штаты потребляли 23 процента мировой нефти, 57 процентов которой импортировалось. Тем не менее, Соединенные Штаты владеют менее чем 2 процентами мировых запасов нефти. Примерно 40 процентов нашего импорта приходится на Канаду, Мексику и Саудовскую Аравию, но мы не можем продолжать полагаться на этих союзников. Большая часть канадской нефти находится в битуминозных песках, очень грязном топливе, а основные нефтяные месторождения Мексики, по прогнозам, высохнут в течение десятилетия.Без снижения нашей зависимости от нефти мы будем вынуждены все чаще обращаться к более враждебным и нестабильным странам, которые представляют прямую угрозу нашей национальной безопасности.

    Изменение климата представляет собой серьезную угрозу безопасности США и всего мира

    Тем временем ненасытный нефтяной аппетит Америки продолжает способствовать еще одной растущей проблеме национальной безопасности: изменению климата. Сжигание нефти является одним из крупнейших источников выбросов парниковых газов и, следовательно, основной движущей силой изменения климата, которое, если его не остановить, может иметь очень серьезные глобальные последствия для безопасности. Только при сжигании нефти, импортируемой из «опасных или нестабильных» стран, в атмосферу было выброшено 640,7 млн ​​метрических тонн углекислого газа, что равносильно тому, что на дорогах остается более 122,5 млн легковых автомобилей.

    Недавние исследования показали, что самые серьезные последствия изменения климата могут угрожать дестабилизацией правительств, активизацией террористических действий и перемещением сотен миллионов людей из-за все более частых и серьезных стихийных бедствий, роста заболеваемости такими болезнями, как малярия, повышение уровня моря и нехватка еды и воды.

    Анализ Центра американского прогресса, проведенный в 2007 году, пришел к выводу, что геополитические последствия изменения климата могут включать широкомасштабные социальные, политические и экологические последствия, такие как «дестабилизирующий уровень внутренней миграции» в развивающихся странах и рост иммиграции в Соединенные Штаты. Вооруженные силы США столкнутся с растущим давлением, чтобы справиться с этими кризисами, что еще больше поставит под угрозу наши вооруженные силы и потребует отправки за границу и без того ограниченных ресурсов.

    Стихийные бедствия, вызванные глобальным потеплением, вызовут чрезвычайные ситуации, требующие военной помощи, такие как ураган Катрина дома и цунами 2004 года в Индийском океане за границей. Наибольшему риску подвергнется бедное население мира, поскольку более богатые страны в большей степени способны адаптироваться к изменению климата. Развитые страны будут нести ответственность за усилия по оказанию помощи, а также за реагирование на кризисы, вызванные массовой миграцией, вызванной изменением климата.

    Военные и разведывательные эксперты признают, что глобальное потепление создает серьезные экологические, социальные, политические и военные риски, которые мы должны устранить в интересах нашей собственной обороны.Пентагон включает изменение климата в качестве угрозы безопасности в свой Четырехлетний обзор обороны за 2010 год, отчет, утвержденный Конгрессом, в котором приоритеты Пентагона обновляются каждые четыре года. Государственный департамент также включит изменение климата в свой четырехлетний обзор дипломатии и развития как угрозу национальной безопасности. А в сентябре ЦРУ создало Центр по изменению климата и национальной безопасности, чтобы давать рекомендации политикам в отношении влияния глобального потепления на национальную безопасность.

    Ведущие военные ветераны Ирака и Афганистана также выступают за политику в области климата и экологически чистой энергии, поскольку они понимают, что такая реформа необходима для повышения нашей безопасности. Джонатан Пауэрс, ветеран войны в Ираке и главный операционный директор Проекта национальной безопасности Трумэна, сказал: «Мы признаем, что изменение климата уже влияет на дестабилизированные государства с неустойчивыми правительствами. Вот почему сотни ветеранов почти во всех 50 штатах поддерживают операцию «Свобода» — потому что они знают, что в этих нестабильных штатах против этих экстремистских групп должны действовать наши военные.

    Военный консультативный совет корпорации CNA определил в 2007 г., что «изменение климата может умножить угрозу нестабильности в некоторых из наиболее нестабильных регионов мира и создает серьезные проблемы для национальной безопасности Соединенных Штатов». В обновлении своего прошлогоднего отчета за 2007 год CNA обнаружило, что изменение климата, энергетическая зависимость и национальная безопасность являются взаимосвязанными проблемами.

    В отчете «Энергия обороны Америки: энергия и риски для национальной безопасности» подтверждается вывод о том, что зависимость от ископаемого топлива однозначно ставит под угрозу нашу национальную безопасность.Правление заключает: «Чрезмерная зависимость США и других стран от импортируемой нефти привязывает Америку к нестабильным и враждебным режимам, подрывает цели внешней политики и требует от США расширения своего военного присутствия по всему миру».

    CNA сообщает: «Учитывая угрозы национальной безопасности, связанные с текущим энергетическим положением Америки, требуется серьезный сдвиг в энергетической политике и практике».

    Большая нефть извлекает большую прибыль из статус-кво

    Многие крупные нефтяные компании и их торговая ассоциация, Американский институт нефти, являются одними из самых ярых противников повышения энергетической независимости Америки и снижения загрязнения окружающей среды в результате глобального потепления. Вероятно, это связано с тем, что они получают прибыль, покупая нефть из «опасных или нестабильных» государств. Сюда входит импорт нефти из Сирии, Саудовской Аравии, Нигерии, Мавритании, Ирака, Конго, Колумбии, Чада и Алжира.

    В 2008 году Chevron получила прибыль в размере 23,9 миллиарда долларов, в то время как почти половина ее импорта — 138 миллионов баррелей нефти — поступила из этих стран. ExxonMobil заработала 45,2 миллиарда долларов, получая 43 процента своей нефти — 205,6 миллиона баррелей — из этих стран. Около трети импорта ВР — 110,6 млн баррелей — приходилось на эти страны в 2008 году, когда прибыль компании составляла 25 долларов.6 миллиардов.

    Приблизительно 25% импорта ConocoPhillips приходилось на «опасные или нестабильные» страны — 116,7 млн ​​баррелей — в 2008 г., что принесло ей прибыль в размере 52,7 млрд долларов. В том же году Shell заработала 31,4 миллиарда долларов, также импортировав четверть своей нефти — 61,8 миллиона баррелей — из этих стран. (Примечание: «Шелл» включает Shell Chemical LP, Shell Chemical Yabucoa Inc, Shell US Trading Co, Shell Oil Co и Shell Oil Co Deer Park).

    С такими деньгами неудивительно, что Большая Нефть делает все возможное, чтобы сохранить статус-кво.Компании тратят рекордные суммы на лоббирование с целью прекращения принятия законов о чистой энергии и климате. Американский институт нефти потратил 75,2 миллиона долларов на связи с общественностью и рекламу в 2008 году, а в третьем квартале 2009 года нефтегазовая промышленность превзошла все остальные секторы, лоббируя изменение климата, при этом Exxon Mobil лидирует, потратив 7,2 миллиона долларов.

    Нефтяные компании также являются основным источником финансирования передовой группы API, Energy Citizens, которая делает ложные заявления о том, что законодательство об изменении климата станет национальным налогом на энергию и убьет рабочие места.На самом деле принятие законодательства о чистой энергии и сокращении загрязнения будет доступным и даже сэкономит деньги потребителей, создав при этом 1,7 миллиона рабочих мест.

    Чистая энергия может помочь оживить экономику

    Прямо сейчас у Соединенных Штатов есть возможность уменьшить свою зависимость от иностранной нефти, приняв политику сокращения загрязнения окружающей среды в области чистой энергии и глобального потепления, которая будет стимулировать восстановление экономики и долгосрочный устойчивый рост. В условиях сложной экономики и рекордной безработицы нам нужны эти деньги, вложенные сюда, чтобы повысить нашу экономическую конкурентоспособность.Вместо того, чтобы отправлять деньги за нефть за границу, инвестиции в инновации в области экологически чистых энергетических технологий способствовали бы экономическому росту и созданию рабочих мест.

    Сокращение импорта нефти за счет реформы экологически чистой энергетики сократит количество денег, отправляемых за границу за нефтью, сохранит больше денег дома для инвестиций и уменьшит загрязнение окружающей среды из-за глобального потепления. Анализ Центра американского прогресса показывает, что положения о чистой энергии в Американском законе о восстановлении и реинвестировании и ACES в совокупности будут приносить около 150 миллиардов долларов в год в виде новых инвестиций в чистую энергию в течение следующего десятилетия. Эти государственные расходы будут поступать в основном из частного сектора, а инвестиции создадут рабочие места и помогут снизить зависимость от нефти.

    И, создавая условия для сильного восстановления экономики, например выделяя больше средств на модернизацию энергетических и энергосберегающих проектов и предоставляя кредиты для производства продукции с низким уровнем выбросов углерода, мы можем дать Соединенным Штатам преимущество в гонке за чистую энергию. Инвестиции в экономику чистой энергии — это прямой путь к восстановлению нашей экономической стабильности и укреплению нашей национальной безопасности.

    Скачать памятку (pdf)

    Ребекка Лефтон — исследователь прогрессивных СМИ, а Дэниел Дж. Вайс — старший научный сотрудник и директор по климатической стратегии в Центре американского прогресса.

    Особая благодарность Винни Чен, Руди деЛеону и Кену Гуде.

    Для получения дополнительной информации по этой теме см.:

    .
    Опубликовано в категории: Разное

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.