Рецессия экономики: Что такое рецессия, и как она возникает — ITI Capital на vc.ru

Содержание

ВБ: мировую экономику ожидает тяжелейшая со времен Второй мировой войны рецессия — Экономика и бизнес

ВАШИНГТОН, 8 июня. /ТАСС/. Спад в мировой экономике в 2020 году составит 5,2%, ожидается самая тяжелая со времен Второй мировой войны рецессия. Об этом говорится в опубликованном в понедельник июньском докладе Всемирного банка (ВБ) «Перспективы мировой экономики».

«Пандемия нового коронавируса и ограничительные меры по ее сдерживанию оказали резкое и масштабное шоковое воздействие на мировую экономику, погрузив ее в глубокую рецессию. В этом году мировую экономику ожидает падение на 5,2%. Этот спад станет самым глубоким со времен Второй мировой войны, а сокращение объемов производства на душу населения затронет наибольшую долю стран с 1870 года», — подчеркивают авторы доклада.

Так, они прогнозируют падение экономической активности на 7% в странах с развитой экономикой в 2020 году на фоне серьезных потрясений, затронувших внутренний спрос и предложение, торговлю и финансы.

«В странах с формирующимся рынком и развивающихся странах в этом году прогнозируется спад на 2,5% — первая всеобъемлющая рецессия в этой группе стран, как минимум, за шестьдесят лет. Доходы на душу населения, как ожидается, снизятся в этом году на 3,6%, что ввергнет миллионы людей в крайнюю бедность, — считают в ВБ — Сложнее всего приходится тем странам, в которых течение пандемии приняло особенно тяжелый характер, и которые серьезно зависят от мировой торговли, туризма, экспорта сырья и внешнего финансирования».

«Это чрезвычайно отрезвляющий прогноз: весьма вероятно, что нынешний кризис оставит глубокие шрамы и станет причиной крупных общемировых проблем, — отметила в связи с публикацией доклада вице-президент ВБ по вопросам справедливого роста, финансов и институтов Джейла Пазарбашиоглу. — Наша задача номер один — преодолеть эту глобальную чрезвычайную ситуацию в здравоохранении и экономике. После этого мировое сообщество должно объединить усилия, чтобы найти способы как можно более быстрого и устойчивого оживления экономики — и не допустить дальнейшего роста масштабов бедности и безработицы».

Основания прогноза

Как пояснили авторы доклада, прогноз составлен исходя из предположений о том, что спад пандемии будет достаточным для отмены национальных мер по ее смягчению в странах с развитой экономикой к середине года, а в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах немного позже. В ВБ основывались на смягчении во второй половине 2020 года неблагоприятных глобальных последствий пандемии, непродолжительности проблем на финансовых рынках. В таком случае в следующем году, как прогнозируется, рост мировой экономики оживится и достигнет 4,2%, в странах с развитой экономикой он составит 3,9%, а в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах ускорится до 4,6%. «Однако этот прогноз отличается крайней неопределенностью, и налицо преобладание рисков негативного развития ситуации, включая затяжную пандемию, потрясения в финансовой системе и нарушения глобальных торгово-сбытовых связей», — поясняют специалисты.

По оценкам ВБ, в экономике США в этом году прогнозируется спад на 6,1%, что станет «отражением потрясений, связанных с принятием мер по сдерживанию пандемии». При этом объем производства в зоне евро в 2020 году, как ожидается, сократится на 9,1%, а экономику Японии, по прогнозам, ждет спад на 6,1%.

Негативный сценарий и возможность ухудшения прогнозов

Авторы доклада также рассмотрели и негативный сценарий, согласно которому, в этом году мировую экономику может ожидать падение на 8%, а в 2021 году — слабый рост немногим более чем на 1%, при этом производство в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах сократится в этом году почти на 5%.

«Нынешние события уже вызвали беспрецедентный по стремительности и резкости пересмотр прогнозов роста мировой экономики в сторону понижения. Судя по опыту прошлого, нам, возможно, еще предстоит пересмотреть прогнозы роста в сторону дальнейшего понижения, а это подразумевает, что властям [государств по всему миру], возможно, надо быть готовыми принять дополнительные меры по стимулированию деловой активности», — отметил директор Департамента изучения перспектив экономического развития ВБ Айхан Косе.

Вспышка вызываемого коронавирусной инфекцией заболевания была зафиксирована в конце 2019 года в Центральном Китае и распространилась на большинство стран. 11 марта Всемирная организация здравоохранения признала ее пандемией. Все страны и территории были вынуждены принять различные экстренные меры санитарно-эпидемиологического характера, что привело к возникновению глубокого международного экономического кризиса. По прогнозу МВФ, в текущем году в мировой экономике будет зафиксирован спад в размере 3%. С начала пандемии коронавирусом в мире заразились 7 млн человек, более 400 тыс. умерли. 

S&P предсказало глобальную рецессию :: Экономика :: РБК

В этом году мировая экономика скатится в рецессию впервые с 2009 года, прогнозирует агентство S&P. Передвижения людей в мире резко сократились, кредитные рынки сжимаются, а волатильность подскочила до рекордных значений

Фото: Qilai Shen / Bloomberg

Мировая экономика все-таки скатится в рецессию в этом году, прогнозирует S&P Global Ratings. «По мере распространения пандемии коронавируса и ухудшения темпов экономического роста на фоне рыночной волатильности и растущего кредитного стресса мы прогнозируем глобальную рецессию в этом году при общем росте ВВП лишь на 1–1,5%. Риски остаются явно на стороне понижения прогнозов», — говорится в обзоре S&P «Глобальная рецессия здесь и сейчас» (есть у РБК).

Из отчета неясно, прогнозирует ли S&P спад мирового ВВП в квартальном выражении по ходу 2020 года при росте за весь год или считает рецессией темпы роста ниже 2%. Экономисты банка Citigroup в 2016 году аргументировали, что глобальный рост ниже 2% должен фактически считаться рецессией.

Под технической рецессией понимается снижение ВВП в течение двух кварталов подряд, но академические экономисты обычно смотрят на это понятие глубже — сквозь призму нескольких индикаторов нисходящего делового цикла.

S&P отмечает, что с начала марта влияние коронавируса на мировую экономику резко усилилось. Данные экономической статистики остаются фрагментарными, но предварительные индикаторы по китайской экономике за январь–февраль оказались гораздо хуже, чем ожидалось. В Европе и США появляется все больше ограничений на контакты между людьми, а на рынках это проявляется во всеобщем бегстве от риска.

«Путешествия и деловые поездки сокращаются, школы закрываются. Массовые собрания (спортивные мероприятия, походы в театр) откладываются, что бьет по отраслям гостеприимства. Офисы и фабрики пустеют по мере того, как компании переводят работников на удаленный режим работы», — перечисляет S&P базовые эффекты коронавируса.

Рецессия — глоссарий

Рецессия – это снижение экономической активности, которая выражается в ухудшении макроэкономических показателей, в первую очередь уменьшении объёма валового внутреннего продукта (ВВП). Во время рецессии наблюдается рост безработицы, сокращение объёма инвестиций, умеренное падение уровня жизни тех категорий населения, которые связаны с бизнесом, в отличие от госслужащих, пенсионеров и рантье, чьё положение не ухудшается.

В некоторых странах различные уполномоченные государственные органы официально сообщают о наступлении рецессии при возникновении определённых обстоятельствах. Так, в США рецессию определяют, как значительное снижение деловой активности по всей экономике на протяжении нескольких месяцев, выражающееся в ухудшении показателей ВВП, реальных доходов, уровня занятости, объёмов промышленного производства и розничной торговли. В Великобритании рецессия фиксируется, если ВВП снижается в течение двух кварталов подряд.

В среде экономистов и деловых СМИ распространена грустная шутка, объясняющая отличие рецессии от депрессии: «Если твой сосед потерял работу, то это рецессия, а если потерял работу ты, то это депрессия».

Определение наступления рецессии происходит с задержкой. Данные по квартальным показателям ВВП в развитых странах публикуются с большой задержкой, а затем могут быть и пересмотрены, поэтому информация о наступлении рецессии иногда обнародуется после того, как она уже закончилась. Так что на момент такого объявления страны может находиться уже в состоянии кризиса или на стадии очередного подъёма. Соответственно, такие официальные данные представляют по большей части теоретический интерес для учёных-экономистов и не актуальны для реальных субъектов экономики.

В действительности значимую роль в принятии государственными органами и бизнесом экономических решений играет прогнозирование динамики ВВП, которое основывается на косвенных данных и не отличается высокой точностью. Кроме того, в экономической науке нет единого мнения относительно того, почему возникает рецессия и как её быстро преодолеть.

Выделяется несколько видов рецессий, в соответствии с фигурами, которые формируются на графике изменения ВВП во времени:

  • V-рецессия, характеризуется относительно сильным и быстрым падением ВВП с кратковременным пребыванием на «дне» и последующим быстрым восстановлением до прежних уровней;
  • U-рецессия, отличается относительно сильным и быстрым падением ВВП, долгим и стабильным пребыванием на «дне» с последующим быстрым восстановлением;
  • W-рецессия, провал с отскоком и вновь провал с отскоком, что похоже на две V-рецессии подряд;
  • L-рецессия, отличается быстрым падением ВВП с последующим долгим и плавным восстановлением.

Рецессия в экономике развитых стран — нередкое явление. В США после Второй мировой войны их наблюдалось более десяти, в Великобритании – не менее пяти. Начиная с конца XX века происходят глобальные рецессии, затрагивающие одновременно несколько и даже множество стран и целых континентов, как, например, в 1998, 2000–2001 и 2008–2009 годах.

COVID-19 грозит ввергнуть мировую экономику в тяжелейшую рецессию со времен Второй мировой войны

Во всех регионах ожидается резкое сокращение дохода на душу населения

ВАШИНГТОН, 8 июня 2020 года — Пандемия коронавируса и карантинные меры по ее сдерживанию оказали резкое и масштабное шоковое воздействие на мировую экономику, погрузив ее в глубокую рецессию. По прогнозам Всемирного банка, в этом году экономику планеты ждет сжатие на 5,2%[1]. Этот спад станет самым глубоким со времен Второй мировой войны, а сокращение объемов производства на душу населения затронет наибольшую долю стран с 1870 года. Об этом говорится в выпуске доклада Всемирного банка «Перспективы мировой экономики» за июнь 2020 года.

На фоне серьезных потрясений, затронувших внутренний спрос и предложение, торговлю и финансы, в странах с развитой экономикой в 2020 году ожидается сжатие экономической активности на 7%. В странах с формирующимся рынком и развивающихся странах (СФРРС) в этом году прогнозируется спад на 2,5% – первая всеобъемлющая рецессия в этой группе стран, как минимум, за шестьдесят лет. Доходы на душу населения, как ожидается, снизятся в этом году на 3,6% – и это ввергнет миллионы людей в крайнюю бедность.

Сложнее всего приходится тем странам, в которых течение пандемии приняло особенно тяжелый характер, и которые серьезно зависят от мировой торговли, туризма, экспорта сырья и внешнего финансирования. И хотя масштабы потрясений в различных регионах разнятся, у всех СФРРС есть свои слабости, которые усугубляются внешними шоками. Более того, весьма вероятно, что перебои с доступом к школьному обучению и первичной медицинской помощи окажут долговременное негативное воздействие на развитие человеческого капитала.

«Это чрезвычайно отрезвляющий прогноз: весьма вероятно, что нынешний кризис оставит глубокие шрамы и станет причиной крупных общемировых проблем», – признала вице-президент Группы Всемирного банка по вопросам справедливого роста, финансов и институтов Джейла Пазарбашиоглу.

– «Наша задача номер один – преодолеть эту глобальную чрезвычайную ситуацию в здравоохранении и экономике. После этого мировое сообщество должно объединить усилия, чтобы найти способы как можно более быстрого и устойчивого оживления экономики – и не допустить дальнейшего роста масштабов бедности и безработицы».

Базовый прогноз составлен исходя из предположений о том, что спад пандемии будет достаточным для отмены национальных мер по ее смягчению в странах с развитой экономикой к середине года, а в СФРРС – немного позже, что неблагоприятные глобальные последствия сгладятся во втором полугодии, а сбои на финансовых рынках не будут продолжительными, и в этом случае прогнозируется, что в 2021 году рост мировой экономики оживится и достигнет 4,2% – при этом в странах с развитой экономикой он составит 3,9%, а в СФРРС ускорится до 4,6%. Однако этот прогноз отличается крайней неопределенностью, и налицо преобладание рисков негативного развития ситуации, включая повышенную продолжительность пандемии, потрясения в финансовой системе и нарушения глобальных торгово-сбытовых связей. Еcли события будут развиваться по пессимистическому сценарию, то в этом году мировую экономику может ожидать сжатие на целых 8%, а затем, в 2021 году, – вялый восстановительный рост немногим более чем на 1%, при этом производство в СФРРС сократится в этом году почти на 5%.

В экономике США в этом году прогнозируется сжатие на 6,1%, которое станет отражением потрясений, связанных с принятием мер по обузданию пандемии. Объем производства в зоне евро в 2020 году, как ожидается, сократится на 9,1%: широко распространившиеся вспышки заболевания пагубно сказались на деловой активности. Экономику Японии, по прогнозам, ждет спад на 6,1% – профилактические меры вызвали затухание экономической активности.

«Рецессия, вызванная пандемией COVID-19, во многих отношениях уникальна и, по всей вероятности, станет самой глубокой в странах с развитой экономикой со времен Второй мировой войны, а также первым случаем сокращения объемов производства в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах, как минимум, за шестьдесят лет», – отметил директор Департамента изучения перспектив экономического развития Всемирного банка Айхан Косе. – «Нынешние события уже вызвали беспрецедентный по стремительности и резкости пересмотр прогнозов роста мировой экономики в сторону понижения. Судя по опыту прошлого, нам, возможно, еще предстоит пересмотреть прогнозы роста в сторону дальнейшего понижения, а это подразумевает, что директивным органам, возможно, надо быть готовыми принять дополнительные меры по стимулированию деловой активности».

В аналитических главах этого выпуска доклада «Перспективы мировой экономики» рассматриваются ключевые аспекты этих экономических потрясений, уже вошедших в историю:

  • Насколько глубокой окажется рецессия, вызванная пандемией COVID-19? Проанализировав ситуацию в экономике 183 стран и территорий за период с 1870 по 2021 год, мы представляем исторический обзор происходивших в мире рецессий.
  • Возможные сценарии экономического роста: краткосрочные прогнозы темпов экономического роста отличаются необычно высокой неопределенностью; рассматриваются альтернативные сценарии.
  • В какой мере наличие неформальной экономики усугубляет последствия пандемии? Пандемия, по всей вероятности, более пагубно скажется на здравоохранении и экономике стран с обширным неформальным сектором экономики.
  • Перспективы стран с низким уровнем дохода: пандемия наносит тяжелый ущерб населению и экономике беднейших стран.
  • Макроэкономические последствия для регионов: у каждого региона есть свои слабости, определяющие его уязвимость к пандемии и связанному с ней экономическому спаду.
  • Последствия для глобальных производственно-сбытовых цепей: сбои в глобальных производственно-сбытовых цепях способны усугубить шоковое воздействие пандемии на торговлю, производство и финансовые рынки.
  • Глубокие шрамы пандемии: весьма вероятно, что глубокая рецессия нанесет долговременный ущерб инвестициям, приведет к истощению человеческого капитала вследствие безработицы и спровоцирует нарушение глобальных торговых и производственно-сбытовых связей (опубликовано 2 июня).
  • Последствия дешевизны нефти: низкие цены на нефть, установившиеся вследствие беспрецедентного сокращения спроса, едва ли способны смягчить последствия пандемии, но могут в известной мере поддержать восстановление экономики (опубликовано 2 июня).

Пандемия ярко высветила настоятельную необходимость принятия мер в области здравоохранения и экономической политики, в том числе глобального сотрудничества, в целях смягчения ее последствий, защиты уязвимых слоев населения и укрепления способности стран предотвращать подобные события в будущем и справляться с ними. Особенно уязвимы страны с формирующейся рыночной экономикой и развивающиеся страны, и им крайне важно укреплять системы здравоохранения, решать проблемы, связанные с неформальным сектором экономики и ограниченностью масштаба систем социальной защиты, а также проводить реформы, позволяющие обеспечить уверенный и устойчивый рост экономики после преодоления нынешнего кризиса.

Страны с формирующейся рыночной экономикой и развивающиеся страны, которые располагают соответствующими бюджетными возможностями и могут привлечь финансирование на приемлемых условиях, могли бы рассмотреть возможность принятия дополнительных мер стимулирования, если последствия пандемии сохранятся. Эти меры следует дополнить шагами, способствующими убедительному восстановлению устойчивости налогово-бюджетной сферы в среднесрочной перспективе, в том числе обеспечивающими укрепление налогово-бюджетной системы, расширенную мобилизацию внутренних доходов, повышение эффективности расходов и прозрачности налогово-бюджетной сферы и условий заимствований. Прозрачность всех государственных финансовых обязательств, квазидолговых инструментов и инвестиций – одно из ключевых условий формирования привлекательного инвестиционного климата, и в текущем году в этом направлении можно было бы добиться существенного прогресса.

Скачать доклад «Перспективы развития мировой экономики» за июнь 2020 года.

Перспективы по регионам:

Восточная Азия и Тихоокеанский регион. По прогнозам, темпы экономического роста в регионе упадут в 2020 году до 0,5% и окажутся на самом низком уровне с 1967 года, что станет отражением потрясений, связанных с пандемией. Подробности см. в региональном обзоре.

Европа и Центральная Азия. В экономике региона прогнозируется спад на 4,7%, рецессия затронет почти все страны. Подробности см. в региональном обзоре.

Латинская Америка и Карибский бассейн. Шоковое воздействие пандемии приведет в 2020 году к глубокому спаду экономической активности в регионе – на 7,2%. Подробности см. в региональном обзоре.

Ближний Восток и Северная Африка. Согласно прогнозам, на Ближнем Востоке и в Северной Африке ожидается спад экономической активности на 4,2% вследствие пандемии и развития ситуации на нефтяных рынках. Подробности см. в региональном обзоре.

Южная Азия. В 2020 году в регионе прогнозируется сжатие экономической активности на 2,7%, поскольку меры по сдерживанию пандемии тормозят потребление и работу сферы услуг, а неопределенность относительно дальнейшего хода пандемии сдерживает частные инвестиции. Подробности см. в региональном обзоре.

Африка к югу от Сахары. В 2020 году в регионе предстоит спад экономической активности на 2,8% – самый глубокий из наблюдавшихся до сих пор. Подробности см. в региональном обзоре.

 

Действия Группы Всемирного банка по борьбе с COVID-19:

Группа Всемирного банка, являющаяся одним из крупнейших в мире источников финансовых средств и знаний для развивающихся стран, принимает масштабные, оперативные меры помощи развивающимся странам в повышении эффективности их борьбы с пандемией. Мы содействуем проведению медицинских мероприятий, работаем над обеспечением бесперебойных поставок важнейших товаров и оборудования, а также оказываем помощь частному сектору, позволяющую ему продолжать хозяйственную деятельность и сохранять рабочие места. В течение 15 месяцев более 100 стран мира получат от Группы Банка до 160 млрд долл. США – в том числе новые ресурсы МАР объемом 50 млрд долл. США в виде грантов или льготных кредитов – в качестве финансовой помощи на защиту бедных и уязвимых слоев населения, поддержку бизнеса и ускорение восстановления экономики.

 

[1] Рассчитано с использованием взвешенных показателей на основе рыночных обменных курсов.

Выдача подъемных: рецессию в России объявили завершившейся | Статьи

Рецессия в России пришла к финалу — к такому выводу пришли в Высшей школе экономики, изучив динамику роста макроэкономических показателей. С мнением аналитиков ВШЭ, впрочем, согласны не все эксперты. В то же время и российские, и зарубежные аналитики указывают на то, что с коронакризисом Россия справилась гораздо лучше многих. Какие диагнозы ставят российской экономике и чего ждут от нее дальше, выяснили «Известия».

Два квартала

О завершении рецессии в российской экономике говорится в бюллетене «Комментарии о государстве и бизнесе», подготовленном институтом «Центр развития» Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ).

«Важный вывод состоит в том, что рост основных макропоказателей в течение двух кварталов подряд в конце 2020 года формально позволяет говорить об окончании рецессии в России уже к началу 2021 года», — указано в «Комментариях».

Как поясняют экономисты, рост ВВП и инвестиций наблюдался уже в III и IV кварталах 2020 года. ВВП показывал поквартальные темпы 4,2% и 1,7%, а инвестиции в основной капитал — 1,2% и 0,4%, соответственно.

Фото: ТАСС/Ведомости/Андрей Гордеев

Кроме того, относительно слабый спад инвестиционной активности в 2020 году — одно из подтверждений того, что Россия переживает «коронакризис» менее болезненно, чем мир в целом.

«С другой стороны, не следует забывать, что еще до пандемии в России имело место существенное замедление инвестиционного процесса. Следовательно, можно говорить об эффекте низкой базы. Кроме того, не следует забывать, что самоизоляция, ограничения на перемещение и проведение массовых мероприятий очень сильно ударили лишь по ряду отраслей: по транспортной отрасли, деятельности гостиниц и предприятий общепита и т. д.», — говорится в бюллетене.

Как отмечает Максим Лалакин, член комитета по недвижимости «Деловой России», главным маркером окончания рецессии стало глобальное оживление рынка недвижимости в России — в первую очередь благодаря программе льготной ипотеки и снижению ключевой ставки.

«Строительный сектор тянет за собой логистику (перевозки), производство материалов, и, конечно, рынок труда. Отсюда экономика насыщается реальными деньгами, а следовательно, растут и другие отрасли. Плюс в окончании рецессии в России сыграли роль также мировые рынки. Мировой спрос на металл вызвал рост цен и в нашей стране, а следовательно, и увеличение его производства» — указал он.

Преждевременная радость

Впрочем, с выводами НИУ ВШЭ большинство опрошенных «Известиями» экспертов не согласились. Экономическое положение в России — менее критичное, чем в большинстве западных стран и Китае. Однако говорить о том, что спад завершился, несколько преждевременно, отмечает Людмила Шкваря, профессор экономического факультета РУДН.

«Действительно, в III квартале 2020 года отмечен рост инвестиций и ВВП, но этот квартал традиционно наиболее активный в году в России. Уже в IV квартале темп роста этих показателей существенно замедлился, что не соответствует ключевым условиям окончания спада» — отмечает экономист.

Вопросы вызывает и правило «двух кварталов» (рост ВВП на протяжении двух кварталов подряд). Так, по мнению ряда влиятельных институтов, как, например, Национальное бюро экономического анализа США (NBER), фаза рецессии определяется не только этим правилом, но и изменением макроэкономических показателей реальных доходов, занятости населения, промышленного производства и торговли на протяжение нескольких кварталов. А здесь всё не так хорошо: реальные доходы населения по итогам 2020 года упали на 3,5%, объем промышленного производства — на 2,9%.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Константин Кокошкин

«Таким образом, несмотря на формальное выполнение условий окончания рецессии, говорить о переходе экономического цикла к фазе роста пока что преждевременно, — указывает Дмитрий Панов, председатель Санкт-Петербургского регионального отделения «Деловой России». — Это связано с возможным пересмотром и переоценкой квартального ВВП страны, а также с возможностью его падения в следующем квартале и развития ситуации по W-образной траектории восстановления».

По мнению Виталия Манкевича, президента Русско-Азиатского союза промышленников и предпринимателей, говорить о переходе к росту можно будет не раньше апреля, когда появится статистика за I квартал. «Коллеги из ВШЭ объяснили завершение рецессии тем, что в III и IV кварталах был рост ВВП квартал к кварталу, но такие выводы можно делать, только сравнивая с аналогичным периодом прошлого года. Если считать «правильно», то мы всё еще в рецессии и сможем выйти из нее в I или II квартале 2021 года» — поясняет он.

Лучше, чем у других

Эксперты ВШЭ также оценили антикризисные меры в России и пришли к выводу, что наша страна впервые с 1991 года прошла кризис лучше, чем мир в целом.

«По итогам 2020 года было зафиксировано снижение российского ВВП на 3,1%. Это несколько хуже результата кризисного 2015 года (–2,0%), но заметно лучше 2009 года (–7,8%). Особенно примечателен такой результат на фоне сильнейшей с середины XX века рецессии в мировой экономике (–3,5% по предварительным оценкам МВФ)», — отмечают экономисты. По их мнению, смягчить падение российской экономики помогли антикризисные меры, действие бюджетного правила, а также проводимая политика таргетирования инфляции.

В начале февраля действия российских властей в период экономического кризиса высоко оценил и Международный валютный фонд. По оценкам МВФ, продолжающееся восстановление ускорится к середине 2021 года — после отступления второй волны коронавируса. А более быстрому восстановлению экономики может помочь эффективность российской вакцины от COVID-19.

Фото: Global Look Press/Thomas Trutschel

Хорошие перспективы российской экономике предрекло и агентство Bloomberg, признав Россию одним из самых многообещающих развивающихся рынков.

Авторы рейтинга Bloomberg изучили 17 стран на основе 11 показателей экономической и финансовой стабильности, среди которых прогноз по росту ВВП, размер внешнего долга, валютные резервы, реальная процентная ставка. Фактически исследование показало, кто лучше сумеет «догнать и перегнать» после нынешнего провала. Россия оказалась на втором месте. Аналитики указали на надежный бюджетный профиль, хорошую инвестиционную позицию и крайне низкий уровень госдолга при высоком уровне международных валютных резервов ЦБ, которые полностью его покрывают. Это означает, что вероятность дефолта сведена к минимуму.

В 2021 году Bloomberg обещает России достаточно высокий экономический рост — 3%. Российские эксперты более сдержанны в прогнозах. В первом полугодии темпы роста ВВП могут даже превысить 3% — скажется эффект низкой базы. Однако затем мы вполне можем вернуться к темпам роста, которые были характерны для нашей экономики в допандемический период, считает ведущий аналитик QBF Олег Богданов. Основную угрозу представляет рост инфляции и ужесточение монетарных условий, которое может начаться после повышения ключевой ставки Банком России.

Эксперты ВШЭ сообщили об окончании рецессии в экономике России

Рецессия в экономике России формально уже завершилась, говорится в бюллетене «Комментарии о государстве и бизнесе», который подготовили эксперты Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (ВШЭ).

«Рост основных макропоказателей в течение двух кварталов подряд в конце 2020 года формально позволяет говорить об окончании рецессии в России уже к началу 2021 года», — говорится в исследовании. Рост ВВП и инвестиций наблюдался уже в третьем и четвертом кварталах 2020 года, уточняют эксперты. По оценкам ВШЭ, в этот период ВВП вырос квартал к кварталу на 4,2% и 1,7%, а инвестиции в основной капитал — на 1,2% и 0,4% соответственно.

При этом в начале февраля Росстат сообщил, что в 2020 году ВВП России упал на 3,1%, продемонстрировав максимальное падение с 2009 года, когда экономика рухнула на 7,8% на фоне кризиса.

Реклама на Forbes

Эффект COVID-19: как мировая экономика переживает пандемию и каким будет 2021 год

«Барометром кризиса» можно назвать инвестиции, отмечают аналитики ВШЭ. По их словам, тот факт, что в кризисном 2020 году инвестиции в России сократились только на 1,4%, говорит как о готовности экономики страны противостоять кризисам, так и об эффекте низкой базы: инвестиционные процессы в России существенно замедлились еще до пандемии. Эксперты уточнили, что в прошлом году необычная для кризисных периодов стабильность суммарного объема внутренних источников инвестиций сопровождалась резким снижением притока прямых иностранных инвестиций.

«Если исходить из гипотезы о том, что кризис уже завершился, можно констатировать, что нынешнее падение инвестиционной активности было гораздо более мягким, чем в ходе двух предшествующих рецессий», — отмечают аналитики ВШЭ. По их данным, темпы падения инвестиций в 2020 году были существенно ниже, чем пиковые значения 2009 и 2015 годов, когда сокращение инвестиций достигало 20,9% и 13,1% в годовом выражении. Кроме того, продолжительность инвестиционной паузы во время прошлогоднего кризиса  составила всего два квартала, заявили эксперты. В 2008–2009 годах, по их данным, падение инвестиций длилось пять кварталов, а в 2014–2015 годах — одиннадцать кварталов подряд.

Счетная палата спрогнозировала резкое торможение экономики в 2021 году при повторном карантине

Кризис, который возник на фоне COVID-19, открыл новые возможности для отраслей, продукция или услуги которых востребованы в период пандемии или будут пользоваться спросом в «постковидной» экономике: фармацевтики, здравоохранения, агропромышленного комплекса (АПК), отмечают аналитики ВШЭ. По их словам, секторам АПК, ориентированным на экспорт, пандемия позволила «расширить внешнюю экспансию» на фоне ослабления рубля и возникновения дефицита продовольствия в ряде стран мира.

Сумма для обсуждения: о чьих деньгах говорили в 2020-м

14 фото

гистерезис, узкие места и эпоха большой дивергенции — Клуб «Валдай»

Эпоха после COVID-19 заслуживает того, чтобы назвать её эпохой большой дивергенции. Самая важная проблема, которую необходимо решить, – это явное усиление неравенства, вызванное пандемией, полагает Ким Хынчонг, президент Корейского института международной экономической политики. Статья подготовлена в продолжение сотрудничества между клубом «Валдай» и Корейским институтом международной экономической политики в рамках Валдайского проекта Think Tank.

Введение

Мировая экономика быстро восстанавливается после локдаунов, введённых по всему миру и приведших во 2 квартале 2020 года к самому тяжёлому спаду на сегодняшний день. Сегодня мы наблюдаем быстрое улучшение почти во всех секторах, за исключением некоторых видов услуг и деятельности малых предприятий.

Согласно обновлённому отчёту «Перспективы развития мировой экономики», опубликованному 27 июля, МВФ ожидает роста мировой экономики на 6,0 процента в 2021 году и на 4,9 процента в 2022 году. По сравнению с ростом мировой экономики на 2,8 процента в 2019 году мы можем ожидать весьма высоких показателей. Восстановление продолжится и в следующем году.

В частности, ожидается, что в 2021 году экономика США вырастет на 7,0 процента. Обновлённые показатели значительно отличаются от предыдущих прогнозов, опубликованных в ноябре прошлого года, которые предполагали рост в США в этом году на 3,1 процента. С тех пор МВФ продолжал повышать свой прогноз по экономике США по сравнению с предыдущими прогнозами –5,1 процента и 6,4 процента годового роста. Прогнозируемые темпы роста в США в 2022 году также были увеличены с 3,5 процента в апреле до 4,9 процента. Прогнозы роста для еврозоны и Кореи в 2021 и 2022 годах также были пересмотрены в сторону повышения.

Темпы активного восстановления экономики превышают «ожидания». Но означает ли это, что ситуация непредсказуема? Я бы так не сказал. Вопрос в том, как мы должны рассматривать экономическую рецессию, вызванную глобальной пандемией, – или Великую ковидную рецессию, как я её называю. Другой вопрос – появится ли эффект гистерезиса? Этот эффект наблюдается в тех случаях, когда мировая экономика восстанавливается после рецессии и негативного шока, но последствия этого шока продолжают существовать даже после того, как причины были устранены.

Более резкое восстановление, чем ожидалось, конечно, может вызвать опасения по поводу инфляции. Говорят даже, что распространение штамма «Дельта» вызовет стагфляцию. Эти предположения имеют под собой почву. Однако более чёткое понимание природы нынешней рецессии может привести к иным суждениям о возможной инфляции.

Разумеется, это не означает, что всё прекрасно. Различия между правительствами в финансовых возможностях и способности поставлять вакцины, скорее всего, могут привести к большому разрыву между странами. 

Рецессия без гистерезиса

Для правильного понимания экономической рецессии 2020 года, вызванной COVID-19, было бы полезно прояснить факторы, стоявшие за предыдущими рецессиями и/или депрессиями в истории мировой экономики. Великая депрессия 1930-х годов была вызвана и факторами спроса (недостаток потребления по сравнению с производством или недостаток инвестиций по сравнению со сбережениями), и факторами предложения (избыток предложения или избыток экономических возможностей). И то, и другое означало серьёзный структурный дисбаланс между спросом и предложением, который не мог быть быстро устранён. Однако после экономического коллапса, вызванного Второй мировой войной, которая опустошила европейские страны (например, Францию), у экономик не было возможности восстановиться за короткий период времени. Предложение было просто парализовано.

Спад, вызванный двумя нефтяными потрясениями 1970-х годов, был порождён в основном факторами предложения. Из-за стремительно растущих цен на нефть, которая была основой промышленности, кейнсианская политика, проводившаяся в то время, приводила лишь к стагфляции. Более свежим примером может служить глобальный финансовый кризис 2008 года. Экономический шок был вызван кризисом высокорискованной ипотеки, когда завышенный уровень экономического оптимизма после пресловутой «эры Златовласки» привёл к чрезмерным инвестициям в субстандартные активы, обеспеченные ипотекой, и в конечном итоге компании и банки в смежных секторах обанкротились из-за лопнувшего пузыря. Это привело к кредитному кризису.

Именно характер экономического спада вызывает эффект гистерезиса, когда отрицательный шок оставляет постоянный след в экономике. Даже после того как шок утихает и темпы экономического роста возвращаются к докризисному уровню, в экономике остаются неизгладимые шрамы и траектория роста навсегда отклоняется от той траектории, которая была бы реализована без кризиса (см. график ниже). В случае глобального финансового кризиса 2008 года область на графике между тонкой пунктирной линией и зелёной сплошной линией может рассматриваться как постоянная потеря экономического роста, вызванная кризисом. Это эффект гистерезиса. 


По сравнению с периодическими экономическими кризисами, происходившими на протяжении всей истории, экономический кризис 2020 года, связанный с COVID-19, отличается своей новизной. При отсутствии какого-либо серьёзного дисбаланса в спросе и предложении и даже любого дисбаланса во всей мировой экономике или какого бы то ни было кредитного кризиса пандемия вызвала исключительную ситуацию, когда личные контакты были запрещены, а поездки за границу ограничены.

COVID-19 погрузит мировую экономику в наихудшую рецессию со времен Второй мировой войны

Доходы на душу населения сократятся во всех регионах

ВАШИНГТОН, 8 июня 2020 г. — Быстрый и массовый шок пандемии коронавируса и меры по ее сдерживанию привели к серьезному спаду мировой экономики. По прогнозам Всемирного банка, в этом году мировая экономика сократится на 5,2%. 1 Это будет самая глубокая рецессия со времен Второй мировой войны, когда у самой большой части экономик будет наблюдаться снижение производства на душу населения с 1870 года, говорится в докладе Всемирного банка Global Economic Prospects за июнь 2020 года.

Ожидается, что в 2020 году экономическая активность в странах с развитой экономикой сократится на 7%, поскольку внутренний спрос и предложение, торговля и финансы серьезно подорваны. Ожидается, что в этом году число стран с формирующимся рынком и развивающихся стран (EMDE) сократится на 2,5%, что станет их первым сокращением в группе по крайней мере за шестьдесят лет. Ожидается, что доходы на душу населения снизятся на 3,6%, что в этом году приведет к крайней бедности миллионы людей.

Сильнее всего удар наносится по странам, где пандемия была наиболее серьезной и где сильная зависимость от мировой торговли, туризма, экспорта сырьевых товаров и внешнего финансирования.Хотя масштабы сбоев будут варьироваться от региона к региону, все EMDE имеют уязвимости, которые усугубляются внешними потрясениями. Более того, перебои в школьном обучении и доступе к первичной медико-санитарной помощи, вероятно, будут иметь длительные последствия для развития человеческого капитала.

«Это глубоко отрезвляющий прогноз, поскольку кризис, вероятно, оставит стойкие шрамы и создаст серьезные глобальные проблемы», — заявила вице-президент Группы Всемирного банка по вопросам справедливого роста, финансов и институтов Цейла Пазарбазиоглу. «Нашей первоочередной задачей является решение проблемы глобального здравоохранения и чрезвычайной экономической ситуации. Помимо этого, мировое сообщество должно объединиться, чтобы найти способы восстановить как можно более устойчивое восстановление, чтобы не допустить попадания большего числа людей в нищету и безработицу ».

Согласно базовому прогнозу, который предполагает, что пандемия отступит в достаточной степени, чтобы к середине года можно было отменить внутренние меры по смягчению последствий в странах с развитой экономикой и немного позже в странах с развитой экономикой, что позволит ослабить негативные глобальные вторичные эффекты во второй половине года, и что дислокации на финансовых рынках недолговечны — прогнозируется, что рост мировой экономики вернется к 4.2% в 2021 году, так как в странах с развитой экономикой рост составит 3,9%, а в странах EMDE — 4,6%. Однако перспективы весьма неопределенны, и преобладают риски ухудшения ситуации, в том числе возможность более затяжной пандемии, финансовых потрясений и отказа от глобальных торговых и производственных связей. Сценарий ухудшения ситуации может привести к сокращению мировой экономики на целых 8% в этом году, за которым последует вялое восстановление в 2021 году чуть более чем на 1%, при этом производство в странах EMDE сократится почти на 5% в этом году.

У.Прогнозируется, что в этом году S.conomy сократится на 6,1%, что отражает сбои, связанные с мерами по борьбе с пандемией. Ожидается, что производство в зоне евро сократится на 9,1% в 2020 году, поскольку широко распространенные вспышки серьезно подорвали активность. Ожидается, что экономика Японии сократится на 6,1%, поскольку превентивные меры замедлили экономическую активность.

«Рецессия COVID-19 уникальна во многих отношениях и, вероятно, станет самой глубокой в ​​странах с развитой экономикой со времен Второй мировой войны и первым сокращением производства в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах по крайней мере за последние шесть десятилетий», сказал Директор Группы перспектив Всемирного банка Айхан Козе . «В текущем эпизоде ​​уже произошло самое быстрое и резкое снижение прогнозов глобального роста за всю историю наблюдений. Если прошлое может служить ориентиром, то, возможно, ожидаются дальнейшие спады роста, а это означает, что директивным органам, возможно, потребуется быть готовыми к применению дополнительных мер для поддержки деятельности ».

Аналитические разделы в этом выпуске Global Economic Prospects рассматривают ключевые аспекты этого исторического экономического шока:

  • Насколько глубока будет рецессия COVID-19? Исследование 183 экономик за период 1870-2021 гг. Предлагает историческую перспективу глобальной рецессии.
  • Сценарии возможных результатов роста: Краткосрочные прогнозы роста подвержены необычной степени неопределенности; рассматриваются альтернативные сценарии.
  • Как неформальность усугубляет последствия пандемии? Медицинские и экономические последствия пандемии, вероятно, будут хуже в странах с широко распространенной неформальной обстановкой.
  • Перспективы для стран с низкими доходами: Пандемия наносит тяжелый человеческий и экономический урон беднейшим странам.
  • Региональные макроэкономические последствия: Каждый регион сталкивается со своими собственными уязвимостями перед пандемией и связанным с ней спадом.
  • Влияние на глобальные цепочки создания стоимости: Нарушения в глобальных цепочках создания стоимости могут усилить потрясения, вызванные пандемией, на торговых, производственных и финансовых рынках.
  • Долговременные шрамы пандемии: Глубокие рецессии, вероятно, нанесут долгосрочный ущерб инвестициям, подорвут человеческий капитал из-за безработицы и послужат катализатором отхода от глобальных торговых и производственных связей.(Опубликовано 2 июня)
  • Последствия дешевой нефти: Низкие цены на нефть, являющиеся результатом беспрецедентного падения спроса, вряд ли смягчат последствия пандемии, но могут оказать некоторую поддержку во время восстановления. (Опубликовано 2 июня)

Пандемия подчеркивает острую необходимость в действиях в области здравоохранения и экономической политики, включая глобальное сотрудничество, для смягчения ее последствий, защиты уязвимых групп населения и укрепления потенциала стран по предотвращению подобных событий и борьбе с ними в будущем.Для стран с формирующимся рынком и развивающихся стран, которые особенно уязвимы, критически важно укреплять системы общественного здравоохранения, решать проблемы, связанные с неформальным сектором и ограниченными сетями социальной защиты, и проводить реформы для обеспечения уверенного и устойчивого роста после того, как кризис пройдет.

Страны с формирующимся рынком и развивающиеся страны с доступными финансовыми возможностями и доступными условиями финансирования могут рассмотреть вопрос о дополнительных стимулах, если последствия пандемии сохранятся. Это должно сопровождаться мерами, способствующими надежному восстановлению устойчивости бюджета в среднесрочной перспективе, включая меры по укреплению налогово-бюджетной базы, повышению мобилизации внутренних доходов и эффективности расходов, а также повышению прозрачности бюджета и долга.Прозрачность всех государственных финансовых обязательств, долговых инструментов и инвестиций является ключевым шагом в создании привлекательного инвестиционного климата, и в этом году можно добиться значительного прогресса.

Загрузите отчет о глобальных экономических перспективах за июнь 2020 г.

Региональные прогнозы:

Восточная Азия и Тихоокеанский регион: Прогнозируется, что рост в регионе снизится до 0,5% в 2020 году, что является самым низким показателем с 1967 года, что отражает нарушения, вызванные пандемией.Для получения дополнительной информации см. Региональный обзор.

Европа и Центральная Азия: По прогнозам, экономика региона сократится на 4,7%, при этом почти во всех странах будет спад. Для получения дополнительной информации см. Региональный обзор.

Латинская Америка и Карибский бассейн: Шок, вызванный пандемией, приведет к падению региональной экономической активности на 7,2% в 2020 г. Подробнее см. Региональный обзор.

Ближний Восток и Северная Африка: Ожидается, что экономическая активность на Ближнем Востоке и в Северной Африке сократится в 4 раза.2% в результате пандемии и развития нефтяного рынка. Для получения дополнительной информации см. Региональный обзор

Южная Азия: По прогнозам, экономическая активность в регионе сократится на 2,7% в 2020 году, поскольку меры по смягчению последствий пандемии затрудняют потребление и деятельность в сфере услуг и поскольку неопределенность в отношении хода пандемии снижает частные инвестиции . Для получения дополнительной информации см. Региональный обзор.

Африка к югу от Сахары: Экономическая активность в регионе сокращается на 2.8% в 2020 году, самый высокий показатель за всю историю. Для получения дополнительной информации см. Региональный обзор.

Ответ Группы Всемирного банка на COVID-19

Группа Всемирного банка, один из крупнейших источников финансирования и знаний для развивающихся стран, принимает широкие и быстрые меры, чтобы помочь развивающимся странам усилить ответные меры на пандемию. Мы поддерживаем меры общественного здравоохранения, работаем над обеспечением поставок критически важных материалов и оборудования и помогаем частному сектору продолжать работу и поддерживать рабочие места.Мы направим финансовую поддержку на сумму до 160 миллиардов долларов в течение 15 месяцев, чтобы помочь более чем 100 странам защитить бедных и уязвимых, поддержать бизнес и ускорить восстановление экономики. Это включает 50 миллиардов долларов новых ресурсов МАР в виде грантов и очень льготных кредитов.

Посетите нас на Facebook: http://www.facebook.com/worldbank
Будьте в курсе новостей через Twitter: http://www.twitter.com/worldbank
Для нашего канала YouTube: http://www.youtube.com / worldbank

1 Использование взвешивания рыночных обменных курсов.

Следующая глобальная депрессия наступает на фоне коронавируса

Мир запутан и напуган. Число случаев заражения COVID-19 растет в США и во всем мире, даже в странах, которые когда-то думали, что они содержат вирус. Перспективы на следующий год в лучшем случае неопределенны; страны спешат производить и распространять вакцины с головокружительной скоростью, некоторые предпочитают обходить испытания критической фазы. Между тем, уровень безработицы остается головокружительно высоким, даже несмотря на то, что США.Фондовый рынок С. продолжает бросать вызов гравитации. Мы движемся к глобальной депрессии — периоду экономических бедствий, которые пережили лишь немногие из ныне живущих людей.

Мы не говорим о Гувервиле. Сегодня в США и в большинстве стран мира прочный средний класс. У нас есть системы социальной защиты, которых не было девять десятилетий назад. К счастью, это верно даже для развивающихся стран. Большинство правительств сегодня признают глубокую экономическую взаимозависимость между странами, созданную десятилетиями глобализации торговли и инвестиций.Но те, кто ожидает так называемого V-образного восстановления экономики, сценария, при котором производители вакцин победят COVID-19 и все сразу же вернутся к работе, или даже плавного и устойчивого долгосрочного восстановления, подобного тому, которое последовало за мировой финансовой ситуацией. кризис десятилетней давности будет разочарован.

Начнем со слова «депрессия». Общепринятого определения этого термина нет. Это неудивительно, учитывая, как редко мы сталкиваемся с катастрофами такого масштаба.Но есть три фактора, которые отделяют настоящую экономическую депрессию от простой рецессии. Во-первых, влияние глобальное. Во-вторых, это больше влияет на средства к существованию, чем любая рецессия, с которой мы сталкивались в нашей жизни. В-третьих, его плохие последствия сохранятся дольше.

Депрессия — это не период непрерывного экономического спада. В нем могут быть периоды временного прогресса, создающие видимость выздоровления. Великая депрессия 1930-х годов началась с краха фондового рынка в октябре 1929 года и продолжалась до начала 1940-х годов, когда Вторая мировая война создала основу для нового роста.Этот период включал в себя два отдельных экономических спада: сначала с 1929 по 1933 год, а затем снова с мая 1937 по 1938 год. Как и в 1930-е годы, мы, вероятно, увидим моменты роста в этот период депрессии.

Депрессии не просто генерируют уродливую статистику и отправляют покупателей и продавцов в спячку. Они меняют наш образ жизни. Великая рецессия произвела очень мало устойчивых изменений. Некоторые избранные лидеры во всем мире теперь чаще говорят о неравенстве благосостояния, но мало кто из них сделал много для решения этой проблемы.Значительные слои общества, особенно люди, которые еще не были на грани выхода на пенсию, смогли остановиться, а затем вернуться к тому же подходу к сбережениям и инвестированию, который они практиковали до кризиса. Они были вознаграждены периодом твердого, продолжительного выздоровления. Это сильно отличается от нынешнего кризиса. Страхи, связанные с COVID-19, приведут к долгосрочным изменениям в отношении общества ко всем видам деятельности, в которых участвуют толпы людей, и к тому, как мы работаем ежедневно; это также навсегда изменит конкурентоспособность Америки в мире и вызовет глубокую неуверенность в отношении У.Южно-Китайские отношения развиваются.

Бюро статистики труда, Национальное бюро экономической статистики, Группа Евразии

Кроме того, политическая дисфункция — в У.С. и во всем мире — тяжелее, чем в 2008–2009 гг. Когда разразился финансовый кризис, среди демократов и республиканцев не было споров о том, была ли чрезвычайная ситуация реальной. В 2020 году нет единого мнения о том, что делать и как это делать.

Вернемся к нашему определению экономической депрессии. Во-первых, нынешнее замедление, несомненно, носит глобальный характер. Большинство послевоенных рецессий в США ограничили свои худшие последствия для внутренней экономики.Но большинство из них было результатом внутренней инфляции или ужесточения национальных кредитных рынков. Это не относится к COVID-19 и нынешнему глобальному замедлению темпов роста. Это синхронизированный кризис, и точно так же, как неуклонный подъем Китая за последние четыре десятилетия поднял множество лодок как в более богатые, так и в более бедные страны, замедление темпов роста в Китае, США и Европе окажет глобальное влияние на наш глобализированный мир. Этот коронавирус разрушил все крупные экономики мира. Его влияние ощущается повсюду.

Сети социальной защиты сейчас проходят испытания, как никогда раньше. Некоторые сломаются. Системы здравоохранения, особенно в более бедных странах, уже терпят неудачу. Поскольку они изо всех сил пытаются справиться с человеческими жертвами этого замедления, правительства объявят дефолт по долгам. По всем этим причинам страны со средним уровнем дохода и развивающиеся страны особенно уязвимы, но долговое бремя и вероятность дефолта окажут давление на всю мировую финансовую систему.

Вторая определяющая характеристика депрессии: экономические последствия COVID-19 будут сильнее, чем любой спад в памяти живых.В отчете о денежно-кредитной политике, представленном Конгрессу в июне Федеральной резервной системой, отмечалось, что «серьезность, масштабы и скорость последовавшего спада экономической активности были значительно хуже, чем любая рецессия со времен Второй мировой войны». Занятость по заработной плате упала на беспрецедентные 22 миллиона в марте и апреле, а в мае и июне добавилась 7,5 миллиона рабочих мест. Уровень безработицы подскочил до 14,7% в апреле, самого высокого уровня со времен Великой депрессии, а затем восстановился до 11,1% в июне.

Лондонская кофейня закрыта, так как малые предприятия по всему миру сталкиваются с трудными шансами на выживание

Эндрю Теста — The New York Times / Redux

А теперь плохие новости. Во-первых, эти данные отражают условия с середины июня — до последнего всплеска случаев COVID-19 на юге и западе Америки, который вызвал, по крайней мере, временную остановку в восстановлении. Признаки корпоративного экономического кризиса растут. А вторая и третья волны коронавирусной инфекции могут лишить работы гораздо больше людей. Короче говоря, устойчивого восстановления не будет, пока вирус не будет полностью локализован. Вероятно, это означает вакцину. Даже когда есть вакцина, она не вернет мир в нормальное русло.Некоторым вакцина будет сделана раньше, чем другим. Некоторые, кому это предлагают, не возьмут. Восстановление будет происходить урывками.

Оставляя в стороне уникальную проблему измерения уровня безработицы во время пандемии, которая случается раз в столетие, есть более важный предупреждающий знак. В отчете Бюро статистики труда также отмечается, что доля потерь рабочих мест, классифицируемых как «временные», снизилась с 88.От 6% в апреле-мае до 78,6% в июне. Другими словами, большему проценту рабочих, застрявших на этом (все еще исторически высоком) уровне безработицы, не будет рабочих мест, на которые можно было бы вернуться. Эта тенденция, вероятно, сохранится, потому что COVID-19 заставит многие другие компании навсегда закрыть свои двери, а правительства не будут продолжать выписывать чеки на спасение до бесконечности.

Эти факторы подводят нас к третьему определению депрессии: замедление темпов роста, которое продлится дольше, чем спады последних 80 лет.Бюджетное управление Конгресса предупредило, что уровень безработицы будет оставаться на стабильно высоком уровне в течение следующего десятилетия, а экономическое производство будет оставаться на низком уровне в течение многих лет, если не будут внесены изменения в способы налогообложения и расходования государственных средств. Подобные изменения будут зависеть от широкого признания того, что чрезвычайных мер будет недостаточно для восстановления здоровья экономики США. То, что верно в США, будет правдой и во всем остальном.

В первые дни пандемии правительства стран Большой семерки и их центральные банки быстро предприняли шаги по поддержке рабочих и предприятий с помощью поддержки доходов и кредитных линий в надежде помочь им до тех пор, пока они не смогут безопасно возобновить нормальный бизнес.ФРС, Европейский центральный банк, Банк Англии и Банк Японии отказались от свода правил, чтобы добавить беспрецедентную поддержку, чтобы рынки могли продолжать функционировать.

Эта поддержка ликвидности (наряду с оптимизмом в отношении вакцины) стимулировала финансовые рынки и вполне может продолжить рост запасов. Но этот финансовый мост недостаточно велик, чтобы преодолеть разрыв между прошлой и будущей экономической жизнеспособностью, потому что COVID-19 создал кризис для реальной экономики. И спрос, и предложение подверглись внезапному и глубокому ущербу.И политически будет все труднее вводить вторую и третью блокировку.

Вот почему форма экономического восстановления будет своего рода уродливой «зубчатой ​​галочкой», формой, которая отражает многолетний процесс восстановления с остановкой и запуском, а также глобальную экономику, которая неизбежно будет постепенно возобновляться, пока вакцина не будет создана и распространена по всему миру. .

Что могут сделать мировые лидеры, чтобы сократить эту глобальную депрессию? Они могли сопротивляться желанию сказать своим людям, что светлые дни не за горами.Людям нужны лидеры, которые берут на себя ответственность за трудные решения.

С практической точки зрения правительства могли бы сделать больше для координации планов по сдерживанию вирусов. Но они также могут подготовиться к необходимости помочь беднейшим и наиболее пострадавшим странам избежать наихудшего вируса и экономического спада, инвестируя суммы, необходимые для того, чтобы эти страны оставались на ногах. Сегодняшнее отсутствие международного лидерства только усугубляет ситуацию. Если COVID-19 сможет научить мировых лидеров ценности совместной работы во избежание общих катастроф, с будущими глобальными чрезвычайными ситуациями будет намного легче справиться на благо всех.К сожалению, мы идем не по этому пути.

Появляется в выпуске TIME от 17 августа 2020 года.

Еще истории из TIME, которые необходимо прочитать


Свяжитесь с нами по [email protected]

Деловых знакомств | NBER

Комитет знакомств по деловому циклу NBER ведет хронологию деловых циклов США.Хронология определяет даты пиков и спадов, которые определяют экономические спады и подъемы. Спад — это период между пиком экономической активности и ее последующим минимумом или самой низкой точкой. Между минимальным и пиковым значениями экономики наблюдается рост. Расширение — нормальное состояние экономики; большинство спадов кратковременны. Однако время, которое требуется экономике, чтобы вернуться к своему предыдущему пиковому уровню активности или предыдущей траектории тренда, может быть довольно продолжительным. Согласно хронологии NBER, последний пик пришелся на февраль 2020 года.Самый последний прогиб произошел в апреле 2020 года.

В определении NBER подчеркивается, что рецессия предполагает значительное снижение экономической активности, которое распространяется по всей экономике и длится более нескольких месяцев. В нашей интерпретации этого определения мы рассматриваем три критерия — глубину, распространение и продолжительность — как в некоторой степени взаимозаменяемые. То есть, хотя каждый критерий должен до некоторой степени удовлетворяться индивидуально, экстремальные условия, выявленные одним критерием, могут частично компенсировать более слабые показания другого.Например, в случае пика экономической активности в феврале 2020 года комитет пришел к выводу, что последующее падение активности было настолько большим и настолько широко распространилось по экономике, что, даже если оно окажется довольно коротким, спад должен быть классифицируется как рецессия.

Поскольку рецессия должна повлиять на экономику в целом, а не ограничиваться одним сектором, комитет делает упор на меры экономической активности в масштабах всей экономики. Определение месяцев пиков и минимумов основано на ряде ежемесячных показателей совокупной реальной экономической активности, публикуемых федеральными статистическими агентствами.К ним относятся реальный личный доход за вычетом трансфертов, занятость вне сельского хозяйства, занятость, измеренная в ходе обследования домашних хозяйств, реальные расходы на личное потребление, оптово-розничные продажи с поправкой на изменение цен и промышленное производство. Не существует фиксированного правила о том, какие меры вносят информацию в процесс или как они учитываются в наших решениях. В последние десятилетия мы уделяем наибольшее внимание двум показателям: реальный личный доход за вычетом трансфертов и занятость вне сельского хозяйства.

Комитет отдельно определяет календарный квартал пика или минимума на основе показателей совокупной экономической активности за соответствующие кварталы. Двумя показателями, которые важны для определения квартальных пиков и минимумов, но которые недоступны ежемесячно, являются оценки реального валового внутреннего продукта (ВВП и ВВП) со стороны расходов и доходов. Комитет также рассматривает среднеквартальные ежемесячные показатели, описанные выше, в частности, занятость по заработной плате.

Подход комитета к определению дат поворотных моментов ретроспективен. Делая свои объявления о пиках и минимумах, он ждет, пока не станет доступно достаточное количество данных, чтобы избежать необходимости серьезных изменений в хронологии бизнес-цикла. При определении даты пика активности он ждет, пока не станет уверенным, что рецессия произошла. Даже в том случае, если активность снова начнет расти сразу после объявления пика, комитет обнаружит, что идет новое расширение, и этот подъем не будет продолжением предыдущего расширения.В результате комитет имеет тенденцию ждать определения пика до нескольких месяцев после того, как он действительно произошел. Точно так же, определяя дату провала, комитет ждет, пока не будет уверен, что расширение идет полным ходом. Даже в том случае, если активность снова начнет снижаться немедленно, комитет сочтет это новой рецессией, а не продолжением предыдущей рецессии. Таким образом, комитет также ждет, чтобы определить впадину в течение определенного периода времени после того, как она действительно возникла.

Это еще не конец? До сих пор нет даты окончания рецессии, поскольку экономика США гудит около

ВАШИНГТОН, 4 мая (Рейтер). Экономика США растет самыми быстрыми темпами с начала 1980-х годов, в то время как банковские счета домашних хозяйств пополняются наличными, выделенными федеральным правительством для сдерживания роста экономики. влияние пандемии коронавируса.

Более 900 000 рабочих мест было добавлено в марте, и, согласно опросу экономистов Reuters, в апреле ожидается их чуть меньше миллиона, хотя некоторые аналитики ожидают увеличения вдвое.

Соединенные Штаты все еще в рецессии?

Здравый смысл и множество данных говорят «нет», но Комитет по датам делового цикла, группа, организованная Национальным бюро экономических исследований, которое выступает в качестве официального арбитра рецессии в США, еще не установила дату окончания спада. Он сказал, что начался после февраля 2020 года, примерно в начале пандемии.

На самом деле «крах» мог длиться всего несколько недель, и столь же драматический подъем быстро укоренился.

Действительно, это может оказаться единственной месячной рецессией в стране, и почти наверняка она будет одной из самых коротких. Самым коротким из них, согласно записям, относящимся к середине 1800-х годов, был шестимесячный спад в начале 1980-х, хотя вскоре за ним последовал другой.

«Я предполагаю, что комитет по датировкам NBER решит, что он закончился в апреле или мае» 2020 года, — сказал Дэвид Вессел, директор Центра Хатчинса по фискальной и денежно-кредитной политике в Вашингтонском институте Брукингса.Комитет «мудро, не спешил с этим выводом, потому что никто не знал, вернется ли вирус и рецессия».

«Я определенно думаю, что все кончено», — сказал Джош Бивенс, директор по исследованиям Института экономической политики, вашингтонского аналитического центра, занимающегося проблемами труда. Даже при существующем разрыве в занятости около 8,5 миллионов рабочих мест, пропавших до пандемии, комитет «может даже датировать свое завершение июнем или июлем прошлого года».

«Настоящий открытый вопрос — это когда мы перейдем от« восстановления »- вернемся к докризисным уровням — и перейдем к« расширению ».»

Состояние США отличается от состояния Европы, где в первом квартале 2021 года объем производства снизился на 0,6%.

Люди выстраиваются в очередь возле Карьерного центра в Кентукки, надеясь найти помощь в подаче заявления на пособие по безработице во Франкфурте, Кентукки, США. 18 июня 2020 г. REUTERS / Bryan Woolston

Подробнее

Данные, опубликованные на прошлой неделе, показали, что экономика США росла на 6,4% в годовом исчислении в первые три месяца этого года и почти вернулась к уровню производства, достигнутому в первые три месяца этого года. конец 2019 года с поправкой на инфляцию.Это помогает поддерживать глобальное восстановление наряду с восстановлением в Китае, где в первом квартале рост составил более 18%, цифра завышена, поскольку по сравнению с резким спадом прошлого года, но все еще сильна.

Однако рынку труда США еще предстоит развиваться. Разрыв в основных рабочих местах велик, но нехватка также сосредоточена в индустрии досуга и гостеприимства, восстановление которой может происходить медленнее всего, учитывая ограничения на некоторые виды деятельности, такие как спортивные мероприятия, и нежелание некоторых людей общаться слишком близко друг к другу.

ПОЗДНИЕ ЗВОНКИ

Группа NBER проявляет осторожность. Комитет не проводит регулярных запланированных встреч и любит позволять данным накапливаться, «чтобы не сомневаться в существовании пика или впадины», — заявляет комитет в описании своих методов. Во время трех предыдущих рецессий в США с начала 1990-х годов он объявил дату окончания по крайней мере через 16 месяцев после этого факта, что в данном случае может указывать на решение, которое будет принято этим летом.

Члены комитета из восьми человек либо не комментировали свое мнение, либо не отвечали на вопросы, отправленные по электронной почте.

Старое эмпирическое правило, согласно которому рецессия включает шесть месяцев — или два последовательных квартала, — когда объем производства сокращается, на самом деле больше не используется: по этим критериям на этот раз не было бы даже рецессии.

Комитет скорее говорит, что рецессия «предполагает значительное снижение экономической активности, которое распространяется по всей экономике и длится более нескольких месяцев», при этом все критерии взаимозаменяемы. Что-то действительно плохое, например, катастрофа, вызванная коронавирусом в прошлом году, не должно длиться так долго, чтобы стать рецессией.

Решая, когда он закончится, комитет учитывает не только квартальный рост ВВП, но и такие вещи, как рынок труда и личный доход за пределами государственных трансфертов. По обоим этим направлениям, возможно, есть знаки вопроса. Наряду с нехваткой рабочих мест, ошеломляющий рост личных доходов в последнее время в значительной степени является результатом государственных выплат.

Тара Синклер, старший научный сотрудник отдела найма В самом деле, видит место для дискуссий.

«Если бы мы смотрели только на экономические данные, то спад этой рецессии пришелся на апрель 2020 года», — сказала она.«Однако экономика по-прежнему полностью зависит от вируса. Логично, что NBER хочет быть полностью уверенным в том, что мы не увидим еще одного провала, прежде чем его проведет. И когда они это делают, важно помнить, что они не говорят, что хорошие времена снова здесь. Говорят, что стало хуже ».

Отчетность Говарда Шнайдера; Под редакцией Дэна Бернса и Пола Симао

Наши стандарты: принципы доверия Thomson Reuters.

Экономический спад — обзор

23.4.1 Бедность, неравенство доходов и экономический кризис

Экономический кризис, переживаемый странами ОЭСР с 2007–2008 годов, был самым серьезным со времен Великой депрессии 1930-х годов с точки зрения его воздействия на производство и рост и является центральным фактором способы, которыми в настоящее время рассматриваются, изучаются и обсуждаются стратегии борьбы с бедностью и бедностью. Кризис напрямую повлиял на бедность, как мы обсудим, но он также изменил контекст, в котором в настоящее время действуют государства всеобщего благосостояния, и взгляды на то, как они и должны развиваться в среднесрочной перспективе.Здесь мы сначала рассмотрим свидетельства непосредственного воздействия кризиса, а затем среднесрочный контекст политики борьбы с бедностью.

Непосредственное влияние кризиса на неравенство доходов и бедность стало предметом ряда национальных и сравнительных исследований, в том числе Matsaganis and Leventi (2013), Callan et al. (2011), Фигари и др. (2011) и Jenkins et al. (2013). Дженкинс и его коллеги придерживаются сравнительной точки зрения, подробно рассматривая агрегированные показатели по ОЭСР и шести странам, в которых проводились исследования.Их главный вывод заключается в том, что непосредственное влияние кризиса на неравенство доходов и бедность по доходам в большинстве стран было гораздо скромнее, чем драматический опыт Великой депрессии, хотя и не так сильно отличался от более поздних рецессий, таких как скандинавский кризис раннего периода. 1990-е гг. Они подчеркивают, что поразительной особенностью кризиса 2007–2008 годов была степень, в которой его макроэкономические последствия различались в разных странах: в некоторых наблюдалось серьезное снижение экономической активности и резкий рост безработицы, но в других произошли гораздо более скромные изменения. рост и занятость (см. также Lane and Milesi-Ferretti, 2012).Падение квартального ВВП от пика до минимума было существенно больше, чем среднее падение во время рецессий за предыдущие 50 лет почти везде, но, тем не менее, колебалось от нуля в Австралии до почти 13% в Ирландии. Еще одна подчеркнутая особенность заключается в том, что снижение ВВП не было полностью передано падению реального располагаемого дохода домашних хозяйств, которое было защищено как автоматическими стабилизаторами, так и дополнительной поддержкой правительства через систему налогов и льгот. Непосредственная реакция занятости на падение ВВП также часто была меньше, чем во время предыдущих рецессий, хотя это не имело место в таких странах, как Ирландия, Испания и США, где картина подъема-спада на рынке жилья сыграла важную роль. роль в рецессии.Значительное сокращение индивидуальной занятости также сопровождалось значительным ростом безработицы в домашних хозяйствах в таких странах, как Ирландия, Испания и США, но не в некоторых других, в частности, в Дании и Финляндии, где доля безработных домашних хозяйств снизилась, несмотря на относительно большой рост безработицы. уровень индивидуальной безработицы, смягчающий воздействие на бедность. Еще одной особенностью немедленного начала кризиса было снижение доходов от капитала, сконцентрированных среди более богатых домохозяйств.

Рассматривая доступные показатели бедности до 2009 года по сравнению с докризисным периодом, Дженкинс и его коллеги обнаружили, что уровни относительной бедности по доходу обычно снижались в европейских странах, тогда как уровни абсолютной бедности (с использованием «привязанных» пороговых значений дохода, индексированных к ценам) имели тенденцию к небольшому снижению. в Европе, в то время как в США он немного вырос (по шкале U.S. официальная черта бедности), но в обоих случаях эти показатели снизились для пожилых людей. Шесть стран, которые они подробно изучили — Германия, Ирландия, Италия, Швеция, Великобритания и США — испытали различные макроэкономические шоки: Германия очень быстро восстанавливалась, в Швеции наблюдалось значительное снижение ВВП, но относительно быстрое восстановление, Соединенные Штаты В штатах наблюдается заметное сокращение, за которым последовало некоторое восстановление, в Италии и Соединенном Королевстве наблюдается серьезный спад, а в Ирландии наблюдается наибольшее падение ВВП среди стран ОЭСР.В Германии не произошло значительных изменений в занятости, тогда как в Ирландии и Соединенных Штатах, с другой стороны, безработица быстро росла. Краткосрочное воздействие на неравенство доходов домашних хозяйств и бедность было относительно скромным. В Германии доля лиц с доходом домохозяйства менее 60% от современного среднего дохода незначительно снизилась, а доля домохозяйств с доходом ниже такого порогового уровня с фиксированной покупательной способностью на уровне 2007 года также снизилась. В главе 2 показано, что средний доход, неравенство и относительная бедность несколько выросли в 2010 году.В Соединенном Королевстве число людей, получающих доход ниже 60% от медианного дохода, сократилось более чем на 1 процентный пункт, а фиксированный реальный порог свидетельствует о более значительном сокращении бедности. В Швеции доля дохода ниже 60% от медианного дохода увеличилась, хотя при использовании фиксированного порога покупательной способности рост был намного меньше. В Ирландии относительная бедность по доходам снизилась в период с 2007 по 2009 год, в то время как доля ниже фиксированного порога реального дохода оставалась стабильной. В Италии буферная роль социальных трансфертов была относительно ограниченной, хотя последующий рост бедности можно было считать умеренным, учитывая масштаб первоначального макроэкономического шока.Наконец, в Соединенных Штатах относительный уровень бедности несколько снизился, отражая снижение реального среднего дохода, тогда как официальный уровень бедности (рассчитанный с использованием порогового значения для низкого дохода, зафиксированного в реальном выражении) увеличился. Во всех шести странах, где проводились исследования, пожилые люди были относительно хорошо защищены по сравнению с детьми и людьми трудоспособного возраста.

Различия в распределительном воздействии кризиса на сегодняшний день по странам отражают не только различия в характере макроэкономического спада, но и различия в том, как денежные трансферты и прямые налоги смягчают чистые доходы домашних хозяйств от полного воздействия того, что происходило на рынке доходы.В некоторой степени это различия в автоматической стабилизации, и поэтому они различаются в зависимости от щедрости и полноты сетей социальной защиты, а также от структуры и уровней прямых налогов и отчислений на социальное страхование. Однако ответные меры политики и выбор в связи с воздействием рецессии также были важны (обсуждение первоначальных ответных мер правительства ЕС на кризис см. В Marchal et al., 2014).

Более свежие показатели бедности для европейских стран, подготовленные Евростатом до 2011 года, также показывают, что опыт был весьма разнообразным.Как показано в Таблице 23.5, в период с 2007 по 2011 год доля дохода ниже 60% от медианного дохода выросла на 1 процентный пункт или более в восьми странах, снизилась на эту величину в семи странах и оставалась стабильной в остальных. Средний уровень относительной бедности по доходам в 27 странах ЕС составлял 16,5% в 2007 году и 16,9% в 2011 году. Уровни бедности по доходу, «закрепленные» на уровне 60% медианного порога 2008 года, а затем индексированные по ценам, показали гораздо большую изменчивость во времени по ЕС. стран, как показано в таблице 23.6. Этот показатель вырос в 13 странах, иногда на очень большую величину — на 11 процентных пунктов в Латвии и Литве и почти на 14 процентных пунктов в Исландии; однако он упал еще в 10 странах, так что общий средний показатель по ЕС вырос только с 16.От 4% до 17,5%. Интересно сравнить это с тенденцией материальных лишений за тот же период, измеряемой показателем тяжелых материальных лишений ЕС: Таблица 23.7 показывает, что в период с 2008 по 2011 год в 13 странах этот показатель вырос, а в 6 — снизился; средний показатель по ЕС незначительно вырос. Среди стран, особенно сильно пострадавших от кризиса, уровень депривации резко вырос в Ирландии, Испании, Греции и Италии, а также в Латвии и Литве, но снизился в Португалии.

Таблица 23.5.Уровни относительной бедности по доходам (60% медианного порога), страны Европейского союза, 2007–2011 гг.

3 Испания 17,7 Норвегия 11 295 Примечания 907 в основном доход в домохозяйствах в евро: 942 производится на основе данных EU-SILC, базисным периодом которых является фиксированный 12-месячный период (например, предыдущий календарный или налоговый год) для всех стран, за исключением Соединенного Королевства, для которых базисным периодом дохода является текущий год и IE, для которого проводится обследование непрерывно, и доход собирается за последние 12 месяцев.

Источник: Евростат (загружено 20 марта 2013 г.).

Таблица 23.6. Зафиксированные уровни бедности по доходу (60% медианного порога в 2008 г., впоследствии индексируемые по потребительским ценам), страны Европейского союза 2008–2011 гг.

Страна 2007 (%) 2008 (%) 2009 (%) 2010 (%) 2011 (%)
Бельгия 15,2 14,7 14,6 14,6 15,3
Болгария 22,0 21,4 21,4
Чехия 9,6 9,0 8,6 9,0 9,8
Дания 11,7 11,8 13,1 13,34 11,8 13,1 1329905 15,2 15,5 15,6 15,8
Эстония 19,4 19,5 19,7 15,8 17.5
Ирландия 17,2 15,5 15,0 16,1
Греция 20,3 20,1 19,7 21,1 19,6 19,5 20,7 21,8
Франция 13,1 12,7 12,9 13,3 14,0
Италия.8 18,7 18,4 18,2 19,6
Кипр 15,5 15,9 15,8 15,1 14,5
19,1
Литва 19,1 20,0 20,6 20,2 20,0
Люксембург 13.5 13,4 14,9 14,5 13,6
Венгрия 12,3 12,4 12,4 12,3 13,8 Мальта 15,4
Нидерланды 10,2 10,5 11,1 10,3 11,0
Австрия 12.0 12,4 12,0 12,1 12,6
Польша 17,3 16,9 17,1 17,6 17,7 18,0
Румыния 24,8 23,4 22,4 21,1 22,2
Словения 11.5 12,3 11,3 12,7 13,6
Словакия 10,6 10,9 11,0 12,0 13,0 13,7
Швеция 10,5 12,2 13,3 12,9 14,0
Великобритания 18.6 18,7 17,3 17,1 16,2
Исландия 10,1 10,1 10,2 9,8 9,2 10,5
Швейцария 16,2 15,1 15,0 15,0
Хорватия 18 17.3 17,9 20,5 21,1
Европейский Союз (27 стран) 16,5 16,4 16,3 16,4 16,9
Польша
Страна 2008 г. (%) 2009 г. (%) 2010 (%) 2011 (%)
Бельгия 14,7 13,1 13,0 13,5
Болгария 21.4 16,1 14,8 17,8
Чешская Республика 9,0 8,1 7,8 8,6
Дания 11,8 13,19029 15,2 16,0 15,8 15,9
Эстония 19,5 18,9 19,7 23,9
Ирландия 5 15,4 22,8
Греция 20,1 18,9 18,0 24,9
Испания 19,6 22290 12,7 12,7 12,3 13,9
Италия 18,7 19,9 19,3 21,4
Кипр 15.9 16,3 16,2 14,4
Латвия 25,6 26,0 33,0 36,2
20,0 13,4 15,5 14,4 14,6
Венгрия 12,4 11,8 13,7 14,7
Мальта 15.0 14,3 16,5 15,9
Нидерланды 10,5 10,6 10,0 11,0
Австрия 12,4 11295 16,9 13,7 13,0 11,9
Португалия 18,5 18,1 16,1 17,9
Румыния 23.4 18,2 16,2 17,9
Словения 12,3 10,2 12,1 13,0
Словакия 13,6 13,0 12,0 12,3
Швеция 12,2 11,7 11,2 11,6
Великобритания 18.7 20,4 21,4 21,8
Исландия 10,1 9,8 16,7 23,7
Норвегия 11,4 16,2 13,8 13,8 13,1
Европейский Союз (27 стран) 16,4 16,3 16,4 17.5

Примечания: Статистика доходов домохозяйств в Евростате в основном производится на основе данных EU-SILC, базисным периодом которых является фиксированный 12-месячный период (например, предыдущий календарный или налоговый год) для всех стран, кроме Соединенного Королевства. для которого учетным периодом дохода является текущий год и IE, для которого обследование является непрерывным, а доход собирается за последние 12 месяцев.

Источник: Евростат (загружено 20 марта 2013 г.).

Таблица 23.7. Уровень тяжелой материальной депривации, страны Европейского Союза 2008–2011 гг.

6,2 9029,0 8,1
Страна 2007 (%) 2008 (%) 2009 (%) 2010 (%) 2011 (%)
Бельгия 5.7 5,6 5,2 5,9 5,7
Болгария 57,6 41,2 41,9 45,7 43,6
6,1
Дания 3,3 2,0 ​​ 2,3 2,7 2,6
Германия 4,8 5.5 5,4 4,5 5,3
Эстония 5,6 4,9 6,2 9,0 8,7
Ирландия 5,1 5,5
Греция 11,5 11,2 11,0 11,6 15,2
Испания 3,0 2,5 3,5 4.0 3,9
Франция 4,7 5,4 5,6 5,8 5,2
Италия 6,8 7,5 7,0 6,8 7,5 7,0 6,8 7,5 7,0 Кипр 13,3 9,1 9,5 10,1 10,8
Латвия 24,9 19,0 21,9 27,4 31.4
Литва 16,6 12,3 15,1 19,5 18,5
Люксембург 0,8 0,7 1,1 0,5 17,9 20,3 21,6 23,1
Мальта 4,2 4,0 4,7 5,7 6,3
Нидерланды 1 7 1,5 1,4 2,2 2,5
Австрия 3,3 6,4 4,8 4,3 3,9
Польша 13,0
Португалия 9,6 9,7 9,1 9,0 8,3
Румыния 36,5 32.9 32,2 31,0 29,4
Словения 5,1 6,7 6,1 5,9 6,1
Словакия 11295 Словакия
Финляндия 3,6 3,5 2,8 2,8 3,2
Швеция 2,2 1,4 1.6 1,3 1,2
Соединенное Королевство 4,2 4,5 3,3 4,8 5,1
Исландия 2,1 0,8 0,8
Норвегия 2,3 2,0 ​​ 2,2 2,0 ​​ 2,3
Швейцария 2,2 2,1 1.7 1,0
Хорватия 14,5 14,8
Европейский Союз (27 стран) 9,1 8,4 8,4

Источник: Евростат (загружено 20 марта 2013 г.).

Экономический спад и рождаемость в развитых странах

В этой статье рассматриваются исследования о влиянии экономического спада на рождаемость в развитых странах.Мы изучаем, как экономические спады, измеряемые различными индикаторами, особенно снижением уровня ВВП, падением доверия потребителей и ростом безработицы, влияют на рождаемость. Мы также обсуждаем конкретные механизмы, с помощью которых рецессия могла повлиять на поведение фертильности, включая эффекты экономической неопределенности, падение доходов, изменения на рынке жилья и рост приема в высшие учебные заведения, а также факторы, косвенно влияющие на фертильность, такие как снижение уровня брачности. .Большинство исследований показывают, что рождаемость имеет тенденцию к процикличности и часто повышается и понижается с взлетами и падениями делового цикла. Обычно эти совокупные эффекты относительно небольшие (обычно несколько процентных пунктов) и непродолжительны; кроме того, они часто особенно влияют на время деторождения и в большинстве случаев не влияют на уровень фертильности когорты. Поэтому основные долгосрочные сдвиги в рождаемости часто продолжаются, казалось бы, непрерывно во время рецессии, включая снижение рождаемости до и во время Великой депрессии 1930-х годов, а также до и во время нефтяных кризисов 1970-х годов.Изменения альтернативных издержек деторождения и репродуктивного поведения во время экономического спада зависят от пола, возраста, социального статуса и количества детей; обычно больше всего страдают бездетные молодые люди. Кроме того, различные политики и институты могут изменить или даже обратить вспять взаимосвязь между спадом и рождаемостью. Первые свидетельства недавней рецессии совпадают с этими выводами. В большинстве стран рецессия привела к снижению числа рождений и показателей фертильности, часто ознаменовав резкое прекращение роста показателей фертильности в предыдущем десятилетии.

Йеллен предупреждает, что задержка с повышением лимита долга замедлит экономику

ВАШИНГТОН (AP) — Министр финансов Джанет Йеллен во вторник настоятельно призвала Конгресс поднять лимит государственного заимствования, на следующий день после того, как республиканцы в Сенате заблокировали рассмотрение законопроекта, который мог бы сделать так.

Если лимит долга не будет повышен до 18 октября, предупредила Йеллен, «полная вера и кредитоспособность Соединенных Штатов будут подорваны, и наша страна, вероятно, столкнется с финансовым кризисом и экономической рецессией.Йеллен свидетельствовала перед Банковским комитетом Сената на слушаниях, чтобы проинформировать Конгресс о влиянии обширных программ финансовой поддержки, которые правительство приняло во время пандемии.

Йеллен также заявила, что отказ поднять потолок долга, скорее всего, приведет к повышению процентных ставок и увеличению процентных выплат правительства по государственному долгу.

«И процентные платежи простых американцев по ипотечным кредитам, автомобилям и кредитным картам вырастут», — сказала она.

Слушание также включало резкое осуждение председателя ФРС Джерома Пауэлла сенатором Элизабет Уоррен, демократом из Массачусетса, которая заявила, что будет выступать против переназначения Пауэлла на второй срок. Первый четырехлетний срок полномочий Пауэлла истекает в феврале.

Лимит долга ограничивает сумму денег, которую правительство может занять. Тем не менее, Конгресс может одобрить новое заимствование, превышающее лимит долга, с голосованием по увеличению или приостановке лимита долга, проводимым отдельно. Таким образом, лимит долга увеличивается с учетом предыдущих решений о расходах и налогообложении.Лимит повышался или приостанавливался почти 80 раз с 1960 года. Он трижды приостанавливался при администрации Трампа.

В отдельном письме, которое Йеллен отправила во вторник лидерам Конгресса, она подтвердила свое утверждение о том, что длительная борьба за повышение лимита может поставить под угрозу экономику.

«Ожидание до последней минуты, — написал министр финансов, — может нанести серьезный ущерб бизнесу и доверию потребителей, повысить стоимость займов для налогоплательщиков и негативно повлиять на кредитный рейтинг Соединенных Штатов на долгие годы.

Сенат Республиканцы в Банковском комитете утверждали, что демократы могут использовать свое большинство в Палате представителей и Сенате для увеличения лимита долга самостоятельно, используя специальные процедуры в Сенате, чтобы избежать обструкции.

«Вам просто нужны отпечатки пальцев республиканцев на усилиях демократов по налогообложению, расходам и регулированию Соединенных Штатов в Европе», — сказал сенатор Джон Кеннеди, республиканец из Луизианы.

Отдельно Уоррен заявила, что будет выступать против второго четырехлетнего срока Пауэлла, который еще не был повторно назначен президентом Джо Байденом.Она утверждала, что Пауэлл ослабил финансовые правила, принятые после финансового кризиса 2008 года.

«Вы много раз пытались сделать нашу банковскую систему менее безопасной, — сказал Уоррен. «И это делает вас опасным человеком, чтобы возглавить ФРС, и поэтому я буду против вашего переназначения».

Некоторые прогрессивные активисты подтолкнули администрацию Байдена заменить Пауэлла из-за его опыта финансового дерегулирования и того, что они считают его недостаточной приверженностью к включению изменения климата в политику регулирования ФРС.

В ходе допроса Пауэлл также впервые заявил, что ФРС изучает финансовые сделки бывшего президента Федерального резервного банка Бостона Эрика Розенгрена и бывшего президента ФРС Далласа Роберта Каплана, чтобы выяснить, нарушили ли они закон. И Розенгрен, и Каплан подали в отставку в понедельник.

Каплан торговал акциями на миллионы долларов в прошлом году, в то время как Розенгрен также торговал акциями и инвестировал в фонды, которые покупали облигации с ипотечным покрытием, которые ФРС также покупала в рамках своих усилий по удержанию процентных ставок.

Обе сделки произошли, когда ФРС снизила базовую процентную ставку почти до нуля и представила ряд программ для поддержки финансовых рынков и экономики, включая покупку облигаций на триллионы долларов и беспрецедентные усилия по покупке муниципальных и корпоративных облигаций. Эти два чиновника могли извлечь выгоду из действий ФРС, которые, вероятно, способствовали росту фондового рынка.

Пауэлл сказал, что сделки, по-видимому, «соответствовали существующим правилам», что «просто говорит вам о том, что проблема в том, что правила, методы и раскрытие информации необходимо улучшить, и это то, над чем мы работаем.

Тем не менее, он добавил, что ФРС внимательно изучает торговлю, «чтобы убедиться, что она соответствует нашим правилам и закону».

Норман Эйзен, старший научный сотрудник Брукингского института и бывший советник президента Барака Обамы по этике, сказал, что комментарии Пауэлла свидетельствуют о том, что ФРС рассматривает ряд потенциальных правил и законов, которые могли быть нарушены, наиболее серьезным из которых является федеральный конфликт. закон о процентах, который может повлечь за собой уголовное наказание.

«Идея, что эти высокопоставленные чиновники ФРС активно торгуют, безумна, учитывая власть, информацию и ответственность, которые они имеют», — сказал он.

Пауэлл во вторник подвергся критике со стороны некоторых республиканцев в комитете по поводу высоких и растущих цен на бензин, продукты питания и другие товары и услуги. Годовая инфляция, согласно предпочтительному показателю ФРС, достигла 4,2% в июле, что является самым высоким показателем за три десятилетия.

Сенатор Пэт Туми, республиканец из Пенсильвании, отметил, что инфляция выходит за рамки категорий, которые были перевернуты пандемией, таких как подержанные автомобили, и заявил, что это не просто временный всплеск, как предполагали Пауэлл и некоторые другие должностные лица ФРС.

Опубликовано в категории: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *